Ночью я легко проник в офис географического общества. Охраны не было, замки дряхлые. Сложнее было найти нужные бумаги, а потом разобраться в них. Новых месторождений только за последние полгода зарегистрировали больше двух десятков. От обычной руды до скандия и рения, но я предположил, что новому государству сейчас нужно что-то попроще. То, что сразу можно превратить в быстрые деньги, платить своим, подкупать чужих.

А именно золото с алмазами, добычу которых можно осуществлять дедовскими методами без сложного оборудования. Опять же опыт в Ирландской общине это подтверждал. Таких мест было всего четыре. Три золотых прииска и один алмазный, все россыпные с открытой добычей. То есть кирки и лопаты в руки и пошёл копать и просеивать в поисках самородков.

Ближайший к городу, где должны были добывать золото, оказался пустышкой. Видимо, ошиблось географическое общество. Мы нашли следы раскопок, мусор и табличку с надписью: «Продаётся». На следующем всё было иначе. Добыча там развернулась уже полным ходом и не руками. Появилась техника и строилась маленькая деревенька, но никаких заключённых или рабов там не было. Какая-то семья или целый клан однотипных бородатых мужчин настолько увлечённо впахивали, что явно работали на себя.

И вот третья попытка, наконец, дала результат. Небольшой с виду участок на границе между пустыней и джунглями. Сухая земля, потом широкий ручей, но настолько грязнючий ручей, что казалось будто в нём не вода течёт, а глина. Сразу за ним тёмная, густая полоса зелёной растительности. Сбоку лагерь из стальных контейнеров, собранных в виде буквы «П». Так сказать, спинкой к лесу, ножками к дороге.

Вместо ворот использовали два больших грузовика с расширенными бортами, прикрывающими колёса (видимо, чтобы под машиной никто не проскочил) и бойницами в кузове. Контейнеры стояли в один ряд и поверху были затянуты мотками колючей проволоки. Вышек не было, охрана курсировала просто по крышам, переходя от одного трепыхавшегося на ветру хлипкого навеса к другому.

— Странно, — ответила Анна, рассмотрев участок добычи алмазов, — они охраняют лагерь, но за самим заключёнными, по сути, никто не следит. Будто не боятся, что кто-нибудь убежит.

— А куда бежать? В джунглях, скорее всего, верная смерть, — пожал плечами я, заодно проталкивая чуйку поглубже в лес. — Точняк. И она приближается. Приготовься.

— К чему?

— Сейчас увидим, — сказал я, подтягивая винтовку, хотя понимал, что мы залегли слишком далеко. — Они просто копают не на своей территории.

Людей на прииске, на мой взгляд, было немного. Там копать и копать, тропинки проложены, но в воде копошилось человек тридцать. И все они кучковались рядом с Голландцем. Только пятеро были похожи на бойцов бывшего сопротивления, остальные — старики и дети. Может, и не заключённые, но бедные и отчаявшиеся настолько, что готовы были работать за еду и долю от найденного.

И работали, теснясь поближе к базе и подальше от джунглей. Только один паренёк бродил по кромке и вместо того, чтобы работать, стол на стрёме. Он и поднял тревогу, когда во мраке густой листвы замигали опасные маркеры. А вот что это было конкретно, я разглядеть не смог. Что-то низкое и быстрое, явно какая-то рептилия, но и цвет шкуры был жёлто-зелёным под стать воде и лесу, и навык маскировки был активирован.

Всех работяг, как ветром сдуло. На самом деле сдуло плохо, даже пятки не засверкали, не показываясь из-под воды. Бежать в этой мути было тяжело. Народ запаниковал и начал кричать, привлекая внимание охранников. Датч сначала вырвался вперёд, но потом развернулся и чуть ли не за шкирку потянул из воды своего менее спортивного товарища. Схватил за шкирку и, поднимая ещё больше брызг, будто там не люди, а стадо каких-то тюленей плещется.

Но не все были такими хорошими, как Датч, в последнем ряду самых медленных народ, наоборот, начал расталкивать друг друга. Неожиданно из поля зрения исчез один бегун. Только что ещё был над водой, задирал колени и махал руками, а потом раз — и вода схлопнулась над пустым местом. Заключенный, который должен был стать следующим, рванул к соседу и, дёрнув его за плечо, опрокинул в воду. Тот ушёл с головой и больше не показался, только всё забурлило и окрасилось красным. Но подонка это не спало, уже через секунду, он сам пускал кровавые пузыри, исчезнув под водой.

Охрана реагировала странно. На помощь заключённым никто не кинулся. Два мужика в форме выскочили из контейнеров и разделились по кабинам грузовиков, и ещё с десяток просто высыпал на крыши. Все с оружием, включая двух пулемётчиков и аж четырёх крепышей с огнемётами. Но огонь пока никто не открывал. Донеслись крики, подбадривающие работяг бежать быстрее. И только когда, толпа ввалилась в проём между контейнерами, солдаты дали залп по ручью и лесу. Грузовики тронулись и замкнули «коробочку», а из бойниц жахнуло огнём.

— Да кого они там жарят? — удивлённо спросила Оса. — Какие-то крокодилы-невидимки? Или это змеи?

— Лапы вроде есть, — ответил я. — Может, какой-то болотно-речной кайман.

— Или змеи с лапами, — скривилась Анна. — Надоели змеи, а эти ещё и какие-то непробиваемые и быстрые, что в них даже стрелять не пытаются.

— Ну да, сомнительный метод охраны работников. Но зато понятно, почему никто не пытается убежать. В поле подобьют, а в джунгли сами не сунутся.

Где-то через минуту жечь пустую дорогу прекратили. Ни одного обугленного тела не было, даже не подбили никого, а просто отогнали. Вода тоже успокоилась, и только грустно плавающие пустые сита говорили о том, что здесь хоть что-то происходило несколько минут назад. А ещё через десять минут, грузовики разъехались, выпустив рабочих наружу. Удивительно, но сопротивления, страха или недовольства я не заметил. Наоборот, люди торопились поскорее выловить свой инструмент и продолжить работу. Конечно, не все. Что ещё больше навело на мысль, что здесь не только заключённые, но есть и свободные люди.

— Похоже, есть какая-то система, — задумчиво пробормотала Оса. — Монстры наелись и какое-то время не вернутся. Удобно, конечно. Какой план?

— Забираем Датча и сваливаем.

— Ночью? — спросила Оса, уже отползая от нашего укрытия и собираясь иди к спрятанной машине.

— Зачем ночью? Прямо сейчас и заберём.

Я кивнул на небольшой холм с другой стороны от участка добычи и в плохой видимости от лагеря. Ручей там делал изгиб, так что можно было подкрасться прямо к Датчу, не привлекая внимания ни охраны, ни даже остальных заключённых.

— Ты хочешь со стороны монстров зайти?

Оса странно на меня посмотрела. С одной стороны, осуждающе, но с другой — с лёгкой ноткой восхищения и огоньком в глазах. Блин, повезло же связаться с адреналиновой наркоманкой. Хотя справедливости ради она уже успокаивается и не так часто рвётся кому-нибудь что-нибудь порвать.

— Сама сказала, что монстры какое-то время не вернутся, — я пожал плечами.

— Отличный план, я с тобой.

— Не, прикрывать будешь лучше, — я покачал головой. — Пепел со мной, Деми за руль, а ты прикрытие.

— А «Пчёлки»?

— А «Пчёлки» пока ещё слишком маленькие, чтобы ими рисковать. И присмотреть за ними надо.

С этим Оса спорить не стала и лишь обречённо вздохнула. Как я понимаю, она уже начала их тренировать, но до завершения хотя бы первого урока было ещё далеко. Мы вернулись к машине, где нас ждала встревоженная Деми. Услышав, что мы нашли Датча, она чуть было снова не бросилась меня обнимать. Будто я не просто новость сообщил, а уже привёл отца с собой. Но как кинулась, так и споткнулась о тяжёлый взгляд Осы.

«О, конечно! Ты, видимо, подумал, что у нас баб в отряде сейчас мало, когда решил привести свою бывшую?» — в голове всплыл разговор с Анной, который я практически предвидел. Конфликта, конечно, не было, но лучше уж я пойду с монстрами погуляю, там воздух меньше наэлектризован.

Быстро обсудили план и роли в нём. Я отдал Осе снайперскую винтовку, оставшись с двумя «чезетами», плюс топор и остальное всё своё. И Пепел в придачу, хотя чувствовалось, что ему наш план не нравится. Слушая его, он затаился, но уже когда мы подкрались к ручью, принюхался и встал намертво. Наотрез отказавшись идти в воду и переходить ручей. Наверное, он что-то знал, но я уже был в режиме: вижу цель, не вижу препятствий.