К счастью, никаких подозрений правители не высказали. Мужья сказали, что нет причин для волнений и мне оставалось довериться, отмахнувшись от опасений быть уличенной в подмене настоящей принцессы.

Снова последовали дни одиночества.

Супруги не задавали вопросов, полагая, что мне еще нужно время для притирки с окружающим миром и с ними, в том числе.

Самое удивительное, со временем я не чувствовала облегчение. Да, дали возможность побыть с собой, но, чем дольше оставалась одна, тем сильнее накатывала пустота.

Однажды особо холодной ночью, когда не спасало теплое одеяло, я ощутила промозглую бездну, зародившуюся где-то в глубине души. Сумев уснуть, увидела Приама и Энея, которые с улыбками смотрели, а я тянулась к ним, но не могла дотянуться. Когда же пыталась ухватиться, то ловила лишь дымку.

Проснувшись, я подозвала Ганну, которая примчалась на зов. Она зажгла свечи и с обеспокоенным видом уставилась на меня.

– Мне плохо без мужей, – пожаловалась я севшим голосом, глядя перед собой и нервно комкая покрывало. – Они мне снятся, и я счастлива видеть, однако стоит открыть глаза и не обнаружить рядом, то сердце разрывается от тоски.

– Вам их не хватает, это же ясно, – с понимающей улыбкой проговорила Ганна, ласково гладя по моей руке. – Может, перестанете засыпать в одиночку и предпочтете общество двух наипрекраснейших мужчин? Они-то уж точно сделают так, чтобы крепко спалось и вы не ворочались часами до самого утра.

– А ты все замечаешь, – беззлобно проворчала я.

– Естественно. Тем более ваши повороты на кровати туда-сюда нельзя не услышать, – фыркнула Ганна, в последнее время ночевавшая в смежной комнате, чтобы в случае чего быть на подхвате. – Еще и бормочите что-то во сне. Небось, суженых кличете, а не смеете признаться себе, как нуждаетесь в них.

Я потупила взор, осознавая, что Ганна абсолютно права. Но отчего-то не могла вслух произнести то, что очень хотела.

Видя мою неуверенность, Ганна закатила глаза и протяжно вздохнула, затем подорвалась и поспешила к двери.

– Ты куда? – всполошилась я, наблюдая за удаляющейся фигуркой.

– Отправляюсь за теми, кто поможет вам увидеть не только сказочные сны, – с хитрецой в глазах промолвила Ганна.

– Так уже поздно! – тихо проговорила я, тушуясь, хоть и остро желала своих принцев.

– Никогда не поздно осуществить мечты! – с важным видом воскликнула Ганна, скрываясь за дверью.

Я откинулась на подушки, не зная, как быть. Стоит ли встречать мужей лежа под одеялом, как наивная девственница? Блин, так я такая и есть! А может, выбрать сексуальную позу и призывно улыбнуться, поманив пальчиком? Вдруг подумают, что шучу над ними? Столько дней сторониться, а потом раз и строю из себя соблазнительницу?

Пока рой мыслей атаковал мой рассудок, дверь в покои отворилась и на пороге появились ОНИ.

Я взглянула на Приама и Энея, которые были одеты не совсем опрятно, поскольку наверняка одевались наспех, чтобы поскорее оказаться со мной. Волосы взъерошены, одежда где-то чуть помялась. Немного сонные… Какие же они хорошенькие.

С мужьями какой-то период не виделась, поэтому привычное смущение вновь вернулось ко мне. При виде супругов крепко схватилась пальцами за покрывало, чтобы не выдать волнения.

Принцы также молча рассматривали меня, причем так внимательно, словно хотели запомнить каждую деталь и сравнить с мгновениями, когда мы были вместе.

– Здравствуй, Клара, – первым заговорил Приам, нарушая тишину, и вызывая мурашки по всеми телу от его глубокого и проникновенного голоса. Как будто давно не слышала и сейчас чуть ли не теряю сознание от первозданной красоты звучания.

– Мы пришли сразу же, как только нам Ганна сказала, что ты нас ждешь, – Эней проговорил тоном, будто сама нежность вселилась в него.

Я смотрела на своих супругов и так тепло становилось, даже жарко, отчего и одеяло можно было откинуть. Холод отступил, как только мужья появились. Чудеса!

– Я не просто жду… а хочу вас… полностью и без остатка, – слова сами сорвались с моих уст. Произнеся их, не стала отнекиваться. Добавила, чтобы принцы убедились в моей осознанности: – Идите ко мне, дорогие, я готова разделить с вами ложе и соединиться как истинные супруги.

– Клара, – мое имя, прозвучавшее трепетно, сорвалось с уст Энея, который всем своим радостным видом, показывал, как ждал, когда озвучу то, о чем он мечтал услышать.

Я наконец позвала супругов, хоть и не без помощи Ганны, зато служанка оказалась силой, подтолкнувшей нас троих к правильному действию.

Эней сделал шаг к кровати, где я восседала и призывно протягивала руки, но голос брата заставил принца застыть на месте, а очарованию момента раствориться, словно дымка.

– Что изменилось? – донесся серьезный тон Приама, стоявшего около стены, о которую он оперся спиной и всматривался в меня. – Почему ты вдруг решила переменить свое отношение к нам? Плохие мысли отступили?

– Нет, они все еще тревожат меня, – честно призналась, опустив руки на покрывало, которое принялась комкать пальцами из-за волнения, мгновенно прокатившегося по телу. Чтобы унять появившуюся дрожь, прикрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. Посмотрев на супругов, четко выговорила: – Однако я страдаю вовсе не от них.

– Тебе нехорошо? Почему не сообщила? – встревоженно проговорил Эней, быстро приближаясь ко мне, но я вскинула руку, призывая остановиться, что он и сделал.

Я захотела высказаться, а его близость не позволила бы сконцентрироваться.

– Страдаю от разлуки с вами, – грустно улыбнулась, осматривая принцев, внимающих каждое мое слово. Уверенно добавила, надеясь, что голос звучит твердо: – Да, это правда. Мне не хватает вас рядом. Сама отстранилась, но понимаю, что больше так не может продолжаться. Я нуждаюсь в своих супругах. Мне недостает вашего общества, как прежде. Мало того времени, которое уделяем друг другу. Когда же расходимся по разным комнатам, то испытываю тягу вновь оказаться вместе. Это сильнее меня, и самое интересное, что не желаю бороться и препятствовать чувству разделить близость с вами. – Тихо засмеялась: – Вы снитесь. Даже во сне не могу забыть о вас. Я и не хочу забывать. Помню каждый момент, когда ваши образы приходили ко мне ночью. Я была счастлива. С удовольствием позволяла делать с собой во сне все, что могли предложить. Ощущаю ваши прикосновения, как будто все это на самом деле происходило совсем недавно. Такие воспоминания попросту не осмелилась вычеркнуть из памяти, они согревают меня холодными ночами. Всегда.

Я натянуто улыбнулась, полагая, что супругам покажутся странными мои разглагольствования о снах. Рассказала, как было, поэтому не стыдилась собственного признания.

Приам и Эней молча рассматривали меня, видимо, взвешивая услышанное.

Ну, да, кому приятно, когда сначала отталкивают, а потом тянутся, словно ничего не случилось? В принципе я готова к любому исходу. Если они пожелают спокойной ночи и уйдут, я пойму.

– Значит, тяга к нам? – ухмыльнулся Приам, в чьем голосе послышалось удовольствие.

– Как бы она никуда не уходила. Сам чувствовал, как отношусь к вам, – проворчала я, скрываясь за румянцем, проступившем на щеках. Уже ж призналась, как есть, а старшему супругу обязательно надо сделать акцент на чем-то откровенном.

– Смотри, как она смущается. Это так мило, – добродушно рассмеялся Эней, присев рядом со мной на постели. Протянув руку, провел пальцами по щеке, где явственно виднелась краска смущения.

– Не издевайтесь надо мной. Мне и так сложно дается подобный разговор, – надула губки, пытаясь отодвинуться от младшего супруга, но тот второй рукой обхватил меня за плечи и подтянул обратно, не позволяя избегать его прикосновений.

– Привыкай, милая, мы не в последний раз смущаем тебя, – проговорил Приам, подходя с другой стороны кровати и останавливаясь за спиной.

– Насчет тебя – не сомневаюсь. Ты тот еще любитель вогнать меня в краску, – хмыкнула я, прикрыв глаза от наслаждения, когда Эней вновь погладил по щеке и провел ладонью по спине, прижимая к своей широкой крепкой груди.