Но эта мысль меня не порадовала! Рёв за спиной усилился, и на полянку перед ручьём выкатился наш проснувшийся друг. Не зря у меня была ассоциация с метро, потому что за нами выкатился полноценный поезд. В принципе, просто червяк-переросток, какими Аркадия меня уже не удивляла, но это не значит, что они начали мне нравиться!

Я сделал ещё один рывок, уходя в сторону Пепла. Подцепил его за шкирку, заодно заметив, что ранки уже затянулись, и поддал ему капельку ускорения, выбрасывая его на берег. Датч уже был там, а через секунду и я с ними.

Монстр был близко, нас по сути разделял только ручей. Метров десять в самом узком участке и пятнадцать в самом широком. Глубина здесь по пояс, и даже если он не умеет плавать, то проблемы с переправой для него не стоит. Но при этом монстр замедлился и остановился в нескольких метрах перед водой. Либо он, как и шакрас, не особо любит водные процедуры, либо здесь проходит граница его территории. Либо чует ещё какую-то опасность?

Я, по крайней мере, сам её чувствовал. Тревожный фон на сканере, исходящий и от ручья, и от монстра и сливающийся в одно размытое пятно. А вот самого червя теперь можно было прекрасно разглядеть. Большая, кажется даже шире в диаметре, чем был вход в пещеру, рыжая «труба» без чётко выраженной морды, но с кучей отростков вокруг пасти. Капец, страшила! Будто морскую звезду насадили на шланг от пылесоса, увеличили в масштабе и внушили, что он теперь не червяк, а экскаватор.

Сильно бронированной шкура не выглядела, в некоторых местах на рыжей коже даже уже мох начал расти. С другой стороны, когда у тебя размер и масса небольшой электрички, и змеиная грация, то броня уже как-то второстепенна.

«Что встали? Бегом давайте! Нужно, чтобы он вошёл в воду!» — прилетел яростный призыв от Осы, и тревожный фон с воды и леса разложился на составляющие.

— Твою же мать! — рявкнул я, толкнул Датча по направлению, где пряталась машина, а сам подпрыгнул и замахал руками, привлекая внимание монстра.

Не уверен, что он меня увидел просто потому, что не уверен, есть ли у него глаза. Поэтому пришлось помахать ладонью с зажатым в ней пистолетом. Две очереди, каждая на пять патронов, который я, считай, на ветер выкинул. Всё прилетело в цель, только непонятно, где эта цель была. Мясистая, гладкая шкура впитала все пули, как губка воду, даже кровь брызнула, но говорить о хоть каком-то мало-мальском уроне не приходилось. Ну хоть заметил, и то уже результат!

Червь выгнулся, приподнявшись на какой-то из своих частей — а где он заканчивался, я так и не видел, хвост терялся в темноте кустов. Приподнялся, задрав дырку морды на уровень почти третьего этажа, и заревел на меня. Щупальца раскрылись, затрепетав, как припадочные, а из бездны чёрной глотки вылетел поток воздуха, в котором барахталась смесь из слюней, земли и ещё каких-то ошмётков, которые, к счастью, до меня не долетели, а дождём осыпались в ручей. Хотя меня всё равно толкнуло воздушной волной и хлопнуло по ушам звуковой.

«Хватит ему глазки строить! Беги уже!» — сквозь вату в голове пробился крик Осы.

Я отступил на шаг, не собираясь поворачиваться к червю спиной, и понял, что уже какое-то время стою один. Ни Пепла, ни Датча рядом уже не было! Ну что же, если он меня проглотит целиком, то, скорее всего, выход я когда-нибудь найду…

Накричавшись, червь, наконец-то, решился и завалил морду с передней частью туловища в воду. Реально, будто вагон поезда уронили, подняв две волны в обе стороны. Часть дна оголилась, продемонстрировав то, что скрывалось в ручье. И вот тогда я снова удивился! Что-то я, видимо, не знаю про правильные методы, как передвигаться и прятаться в такой воде!

Шесть маленьких на фоне монстра силуэтов: четыре с одной стороны и два с другой. Хрупкие, гибкие тела, на самом деле, маленькие даже без сравнения. Все в чёрных костюмах из запасов «Ведьм», этакие тощие, потому что мокрые и в облипку, ниндзя с серпами в руках.

Червь, мне кажется, даже не понял, что на него напало. Когда он дёрнулся и начал метаться из стороны в сторону, его уже распороли как минимум с трёх сторон. «Пчёлки» порхали как гимнастки на стероидах, каждый прыжок с набегом на червя размывался от скорости и маскировки, и можно было заметить только блестящий стальной росчерк, идущий сверху вниз и разваливающий толстую шкуру на половинки. Так, наверное, апельсин ножом чистят.

Среди почти одинаковых «пчёлок» мелькали и Оса. Тоже с серпами, но ещё быстрее. Она бросалась на монстра, впиваясь лезвиями в шкуру, отталкивалась от них же и залетала на спину, прежде чем червь успевал изогнуться и достать её шупальцами. И тут же съезжала, как по горке, с другой стороны, распарывая шкуру. И уходила в сторону, освобождая место напарнице. И всё повторялось со сдвигом на следующий кусок торта, то есть червя, которого «Пчёлки» решили разрезать на кусочки.

Шесть ниньдзя-гимнасток, двенадцать серпов, безумная скорость — как ни вертелся монстр, он так и не смог никого зацепить щупальцами. А когда попытался задавить явно бесячих его жалящих насекомых и рухнуть на них всем телом, только брюхо своё открыл под новые порезы. Поняв, что он зря сунулся через ручей, монстр попытался отползти, но было уже поздно.

Оса появилась на самом верху и с размаха врубилась в чуть более тёмный участок шкуры, кромсая его уже не как апельсин, а как арбуз. Выпилила пробный квадратик и начала рубить в глубину. «Пчёлки» при этом вертелись вокруг участка шеи, дорезая все те мышцы, благодаря которым, монстр пытался вертеть пастью.

И ещё минута и громадная туша распласталась на земле в уже красном от крови ручье. Оса победно вскрикнула, подняв над головой окровавленный серп. И тут же, не сходя с места, начала разбор «пчелиных» полётов. Кто и где накосячил, задержался или, наоборот, чересчур рисковал.

Заработала «Школа Осы» — чётко, коротко и по делу. Я даже сам заслушался, чуть не пропустив момент, когда от монстра пошло свечение и со шкуры скатился геном. Крупный, морщинистый и совершенно чёрный. Он сам был похож на какую-то скукоженную личинку, даже брать его не хотелось. Но я поймал, хотя бы для того, чтобы прочитать потом его свойства.

Пока ловил, тело мёртвого червя вдруг зашевелилось, а сверху раздался удивлённый возглас Анны. Точнее, уже не сверху, потому что туша распалась на две части, уронив Осу на землю. Часть монстра передо мной ещё раз дёрнулась, видимо, в предсмертной конвульсии, а другая часть шустро заскользила в лес.

— Он что, как ящерица, хвост откинул? — удивлённо спросила Оса, следя взглядом за удаляющимся червём. — Догоним? Чтобы уже точно и копыта отбросил?

— Догоним, — кивнул я. — Только в другой раз. А сейчас валим, пока на прииске никто не опомнился и не поинтересовался, кто тут шумит.

Глава 28

Опдеберг довольно сильно изменился с момента моего прошлого посещения. Процесс ускоренного строительства, когда лагерь повстанцев рос как на дрожжах, и превращался в муравейник, давно закончился. Потом всё это дело встряхнули, отсортировав жителей по степени их погружения в жизнь городка. Кто просто перекантоваться, а кто на постоянку. Появились свои магазины (включая оружейный), несколько ремонтных лавок и целая (пусть и крошечная) генотека.

И сейчас, когда мы совершенно беспрепятственно (без засад и секретов) добрались до города, шёл следующий этап. Много кто ушёл, но те, кто остался, перестраивали городок под себя. Сносили лишнее и расширяли собственные владения, формируя из тесного муравейника, пригодный для долгой жизни город.

По дороге мы вдоволь наговорились с Голландцем. Практически всё, что мы нафантазировали с Осой, изучив карты и заметки в особняке «Ведьм», оказалось верным. «Искатели» действительно предложили Пограничью сделку. Раздел влияния: «искатели» получают Хиллегом, но вместо этого помогают остальным регионам получить статус независимых государств и присоединиться к Ганзе на правах полноценных членов. Со всеми вытекающими оттуда возможностями: прямая торговля с UNPA, беспошлинные внутренние сделки, безвизовый режим, гринкарты, рабочие места — в версии Датча звучало чуть замудрёней, это я для себя так обозвал, но суть от этого не поменялась.