— Ускоренная регенерация (MAX)

— Зрение в сумраке (MAX)

— Маскировка (5 ур)

Дополнительный навык: Аура тишины (4 ур)

— Марафон (5 ур)

— Спринт (4 ур)

Дополнительный навык: Бросок (3 ур)

— Чуйка хищника (4 ур)

— Кондрашка (4 ур)

— Стальная кость (3 ур).

Дополнительный навык: Перо (3 ур)

Дополнительный навык: Кровопотеря (1 ур)

Дополнительный навык: Рассечение (1 ур)

— Аура страха (3 ур)

— Гипероксия (3 ур)

— Улучшенный теплообмен (3 ур)

— Чувство роя (3 ур)

— Убойная зона (2 ур)

— Усиленный слух (2 ур)

— Тепловизор (2 ур)

— Повышенное обоняние (2 ур)

— Нокаут (1 ур)

— Смертельная хватка (1 ур)

GEN_ARC. Пассивные навыки:

— Поглощение урона (MAX)

— Иммунитет (4 ур)

— Защита от ментальных атак (4 ур)

— Сопротивление (2 ур)

— Композитная кожа (1 ур)

— Анальгезия (1 ур)

Первое, что бросилось в глаза, — список ужался. Исчезло разделение на донора и реципиента, и даже погрешные два процента этому не помешали. Почти всё сложилось в плюс. Причём «Ускоренная регенерация» и «Зрение в сумраке» достигли максимального значения. Отличным образом объединилась «Маскировка» — сама достигла пятого уровня и подтянула «Ауру тишины» на один уровень вверх.

«Иммунитет» и «Защита от ментальных атак» просто прибавили по одному уровню. Вернулись слух, нюх и тепловизор, поднявшись сразу до второго уровня. «Чуйка хищника» прибавила в уровне и теперь не требовала геномного адреналина.

«Стальная кость» осталась без изменений, как и «Чувство роя». А вот «Гипероксия» единственная просела сразу на два уровня. Хм, похоже, геном бастует против подводных путешествий.

А взамен появились не очень пока понятные с практической точки зрения: «Нокаут» и «Смертельная хватка». Детальных описаний у навыков не было, но Аркаша (вместе с системой) уже попытался что-то проанализировать.

«Нокаут» — обычный удар, совмещённый с «Броском» и «Убойной зоной». По сути, ничего нового я и так старался именно так и бить. Добавлять ускорение и целиться так, чтобы наверняка. Но с объединением в один конкретный навык сам удар должен был стать сильнее и быстрее, без микропауз на подумать, что-то просчитать или что-то добавить. Плюс, выброс энергии, включающий все возможности тела. Короче, метко, но на первом уровне редко и с большим количеством калорий.

«Смертельная хватка» пересекалась уже с «Марафоном». Вцепился куда-то или в кого-то и висишь. Ну или давишь, при необходимости. В принципе, полезно и не требует таких затрат энергии.

Ещё появилось две почти новинки, которые раньше шакрас включал мне спонтанно. «Композитная кожа» и «Анальгезия», то есть нечувствительность к боли, почему-то попали в раздел пассивных навыков. Типа мы есть, но включаться будем только в крайнем случае. Такое себе, но с другой стороны и раньше так было, и всегда в тему.

Я ещё раз прошёлся по всем навыкам, изучая внутреннее описание. Запоминал ограничения, радиусы действия, условную мощность и потенциальные защиты и противодействия. Осторожность проявлять всё равно придётся. И «Маскировку» пробить смогут глазастые геномы, а скрытные обмануть мою «Чуйку». Или «Кондрашка» с «Аурой страха» кого-нибудь не хватит.

Наигравшись с навыками и прикинув, что нужно будет усилить в первую очередь, полез в систему искать скрытый раздел «Наследие Аркадии». Прочитал короткий текст, считай, всего пара предложений. Покосился на Осу, видела она это или нет? Выключил проекцию и задумался. Хорошая новость — я нашёл потерянные пять процентов. Плохая новость — возможно, «эхолот» не так уж и не прав…

Глава 2

Под размышление про психов и верования Аркадии всё-таки задремал. Ещё было интересно, получила ли Оса такое же уведомление. Но это мы узнаем, только когда у неё появится биомонитор. А появится он у неё, когда мы наведаемся к Клоду. А заодно я попытаю его на тему, кто мог залезть в систему UNPA и прописать там скрытый раздел.

То, что в UNPA эта программа была официальной и общедоступной, я не верил. Скорее, очередные происки какого-нибудь департамента. Чем дольше я на Аркадии, тем больше кажется, что здесь уже только монстры не пытаются вести какую-нибудь свою особенную игру. Мир интриганов, фанатиков и прочих мутных типов…

Когда я проснулся, ни Осы, ни мелкого рядом уже не было. Зато появился свет. Слабенький и бледный, который производили светлячки. Правда, вид у них был такой, что светиться их заставили буквально под пытками. Что, впрочем, оказалось недалеко от истины. Анну я разглядел метрах в трёх. Она сидела, скрестив ноги, и что-то вытворяла со светлячками.

Спросонья она напомнила мне первобытную женщину, которая из подручных средств мастерила что-то для хозяйства. А конкретно сейчас что-то типа гирлянды из светлячков. Мелкие «лампочки» были связаны в нитку, а её Анна как раз сейчас обматывала вокруг длинной каменной щепки. Получалось что-то типа небольшого факела. Света он давал не особо много, но лучше, чем ничего.

Насекомые на стенах отсвечивали ещё слабее, но зато появилась возможность оценить размер помещения, где нас завалило. До потолка метра три, стен вижу только три штуки, включая ту, через проход в которой мы сюда проникли. Довольно широкий тоннель, почти станция метро с полной темнотой и неизвестностью, что там в дальнем конце. Я потянулся к сканеру, но в очередной раз никого, кроме своих, не заметил. Сколько метров до поверхности, и как далеко мы вообще успели убежать — неизвестно. Этакая богом забытая и врагами замурованная дыра где-то под горами по соседству с Гетто.

Хотелось пить, есть и в баню. Или хотя бы обратно в Рекадию, кишащую едой и полную душевых кабинок. М-да, всё, действительно, познаётся в сравнении. Я слегка размялся и подошёл к Анне.

— Доброе утро, — улыбнулся я, снова представив её в образе первобытной дикарки. Чумазая, лохматая, пыльная, уже не бледная, но не очень понятно какая, учитывая жёлто-зеленую подсветку от светлячков.

— Сомневаюсь, — фыркнула Оса, но тоже улыбнулась. Видимо, я не лучше выглядел.

— Что доброе?

— Что утро, — Анна пожала плечами. — Если живы, то уже доброе. Кушать только хочется.

— А мелкий где?

— Ему тоже кушать хочется, — усмехнулась Оса. — Но в отличие от нас, ему и светлячки вкусные. И прочие ползучие гады. Он у тебя заботливый, уже приносил парочку. На опарышей похожи были, только в панцирях.

— И куда ты их дела? Там же белка куча, — возмутился я, отчасти прикалываясь.

— Знаешь, я девушка, конечно, непривередливая, — сказала Оса, смахнув пыльную чёлку с чумазого лба. — Но давай всё же не перегибать. Что у нас вообще осталось?

Хороший, конечно, вопрос. Обнулились мы, считай, не только по геномам. Но если по тем всё произошло более, чем удачно, то снаряжению не повезло. Проще было посчитать, что осталось, чем перечислять то, что мы потеряли. Уцелел сканер миротворцев, мой мультитул, считай, единственное, что у меня осталось с Земли. Фонарь разбился, кукри оторвало вместе с ножнами, «ваншот» остался у «Эхолота», ну и по мелочи — что-то выпало, что-то сломалось.

Итого по оружию: у Осы остался её веер и каким-то чудом выжил «фуфустрел», даже колба не треснула, правда, зарядов к нему не было. У меня два «чезета» и по паре магазинов к каждому, плюс россыпь патронов, чтобы эти магазины наполнить. Броня «Древних» на мне сидела плотно и спокойно уцелела, как и амулет «Крысоловов».

— Негусто, — вздохнула Оса, принимая один из «чезетов».

— Сильно больше, чем у меня было, когда я появился на Аркадии, — пожал я плечами, сам удивляясь, когда это я успел стать таким оптимистом. Видимо, это тоже навык, пришедший от шакраса.

Я отдал пистолет, добавив магазины с патронами, и полез за самым важным, что, к счастью, сохранилось. Трофейные геномы! Их тоже будем делить, а заодно, может, и чувство голода притупится.