— Не переживай, есть пара идей по этому поводу, — ответил я и начал собираться на встречу.
Идеи, правда, были. Начиная от письменного контракта с указанием таких деталей, которые я бы не смог выдумать и подделать. Чтобы в случае чего он всплыл для широкой общественности и указал на «Миротворцев». Потом запись разговора. К сожалению, камер здесь я не встречал, но диктофон я точно видел у Клода, и у меня будет время к нему заскочить. И напоследок — острохвосты. Как раз на Клоде я их уже протестировал, и звук идёт, и картинка видна. Оставлю их, послушать послесловие, которое наверняка прозвучит среди переговорщиков. А, может, ещё что-нибудь придумаю по дороге.
Возвращаться туда, где я в розыске, меня не смущало, но всё же лучше делать это ночью. Кепка, капюшон, темнота и маскировка и можно было даже парик не надевать, который мне сварганила Баба-Нина из гривы какого-то бедолаги. Получилось неплохо, но стать блондином — это уже был перебор.
Поехал я один, одолжив у одного из парней Датча мотоцикл. Подъехал ночью к стене, подальше от ворот и известных сторожевых вышек. Перебрался через стену и спокойно растворился на тёмных улицах. Сперва пробрался к Клоду, всё ещё строившего из себя больного и решил вопрос с диктофоном. Даже никакой раритетный девайс не потребовался, всё реализовали через биомонитор. Клод предложил добавить какой-то софт, который сделает из Аркаши не просто помощника, принимающего голосовые команды, но помощника с памятью. Но свою систему я доламывать не стал, а просто купил второй биомонитор. Оставлю его потом Датчу, чтобы в случае чего он смог обнародовать запись.
Вопреки надеждам Клода от меня избавиться, я просидел у него до утра. И за пять минут до открытия почты уже стоял перед дверью с пустой коробкой в руках. А дальше по сценарию, рассказанному Шустрым. В отделении я пока был единственным посетителем и, думаю, можно было обойтись без паролей и сразу спросить, где здесь контракты на Драго выдают, но выламываться я не стал. Хотя настроение было приподнятое, явно нервишки пытались защититься сарказмом.
— Сегодня в Хемстеде на удивление хорошая погода, — сказал я ещё зевающему менеджеру приёмки.
— А в Хардервайке опять идут дожди, — ответил встрепенувшийся парень. — У вас срочная посылка?
— Очень, — кивнул я, сдерживаясь, мне уже эта погода с дождями что-то напомнила, видимо, Шустрый придумал. — Ещё вчера нужно было отправить.
— Пройдёмте, зал ускоренного оформления у нас там, — менеджер вздрогнул, когда скрипнула входная дверь и на пороге появилась старушка с конвертом, а потом показал на проход в служебное помещение. — Только боюсь, придётся немного подождать.
Сам он со мной не пошёл, а шустро обогнув стойку, бросился к старушке. Поздоровался с ней, даже приобнял и чутка развернул, чтобы она не заметила мой манёвр. За дверью меня встретила довольно симпатичная девушка, но уже не менеджер, а из охраны. Камуфляж отличался от типового «Миротворческого», а на плече красовалась эмблема Экспедиционного Корпуса. Если там все такие, то понятно, почему Купер так туда рвётся.
Она проводила меня по коридору в типовую переговорную: круглый стол, шесть стульев, доска на стене и столик с водой в бутылках. Она оценивающе на меня посмотрела, я, в принципе, ответил тем же, порадовавшись, что Оса всё-таки не может читать мои мысли. Блин, не о том, конечно, думаю…
Ждать пришлось всего минут пять. Думаю, что меня не ждали к самому открытию. И, возможно, нужного мне человека даже не было на месте, но теперь у руля люди армейские, они умеют быстро, когда им надо. Я только и успел, что включить запись и спрятать острохвостов по разным углам комнаты, когда за дверью послышались чёткие, торопливые шаги.
Дверь распахнулась, и в переговорной как-то сразу стало тесно, хотя вошли всего два человека. Первому на вид было лет шестьдесят, седые короткие волосы, кривой, когда-то очень давно сломанный нос, старый шрам на скуле. Второй лет на десять помоложе, совсем лысый и на голове жуткий шрам, будто бы от трепанации черепа.
Оба спортивные, второй даже чересчур быковатый, подтянутые и в общем сразу было понятно, что это не менеджеры, не шпионы и не политики. Вояки.
Старые морские волки, а, скорее, котики. Первый жевал жвачку, у второго из кармана торчали солнечные очки авиаторы, а на бицепсе из-под рукава короткой рубашки выглядывал кусок татуировки в виде пернатого крыла.
Я как-то даже выдохнул и чуть было по старой памяти не вытянулся по стойке смирно. С такими мне спокойней общаться, у них на лице обычно написано то, что они думают.
— Сумрак давно хотел с тобой познакомиться, — сказал седой.
И протянул руку для пожатия, которое ожидаемо оказалось очень крепким. Без понтов, просто силы в мужике много, ещё и геном какой-то боевой. А вот лысый попытался добавить себе веса. Видимо, переживал, что он здесь не главный. Хотя нарвавшись на «Крепкую кость», не расстроился, а, наоборот, уважительно усмехнулся. Может, проверял.
— Времени у нас мало, — начал седой, усевшись в кресло. — Поэтому давай без любезностей. Зови меня Шериф, а его, — он кивнул на лысого. — Мичиган. На время этой спецоперации он для тебя станет братом, отцом, а, возможно, и лучшей подружкой. Всё обеспечение через него. Оружие, взрывчатка, даже геномы какие-нибудь сможем добыть.
Шериф говорил быстро и с таким видом, будто мы уже всё обсудили и обо всём договорились. По-простому так, будто мы с ним уже кучу военных кампаний прошли и не первый год вместе служим. Мичиган, который не то штат, не то какой-то «ган» молчал, просто кивая на каждое слово Шерифа.
— Стоп, — начал я, но Шериф меня перебил.
— Понял, извини! Не с того начали, — он выдохнул, собираясь с мыслями, и вид у него был такой, будто он подбирает совсем уж непривычные для себя слова. — Так. Давай сначала. Я Шериф, глава недавно созданного подразделения специальных операций Экспедиционного Корпуса. Это — Мичиган, мой заместитель, — он ещё раз вздохнул. — И мы хотим официально принести извинения от лица UNPA.
После этих слов он уже нормально выдохнул. По нему видно было, что извиняться он не привык и явно ожидал от меня какой-то эмоции, но я промолчал.
— Хм, ладно, — продолжил Шериф. — Понимаю, но и ты меня пойми. В конторе была крыса. Вот таких, мать её, размеров, — Шериф развёл руками, будто на рыбалке. — И мы её проспали. Не прям мы, конечно. Нас-то никто не спрашивал. Но большие боссы, мнущие свои жопки в потных кабинетах, перемудрили. И у них под носом крысятничал весь разведывательный Директорат.
Я кивнул, слушая эту довольно горячую речь.
— Всё! — Шериф хлопнул в ладони. — Его больше нет. Директорат распущен, большинство уже за решёткой, по остальным ведётся следствие. И, уверен, что вестись будет ещё долго. И там на Земле, и здесь. Мы получили доступ к архивам, к ряду проектов. Такая хрень, что у Мичигана были бы волосы, они бы дыбом встали, а так только шрам порозовел. Знаешь, откуда он? Это на западном рубеже ши-тау встретили.
Мне показалось, что шерифа уводит в сторону, но это была лишь мастерская подводка.
— Я знаю про проект «Геном Хищника», я читал донесения про твои приключения. Хочешь честно?
— По-другому и смысла нет, — снова кивнул я.
— Я хочу, чтобы ты работал на меня, — сказал Шериф, но при этом как-то погрустнел. — По нормальному, чтобы официально вступил в Корпус и вместе с нами пошёл расширять территории.
— Но? — спросил я, положив руки на стол.
— Но этого не будет, — вздохнул Шериф. — Сейчас нужны другие твои таланты. И неофициально, думаю, почему так объяснять не надо. Нужно ликвидировать Драго и сделать это до момента, когда Совет начнёт обсуждать новый договор. Ты готов это сделать?
— Мне нужны гарантии, мне нужен Купер с парнями… — начал перечислять я, но Шериф опять меня перебил.
— Из гарантий только моё слово, которому ты, конечно, верить не обязан. После смерти Драго в Хедерленде произойдёт переворот, и к власти придут лояльные к UNPA люди, — Шериф откинулся на спинку стула и начал загибать пальцы. — И не забывай про гонорар. Мы дадим десять миллионов аркоинов, пять из которых ты сейчас сможешь забрать на выходе.
