Я встроился в очередь, разглядывая женщин и мужчин. Первых с удовольствием — пусть на мой вкус они были и довольно старомодно одеты, но такого количества платьев, ещё и разноцветных я, наверное, вообще никогда не видел. А мужчин с осторожностью — на тот случай, если где-нибудь успел с ними пересечься. Все выглядели состоятельно, но не все были «джентльменами», хватало и охотников, и бойцов, принадлежащих к разным местным кланам. На меня тоже поглядывали, даже с неприязнью, но это были стандартные взгляды самцов, контролирующих, на кого посматривают их самочки.

Ладно, я перестал нервировать народ и уставился на собор. По крыше не уйти, не считая охраны, просто слишком высоко, и соседних зданий нет. Но здесь много входов и выходов, на плане указано аж восемь штук, плюс подвалы с катакомбами. Вроде бы даже какая-то ячейка «Крысоловов» есть, но маленькая. И часть проходов лет двадцать уже как завалена, справочник говорит, были здесь случаи, когда гадость какая-то просыпалась. Пока навскидку самый лучший выход через заднюю боковую дверь, там близко парк с небольшой, но по описанию, глубокой речкой. А под водой я смогу уйти далеко, правда, вылезу мокрым, но выбраться можно рядом с прачечной и позаимствовать одежду там. И это не единственный вариант, который я припас. Если удастся выйти без погони, то можно просто по прямой и там через три квартала уже должна ждать машина.

— Ваше приглашение? — прозвучал требовательный голос в метре от меня, вернув меня из мира планов в реальность.

Очередь распалась на отдельные потоки, и я оказался лицом к лицу с усатым «гусаром». Гусар он, может, и не настоящий, но усы были шикарные. Никогда таких не хотел, но уважал. Я протянул сложенный втрое лист бумаги, словив флешбек, что контролёр сейчас каким-то магическим образом магический штрихкод считает, но «гусар» лишь бегло пробежал текст и задержался только на печати.

Удовлетворённо кивнул, возвращая мне бумагу, но с прохода не сдвинулся. Махнул рукой, жестом, который я принял за призыв к обыску, и уже почти поднял руки, как вспомнил про биомонитор. Протянул его, покрасовавшись прекрасным процентом владения геномом, и вот только после этого «гусар» махнул двумя руками и бегло меня обыскал. Буквально пояс, подмышки и лодыжки — места, где мог прятаться пистолет. Ни фляга, ни портсигар его не заинтересовали. На трость он покосился с явным пренебрежением, похоже, бамбук здесь считался дешёвкой.

— Добро пожаловать на слушания Совета, мистер Морган, — «гусар» сдвинулся, освобождая проход. — Соблюдайте правила, и ни у вас, ни у нас не будет никаких проблем. Рекомендую поторопиться, слушание МакКензи против Дугласа уже началось. Они уже лет двадцать спорят, и каждый раз это целое шоу.

Рекомендацию он дал, уже слегка погрустнев, похоже, сам хотел вживую увидеть, а не довольствоваться потом пересказами в баре. Я поблагодарил и прошёл первую линию билетного кордона. Поравнялся с «Ведьмой», невидящим взглядом сканирующую толпу. Сейчас было опасно, особенно напрягло, что женщина стала морщить нос в моём направлении. Уж не знаю, что учуяла — что-то в моей ауре, острохвостов или патроны с заряженными геномами.

Хорошо, что её глаза были скрыты под капюшоном балахона. До тех пор, пока я не видел её взгляда, сохранять хладнокровие и держать под уздой эмоции генома ещё удавалось. «Ведьма» сделала шаг в мою сторону, но неожиданно и я ускорился — меня просто сзади подтолкнул какой-то довольно наглый «джентельмен»-толстяк. Видимо, очень торопился на слушание МакКензи и Дугласа.

Никогда бы не подумал, что буду рад объятьям потного быдла, но сейчас пришлось очень кстати. Я пропустил его вперёд и буквально прилип, прячась в его душной ауре. Считай, на легковушке мимо камеры за фурой проскочил, и перешагнул порог собора. Почти сразу уткнулся в спины и затылки, сам чуть не задохнулся от духоты и чуйку чуть не сломал от перегрузки. По ощущениям, будто бы в болото нырнул, но и меня здесь никакой «эхолот» не прочитает.

Ладно! Первая часть плана удалась. Я внутри.

Глава 31

И не только я один. Здесь реально сейчас под тысячу человек набилось. Для того чтобы увидеть, что происходит на сцене, и вообще просто оглядеть зал, пришлось изрядно потолкаться локтями. Толпа, как резиновая, лишь снималась, отпружинивая обратно, и не давала сквозь неё протечь. Зато было довольно тихо, народ чуть ли не затаив дыхание, слушал то, что происходило где-то далеко впереди.

И я удивительным образом тоже слышал хорошо поставленную речь, вещающую в слегка саркастической манере. Этакая речь адвоката, когда он хочет высмеять обвинителя. Я задрал голову, удивляясь, работе акустики. Как и положено, пусть и переделанным соборам, потолок был высоко. Единственный момент, здесь не было каменных, расписных сводов, здесь уже вовсю использовались металлические конструкции. Много. И колонны, идущие в несколько рядов по залу, чтобы всё это поддерживать были стальные, и балки с фермами под потолком, и широкие балконы по бокам.

Я не до конца понял предназначение почти половины ферм, прятавшихся в тени под потолком. Часть вопросов не вызвали — на них, как в театре, крепилось освещение. Потом явно была какая-то вентиляция, какие-то акустические панели и какое-то незнакомое оборудование из мира Аркадии, которое работало на геномах. В общем, чёрт там ногу сломит, но зато и мне подходило идеально. Осталось только туда пробраться и не спалиться при этом.

Ещё раз осмотревшись, я прикинул расположение лестниц, поковырял в памяти план здания с входами в служебные помещения, и срисовал ближайшую охрану. Сборная солянка — по углам, как на посту, дежурили местные «гусары», а среди зрителей курсировали замаскированные патрули «Искателей». Но их всех выдавала аура, а некоторых ещё и блестящие лысины. Без татуировок и белой краски, но, видимо, у них это уже вместо униформы.

Ладно. Я сделал глубокий вдох и нырнул в толпу. Ужом вклинился, обтекая людей, и минут за тридцать, продвинулся метров на двадцать. Разглядел впереди просвет — там, где начинались лавки, а потом и кресла, и сдвинулся поближе к стене и лестнице. На боковой балкон пробирался ещё минут пятнадцать, просто наступить было некуда. На каждой ступеньке сидели люди, и, чем выше я поднимался, тем яростнее на меня смотрели, боясь упустить хорошие места.

Ну как хорошие? Один фиг галёрка-галёркой, но уже хотя бы какой-то вид открывался. Похоже было на здание суда. Сбоку стол, за которым сидели пять очень важных старичков — типа судьи. Вдоль стены напротив в два ряда стояли кресла — типа присяжные, но, похоже, места для остальных членов совета. Всего под шесть десятков мест, но занята была только половина.

Я увидел знакомые лица, и все они сидели с краю: ирландский Пастор, Бигхэд с братом, который стоял за спинкой стула, и даже Бык из Хемстеда, обогнавшего меня в дороге. А вот Драго не было, как и «Ведьм» с «Волками». Хотя насчёт последних я был не уверен, мастера Вольфа я не встречал, а он вполне мог оказаться каким-нибудь седым старцем, которых здесь в разных вариациях было человек пять.

Были и женщины, и мужчины — одеты богато, выглядят солидно и важно. Если бы я получше разбирался в городах Ганзы, то, может, по отдельным цветам и элементам в одежде, угадал бы, кто откуда.

Единственное, что всех их объединяло — это массивные круглые медальоны, висящие у каждого на груди. У моих знакомых — блестящие и свеженькие, у остальных — уже потускневшие от возраста. На медальонах была гравировка в виде герба того города или региона, который он представляет.

Собственно «судьи» и «присяжные» наблюдали за небольшой сценой, разделённой пополам условным барьером, на который и бросались адвокаты и участники слушаний.

Дальше, практически сразу шли места для зрителей. Первые ряды с удобными и мягкими креслами, потом попроще и дальше (на совсем небольшом возвышении) уже шли лавки. По сути, здесь можно было не только заседания историко-географического общества устраивать, но и обычные представления давать. Задним рядам, конечно, не особо видно, но иначе билеты в партер не продашь.