Замолчав, уставилась перед собой, ожидая реакции. Однако молчание затянулось, что очень сильно напрягло.

Завертела головой, чтобы убедиться, что принцы не уснули от моего рассказа или вообще сами не свихнулись от услышанного бреда.

– Не молчите, скажите что-нибудь, – попросила я, нарушая безмолвие, угнетавшее хуже криков.

– Выходит, она воспользовалась магией, чтобы сбежать, – проговорил Приам, размышляя вслух.

– Зачем? – насупился Эней. – Ей ведь нравилось проводить время с нами.

– Вы сейчас о Клариссе? – С надеждой уточнила я. – Значит, вы мне поверили?

– Сам не понимаю почему она так поступила, – покачал головой Приам, сложив руки на груди.

Братья переговаривались между собой, игнорируя меня, и их не смущало, что я лежу между ними.

– Получая знаки внимания от нас, не хотела обременять себя узами брака? – вскинул бровь Эней.

– Принцесса всегда была строптивой, ты же знаешь, – ухмыльнулся Приам. – Одно дело, когда флиртуешь с двумя представительными господами, а другое – брак по договору. Она не захотела действовать по указке и угождать отцу, поэтому и обратилась к магии.

– Кто же ей помог? Она сама не могла. Я не ощущал от нее силы, – задумчиво произнес Эней.

– Тогда в чем суть брака, если принцесса слабая? – вставила свои пять копеек я. – Вы говорили, о могуществе империи, но как это возможно, если ваша партнерша ничего из себя не представляет?

– Настоящая Кларисса не совсем бесполезная, – сказал Приам, обращая на меня внимание. – Как ни странно, именно она способна выносить наших детей.

– Откуда такая уверенность? – удивилась я.

– Пророчество, – сказал Эней. Замявшись, все же добавил: – Поскольку мы не вели праведный образ жизни, то сумели удостовериться, что другие женщины не могут подарить нам наследников. Дети погибали еще в утробе матери.

– Как печально, – поникнув сказала я. Догадка озарила меня молнией, из-за чего испугано взглянула на мужей: – Минуточку! Если по пророчеству Кларисса является той, кто родит вам малышей, а я - не она, и вы - не обычные люди, то могу не выжить, если забеременею или умру после родов?

– Но тело-то ее, – пристально вгляделся Приам. Подавшись ко мне, рассматривая щеку, затем улыбнулся: – Даже родинка на том же месте, как помню.

– Думаю, не душа важна, а оболочка, – проговорил с улыбкой Эней, возвращаясь к нежным поглаживаниям моего плеча, но я отвела рукой его пальцы от себя и натянула покрывало повыше.

– Вы обязаны показать пророчество! Пока не прочитаю его, ни о каких шурах-мурах идти речь не будет, ясно? – заявила я, стараясь выглядеть максимально серьезной. – Даже не думайте о соблазнении!

Хоть говорила строго, но это не произвело впечатления на принцев, которые переглянулись и хитро улыбнулись, что мне абсолютно не понравилось!

Позже днем

– Вы мне мешаете, – придала голосу суровости, чтобы прервать действия принцев, но получился писк котенка, а не грозный рык тигрицы.

– Совмещаем приятное с полезным, – почти пропел на ухо Эней, щекоча дыханием, отчего из меня вырвался смешок.

Мы втроем сидели за столом в огромной библиотеке и изучали информацию, которая должна пригодиться в будущем для моего успокоения. Все-таки не хотелось бы умереть раньше времени, причем от связи с этими двумя горячими парнями, чье присутствие, увы и ах, подталкивало к не самым праведным мыслям, как бы не пыталась полностью сфокусироваться на насущней проблеме.

– То, что мы сейчас делаем – жутко скучно, я бы предпочел скрасить досуг более интересными вещами, – поцеловал мою щеку Приам, задержавшись губами на коже, которую лизнул, побудив пупырышкам появиться на теле.

Конечно, этот эффект на моем кожном покрове не сравнится с чешуей моих мужей, но меня напрягало, что я настолько восприимчива даже к простым касаниям. Стоит супругам притронуться, как сама превращаюсь едва ли не в ящерицу.

– Не сомневаюсь, что для вас, Приам, чтение – это не самое увлекательное занятие, – бросила на него укоризненный взгляд, – но я должна разобраться с пророчеством, иначе не сумею успокоиться, осознавая, в какой опасности могу находиться.

– Мы уже неоднократно перечитали и не нашли ни одной зацепки, указывающей на вашу… твою, Клара, гибель, – уверенным тоном сказал Приам, забирая у меня пергамент. Чтобы наверняка подчеркнуть свою правоту, он вновь сосредотачивается на тексте и читает вслух:

– … и меж двумя сторонами дева эта королевских кровей, что свободна, как птичка, готовящаяся к первому полету. Ничто не удержит ее, пока не окажется в путах, которые сама не захочет покинуть. Ее душа и тело станут одним целым, а сила зародится в ней. Да свершится событие, уготовленное свыше для трех сердец, бьющихся в такт вспыхнувшей страсти. Но не только вожделение объединит в союз, а и трепетная любовь, которая принесет могущественных правителей, способных победить каждого, кто встанет на пути, ибо нет равных им…

– Мне этот отрывок очень нравится, – радостно отозвался Эней, чьи уста расплылись в мальчишеской улыбке. – Трепетная любовь... Красиво звучит.

Приам отложил бумагу и выжидающе взглянул на меня.

– Не понимаю, почему ваш выбор изначально пал на Клариссу, – напряженно свела брови на переносице я. – Разве принцессы из других королевств закончились?

– Две стороны, как мы считаем, это два королевства – наше и соседнее. На ближайших территориях подобных владений нет, – улыбнулся Приам, стараясь терпеливо доносить информацию.

Ему давалось сложнее объяснять по десятому кругу, поскольку по характеру был более резким, чем Эней. Порой срываясь на слуг, старший супруг старался со мной держаться предельно осторожно, чтобы не пугать излишней вспыльчивостью.

Спокойным тоном Приам продолжил:

– Есть отдаленные государства, но у правителей в основном сыновья, а дочери – обещаны другим. В пророчестве сказано, что «она свободна как птичка…», значит, остальные принцессы не подходят.

– «…путы, которые сама не захочет покинуть…», – процитировала я, – на практике же принцесса сбежала, оставив вас.

– Ей кто-то помог, определенно, – задумчиво произнес Эней, повторяя сказанные ранее слова.

– Кто, например? – вскинула брови я, оторвавшись от пергамента и посмотрев на него.

– Если бы мы знали, то не размышляли бы по этому поводу, – закатил глаза Приам, устало вздохнув от большого количества времени, проведенного в стенах библиотеки. – Поскольку она сама не владеет магией, то кто-то из ее приближенных мог поспособствовать побегу. На Ганну не стоит указывать, так как служанка пуста, в ней нет неестественных сил.

– Получается, помог тот, кому было выгодно, чтобы принцесса исчезла, – произнес вслух Эней, вглядываясь в текст. – Если бы она осталась, то обрела бы какую-то силу, потом после брака мы бы скрепили наш тройной союз, от которого бы родились могущественные дети.

– Кто бы не хотел допустить такой исход? – посмотрел на брата Приам. – Тот, кто не желает, чтобы мы правили и королевство обзавелось сильными наследниками.

– Отцу Клариссы выгодно было с нами породниться, так как его королевство на шаткой позиции, да и он сам не может похвастаться отменным здоровьем, – пробормотал Эней. – Старик чувствовал, как недолго протянет, вот и поторапливал с браком. Когда его не станет, то королевство перейдет под наше с братом правление.

Я слушала Энея по поводу отца принцессы, но не испытала ничего, кроме жалости. Чисто человеческой. Всегда жаль, когда кому-то отмерено совсем немного. А как еще реагировать? Он ведь не мой настоящий отец, так что горевать по его вероятной кончине мне ни к чему. Я у своих родителей поздний ребенок, поэтому они умерли и уже успела выплакать все слезы, а по чужому отцу рыдать не хотелось. К тому же, понятия не имею какие отношения связывали короля и Клариссу. Может, она вообще не печалилась бы о нем.

– Кто еще в близком окружении принцессы мог быть причастен к ее бегству? – перебирал варианты Приам. – У нее нет такой родни, к кому бы по наследству перешли бразды правления.