Ситуация повторилась практически один в один. С той лишь разницей, что кузнечик не прерывал свой обед и ничего не выплёвывал, а тупо, будто он обычное жвачное животное, продолжил двигать челюстями, оглядывая поляну. Два красных шара снова прошли мимо меня. Но тут же вернулись, когда совсем рядом со мной распрямилась, смятая до этого ветка. Морда, как стрелка компаса, тут же повернулась на ветку, и туда же развернулись усики-локаторы.

Ага. Значит, дело не в маскировке. А в том, что он видит только движущиеся объекты. Что вполне объясняло странное поведение Пепла. Осталось только теперь его найти ещё… Едва заметный, полуживой пульс обнаружился метрах в тридцати с другой стороны кузнечика и бился на высоте более трёх метров. Я не думал, что Пепел меня бросит, но всё равно стало как-то спокойнее. А вот то, что это новая подсказка — это сомнительно. На такого кузнечика птицы явно не охотятся, вот если бы на него уронить каток. Жалко только, что у меня нет катка. Есть «КамАЗ», конечно. И острохвосты, которые сейчас замерли тише воды, ниже травы. Но в их случае иначе бы и не получилось…

Мысли-скакуны неслись во все стороны, а вот тело в неудобной позе начало уже затекать. Прям бесить начало, как монстр старательно пережёвывал «Ведьму». Понимаю, что там тот ещё сухарь, но там, если разобраться, то порция — кот наплакал. Но нет! К процессу пищеварения кузнечик, видимо, относился серьёзно. Минуты три ещё жамкал челюстями, явно предназначенными для травы, а не мяса. И только потом развернулся за новой порцией.

— Он ел одну лишь травку, не трогал и козявку… — прошептал я на выдохе, наконец, распрямляясь в нормальную позу. — Главное, чтобы противокукловодное моё не проглотил…

Уже более внимательно выбирая, куда наступать, я крадучись покинул поляну. Затаился за толстой пальмой, хоть и понимал, что уши (то есть плечи) торчат, но чуть выдохнул. Оглянулся на кузнечика, лапой ковыряющего останки. Кажется, вкусняшки закончились и, может, он свалит уже куда-нибудь?

Я как-нибудь переживу без двухсот тысяч, которые «Волки» готовы заплатить за этот геном. Всё равно у нас с ними как-то не сложилось, а сам я переживу без такого генома, там, небось, побочек по самые усики. Убедив себя в том, что драться с монстром не обязательно, попробовал расслабиться.

Как бы я ни хорохорился перед собой, но зрелище кровавой расправы над «Ведьмой» мне не понравилось. К такому не привыкнуть, да и привыкать, честно говоря, не хочется. Я сделал глубокий вдох, потом ещё более длинный выдох. Представил перед глазами свой будущий садик с цветущим золотарником и сформировал новый план: просто подожду, пока оно упрыгает отсюда на фиг.

Но тем не менее я раскрыл браслет, вынул оттуда геном с бронебойно-зажигательным и добавил на его место альфа-тайпана. Настроился так, чтобы активация была одна. Разделять внутри себя потенциально опасный яд не хотелось, чтобы ненароком не травануться. Потом аккуратно передёрнул затвор и перевёл режим огня в автоматический режим. Под «Аурой тишины» умудрился всё это сделать без единого звука.

Но тихо на поляне не было. Как чавкает и топает кузнечик, я слышал прекрасно, и почему-то с каждым мгновением эти звуки становились всё громче. Я осторожно выглянул из-за пальмы и понял, что наши с кузнечиком планы не совпадают. Перепачканная в крови морда была повёрнута набок, а метровые усики уже практически готовы были коснуться моего лица. От монстра пахло свежим мясом, смешанным с запахом свежескошенной травы.

— Он ел одну лишь травку… — как заклинание повторил я и тут же открыл огонь из автомата.

С метрового расстояния, в упор, но не в лоб. Хотя и туда чиркнуло, когда монстр попытался отскочить. Я стрелял по задним лапам, стараясь попасть в сочленения по правому боку, но и сам был на низком старте, готовый в любой момент сигануть в сторону, и монстр, явно не ожидавший такого напора, не стоял на месте. А потом и вовсе брызнул коричневой и жутко вонючей жижей, выдавив её откуда-то из-за шипастого воротника.

И в этот момент мы оба прыгнули! Я в сторону, пролетая за пальмой, а кузнечик за мной. Скорости он как будто бы не растерял, но координацию я ему всё-таки нарушил. Почти отстреленная лапа, наконец, подломилась, и монстр не смог разминуться с деревом. Зацепил по касательной, выдрав из него приличный кусок коры и волокон, и кувыркнулся по земле. Быстро встал на лапы, компенсируя нехватку одной, какой-то сутулой постановкой остальных, и пригнувшись к земле, начал меня искать.

И почему-то нашёл, хотя я уже застыл метрах в пяти от края поляны, прикрываясь сразу двумя пальмами (правда, тонкими и хилыми) и густым кустарником. Я не просто успел сюда рвануть, я ещё и магазин заменил на новый, а старый метнул через всю поляну, довольно громко погремев им в момент удара по дереву. Но кузнечик не купился.

Буквально через миллиметровый просвет, я видел, как он шевелит усами, нацелив их в мою сторону, и переносит центр тяжести, готовясь к прыжку.

— Никак не ожидал он, такого вот конца… — прошептал я, зачем-то вспомнив грустную часть детской песенки.

Я сместился в сторону, где заросли кустарника были гуще, но монстра это не обмануло. Он будто бы прозрел, как намагниченный, поворачиваясь за мной. Похоже, я спалился, и палит меня запах. Запах его гемолимфы, или чем он там брызгаться начал. От основного потока я увернулся, но несколько капель попали на руку и спину. Куртку не прожгли, но аромат источали такой, будто кто-то обделался от страха.

— Фух, значит, это был не я…

Всерьёз, конечно, я так не думал, но градус напряжения подсбавил, и в следующий рывок ушёл уже без куртки. Разминулся с кузнечиком лишь чудом — монстр прыгнул на куртку, как бык на красную тряпку, и смел всё, что попалось на пути, включая очередное невезучее дерево. Тонкая пальма переломилась и чуть не сбила меня с ног.

Первая очередь ушла в панцирь, оставив несколько свежих росчерков. Но и то, мне кажется, не хитин поцарапала, а лишь подсохшую кровь размазала. Но вторая пришла чётче — я снова бил по лапам, но уже по передним. Тем самым что искромсали «Ведьму». Последними пулями в магазине перебил правую и, бросив автомат, схватился за «чезет», паля по левой.

Делать это уже пришлось по пикирующей на меня цели. Кузнечик прыгнул, каким-то непонятным чудом, идеально рассчитав траекторию, и рухнул на меня, ткнувшись гладким лбом мне в грудь. Ещё и сучил обломками лап, явно пока не осознав, что уже их лишился.

Вскинул морду, отлипнув от меня, и снова затрепыхал обломками. И только после этого, наконец, до него дошло, что козявку придётся есть целиком. Жвалы, мандибулы и всё другое матерное, что сейчас читалось в выпученных красных глазах монстра, разъехались в стороны. Пасть распахнулась, обдав меня новой порцией вони, и тут же схлопнулась, получив пяткой в подбородок. Хоть и клацнуло, но скорее от удивления, нежели реальной боли.

Я кувыркнулся в сторону, опасаясь следующей попытки меня цапнуть, но монстр чуть замедлился и будто бы сжался, растопырив пластины панциря, решив повторно окатить меня гемолимфой. Воротник с шипами приподнялся, словно кузнечик сутулится, оголив тонкую полоску шеи. Там уже пузырилось что-то похожее на форсунки, но и между ними змеилось что-то типа артерии. Туда-то я всадил «Перо», заряженное не только геномом тайпана, но и с улучшением в виде «Кровопотери».

Попал чётко, ещё и успел увидеть, как появилась пыльца и свечение в момент инициации генома. Чёрт! Как простой яд не сработало, с моим везением, я его сейчас и усилю!

Я рванул, отталкиваясь ногами и от земли, и от брюха кузнечика, но гемолимфа уже текла из всех щелей. Лицо я успел спасти, к броне Древних вонючая жижа даже не прилипла, а вот штаны в очередной раз на выброс. Я выбрался и отполз уже почти на метр, а кузнечик всё ещё продолжал кровоточить. Пластины давно съехались обратно, но капли крови всё текли и текли. Уже и из глаз, и из оснований усиков, а из пасти так вообще пошла пена красно-зелёного цвета. Он рванулся за мной, но лапы уже не удержали, и кузнечик просто рухнул рядом.