Оса помогла набрать туда «лампочек», после чего мы, наконец, выдвинулись. На всякий случай я проверил заваленный вход. Лестница спресовалась наглухо, похоронив сама себя и возможность когда-нибудь её использовать.

Я прошёлся вдоль стены, впритык высвечивая пыльный камень. В тех местах, где не выросло мохнатое покрытие, в котором прятались светлячки, разглядел следы старых надписей. Отдельные фрагменты чёрточек, кружочков и закорючек, которые не желали складываться во что-то осмысленное. На наскальные живописи с изображением быта «Древних» это не тянуло — слишком маловато, а для обычных указателей — слишком много. Возможно, что-то типа архива или некая стена памяти.

Эх, «Наследие Древних», будь оно неладно, мне вручили, но встроенный переводчик забыли положить. Если, конечно, такое вообще возможно на генетическом уровне.

Оса уже ждала меня у выхода из зала, возле широкой арки, в которую могла проехать легковушка, а на полу проглядывались две если не колеи, то явные протертости от узких колёс. Арка привела в узкий коридор с трещинами в стенах и свежими отколотыми кусками плиты. Подрыв и досюда добрался, хоть и уже на последних силах.

Через несколько метров коридор разветвлялся, расходясь в три стороны. Классическое налево пойдёшь, шакраскиа потеряешь, прямо пойдёшь, в колею попадёшь, но направо, вроде, дышится чуть полегче. То есть, где-то в левых тоннелях шастал мелкий, несколько раз передав ощущение тупика и сырости с тленом. Колея от колёс уходила дальше прямо и точно могла привести к чему-то крупному, но не факт, что полезному. И мы выбрали правый путь.

Я поймал светлячка и крестиком размазал его по стене, отметив правый коридор. Пусть пока ещё не лабиринт, но кто знает, как нас закрутит и в каком состоянии мы будем блуждать.

В правом проходе ощущался кислород. Сквозняка не было, даже намека на какое-то дуновение. Но появилась версия, что там есть нечто, что его производит. На растения и фотосинтез в такой подземной тьме рассчитывать не приходилось, но может источник воды или какие-то минералы. А, может, и грибы там растут в расчёте на нашу грибную диету.

Мы дождались Пепла и выдвинулись в правый проход. Пеплу туда явно не хотелось, но объяснить причину он не мог, лишь транслировал тревожный фон. И вперёд не полез, путаясь у меня под ногами. Понимаю, что там ничего безопасного нас не ждёт, но так уж сложились над головой каменные обстоятельства, что сейчас опасность — это как минимум еда.

Наши светлячковые особо тьму не разгоняли, лишь формируя небольшой ореол в радиусе вытянутой руки. Ботинки глухо постукивали по камням и где-то в глубине стен продолжали похрустывать камни. То ли город «Древних» никак не мог успокоиться после взрывов, то ли это уже просто старческое ворчание живого организма в моём разыгравшемся воображении.

Мы оказались в новом пустом зале, где нашли только обломки статуй, вырезанные в нишах по стенам. Двухметровые создания с выраженной мускулатурой и головами животных, по размеру больше похожими на карнавальные шлемы. Пропорции явно не соблюдались, а шлемы символизировали геном. Ну или «Древние» были совсем странными существами с огромными головами.

Я нашёл глазастого богомола, потом котика-химеру и несколько невиданных ранее животных. Неожиданно нечто, похожее на акулу, знакомого элефанти, ещё что-то «лохматое» с вырезанной в камне гривой, а потом и вовсе обнаружился шакрас. Ну или какая-то другая, похожая на него кошка, типа ягуара.

Состояние статуй оставляло желать лучшего. Отломанные руки, трещины и плесень со светлячками, которые придавали формам какое-то магическое, почти волшебное свечение.

— Какой-то парад уродов, — буркнула Оса, вздрогнув от звука собственного голоса.

Я остановился рядом со статуей шакраса и чем дольше смотрел, тем больше убеждался, что и геном шакраса в биомониторе прошёл бы под кодовым названием какого-нибудь «объекта».

— Или выставка достижений генной инженерии, — ответил я. — Похожи если не на образцы вооружения, то хотя бы на стражей этого подземелья.

— Ага, а вон там тогда кто? Привратник?

Оса махнула рукой в самый конец зала, куда постепенно стекались светлячки со стен. И чем больше их становилось, тем отчётливее проступала фигура громадного монстра. Острая морда с открытой пастью и толстые, будто каменные щупальца.

Хотя не будто, а именно каменные. Стоило подойти ближе, как стало понятно, что это тоже скульптура, обрамляющая проход куда-то в очередной коридор. Суммарно вся конструкция тянула метров на пять, а к самому полукруглому проходу, расположенному между щупальцами, вели ступеньки.

— Как думаешь, что там внутри? — прошептала Анна. — Лаборатория?

— Искренне надеюсь, что там есть еда, — ответил я и, достав «чезет», пошёл мимо статуй в распахнутые объятья каменного монстра.

Глава 3

— Как думаешь, — спросила Оса, когда мы поднялись по ступенькам и втиснулись в тесный двухметровый тамбур.

— Более чем определённо, — ответил я, кивнув в сторону запылившегося скелета.

Это определённо был человек, и даже фрагменты одежды сохранились, сумка, кобура. А ещё рядом с черепом валялась шляпа, похожая на ковбойскую. В пустых глазницах черепа набилась куча светлячков, превратив его в какой-то карнавальный аксессуар, подходящий для украшения Хэллоуина. Хм, а вот это уже почти фонарь…

Издалека понять, отчего умер человек, не получилось. Но надеюсь, что не от голода.

Я просканировал округу, одновременно пытаясь оценить пространство. Казалось, что мы в каком-то объёмном ангаре с не особо высоким потолком, метра три максимум, но при этом глаз натыкался на стену уже через несколько метров. Я видел как минимум пять дверных проёмов, а в ближайшем даже удалось оценить толщину стены — тонкая, сравнимая с обычной межкомнатной, собранной из гипсокартона. Какой-то офисный лабиринт, не иначе.

И в глубине за перегородками что-то кралось. И замерло, поняв, что его засекли. Секундная пауза и маркер росчерком молнии покинул область действия сканера.

«Мы не одни», — я мысленно обратился к Осе.

Учитывая, что нас точно так же срисовали, необходимости в этом не было. Так, просто ради тренировки. Мы не пытались держать канал связи постоянно открытым, поэтому запрос, разрешение и ответ нужно было довести до автоматизма.

— Ты что-то сказал? — обычным голосом прошептала Оса.

Ага, но мы только начали, поэтому получалось пока плохо. Анна не дождалась моего ответа и продолжила, но уже шёпотом.

— Мы не одни. Как минимум три цели. До ближайшей метров сорок, остальные глубже справа. Там есть чем-то усиленная стена. Как будто защищённое помещение типа сейфа, ну или холодильной камеры. Не пойму, но просканировать не могу. Ты про это хотел сказать?

— Типа того, — я мысленно усмехнулся, нашёл кого предупреждать. Даже лишившись части сил, сканер у Осы на порядок обгонял возможно шакраса. — Прикрой, тело осмотрю.

Убедившись, что неизвестные маркеры пока не атакуют, а сами зашухарились, я подкрался к скелету и слегка растормошил, стряхивая пыль и разгоняя светлячков. На скелете частично сохранилась одежда, некогда плотная куртка из чего-то похожего на брезент, примерно одна штанина из того же материала, два кожаных массивных ботинка, стиль которых я бы назвал — ретро, и по мелочи: остатки воротника, половина ремня, один шнурок, кожаная сумка-почтальонка, смятая стальная фляга, разбитый фонарик (такой же ретро, если вообще не газовый) и прочий мусор, который не поддавался идентификации.

И кожа, и ткань выглядели так, будто их разъело кислотой. Края того, что осталось, превратились в размочаленную бахрому, а то, что исчезло, растворилось полностью, не оставив ни крошек, ни ниток. Ни мяса, ни волос на скелете не осталось, хотя это явно был не представитель «Древних».