— Что именно?
— Подходы некоторых к собственным улучшениям. «Волки» за чистоту генома, а «Ведьмы» вообще какие-то веганы. Реально, в этом мутогене одни травки. Часть которых даже «Миротворцам» неизвестны, а я так, вообще, только одну узнал.
Узнал я свой любимый «золотарник». И пока не понял, рад ли? С одной стороны, он повышает когнитивные способности, а уровень крутости некоторых «Ведьм» я на себе успел испытать. Но с другой стороны — результат применения также был перед глазами в виде тех, кто это испытание травами не прошёл. А то, что это результат неудачной инициации, я уже не сомневался.
— Как думаешь, это кладбище непослушных послушниц? — спросила Оса.
— Или свалка неудачных генетических экспериментов.
— Однако очень старая свалка, — кивнула Оса и скривилась, вероятно, пошли какие-то ассоциации и воспоминания.
— Судя по разнице сохранности тел, пополняют не массово, но регулярно, — подъехали выводы моей воображаемой криминалистической лаборатории. — Лет сто уже точно.
— Думаешь, это действительно «Ведьмы»?
— Надеюсь, — пожал я плечами. — Потому что наличие ещё каких-то маньяков на этой, видимо, богами забытой планете, будет уже перебор.
Я непроизвольно оглянулся. Если это и «Ведьмы», и какой-то их ритуал условного «испытания травами», который не все послушницы могут пережить, то явно они сюда не из Ганзы трупы свозят. А воображение уже нарисовало этакий монастырь или замок местного Дракулы, одиноко стоящий на окраине этого мира.
Но ничего подходящего в округе не было. А вот сбоку от ямы я заметил следы колёс от узкой телеги, на которой сюда привозили тела.
— Бедняжка, — грустно сказала Анна. — Я когда очнулась в холодной лаборатории, не особо-то в своей тарелки была. А её, видимо, приняли мёртвой и скинули сюда, а она выжила. Представляешь, что она испытала, когда очнулась среди костей?
Вопрос был риторическим и звучал больше как приговор. Пока звучало само предложение, голос Анны менялся от сочувствующего послушнице до уверенно-стального, не обещавшего ничего хорошего тем, кто это с ней сделал.
Оса тоже заметила следы от колёс и накатанную регулярными завозами дорожку. Посмотрела на меня и, дождавшись утвердительного кивка, первая вступила на тропу. Войны, наверное, по другим-то не ходим…
Глава 8
К первым лачугам, засветившимся на горизонте, тропа вывела нас только на следующий день. Меня всё больше доставал вопрос, зачем так далеко прятать покойников. Оса предположила, что там какое-то место силы, и если бы мы покопались в костях, наверняка бы что-то обнаружили.
Ага, зачатки костяного дракона, видимо. Но эту мысль я озвучивать не стал. Ладно, найдём замок ведьмы или избушку на каймановых лапках, там и спросим.
Но нашли мы обычный городок. Раз в пять меньше, чей Нейтаун, и раза в два меньше, чем Новый Зандейк, но всё-таки городок. Он был похож на те, что я с детства знал по фильмам про Дикий запад. Одна улица с плотной застройкой в центре, и отдельными домишками по краям. Повыше и поплотнее была какая-то административная башня с колокольней, рядом несколько двухэтажных зданий с самодельными вывесками: небольшой трактир, магазин и пара не определившихся домиков, которые могли быть и складами, и мастерскими, и конюшнями.
Все остальные постройки отчасти напоминали бедные кварталы Вайтарны, только собраны не из металла, а из глины и палок. Человек сто здесь точно могли бы поместиться, а, может, и сто пятьдесят. Машины не было ни одной, зато я смог насчитать три телеги. Две типовые и одну узкую, по следам которой мы сюда и пришли.
На ведьмовское логово этот городок вообще не тянул, и если бы не телега, то я бы решил, что мы ошиблись. Ничего похожего на крепость, монастырь или научную лабораторию здесь не было.
— Может, всё под землёй? — практически прочитав мои мысли, спросила Оса и передала мне дальномер.
Мы засели в кроне толстой акации, пока Пепел дремал под деревом. Я перелез на ветку повыше и принялся внимательнее изучать городок, теперь уже людей. Охраны не было, ни на въезде, ни в самом городе. Некого им в такой глуши бояться. Только если монстров, но мы в Гетто, здесь каждый второй страшнее любого монстра. Если не по силе, то, по крайней мере, по внешнему виду. Мне кажется, настолько мутировавших людей я в этих краях ещё не видел.
В основном мутации подвергся кожный покров. От простых язв на половину тела, делавших людей, похожими на прокажённых, до разнообразных шишек и жировиков, превращавших мутантов в «зефирных» человечков. Эти явно не были бойцами, слишком медленные или неповоротливые. Они в основном копались в маленьких садиках перед своими домами, но были и такие, что как зомби, тупо стояли, уставившись куда-то вдаль. Я проследил за общим взглядом, но ничего кроме вселенского одиночества и мутных перспектив будущего там не обнаружилось.
Помимо условно безопасных мутантов, я разглядел и несколько групп пободрее. Стандартный для этих мест человек с ожогами, немного, но постоянно подрагивающий тип, будто его изнутри всё время током бьёт, пара шкафов с бычьими шеями. Если бы не роговые торчки на лбах (как у Чёрча), то они бы выглядели вполне нормально. Как просто очень большие качки-пауэрлифтеры. Были совсем мутные типы, завёрнутые в длинные плащи. Настолько мутные, что казалось, с одной стороны, они очень стесняются того, что у них под плащом, но с другой стороны — очень хотят это всем показать.
В общем, полное ассорти мутировавших геномов. И сам городок, как наглядный рекламный проспект Гетто. Такие могли бы раздавать в городах второго уровня, как памятка, что не стоит злоупотреблять с геномами.
Но опять же — никакое не ведьмовское логово. И никаких послушниц с короткой стрижкой. Причём, что женщины среди мутантов попадались. Немного, примерно одна к четырём, но и выглядели они соответствующе. Больше всех выделялась крупная женщина с рыжей копной волос, но и она больше походила на этакую разбойничью атаманшу, нежели «ведьму».
— Чувствуешь, что-нибудь странное или подозрительное? — спросил я у Осы, перебравшись на её ветку.
— Ты серьёзно? Да здесь капец всё какое странное. Надо поближе посмотреть, пригласишь меня в бар?
— Ага, даже один анекдот знаю на эту тему. Заходят как-то шакрас и оса-палач в бар…
Мы вернулись на землю, скептически осмотрели внешний вид друг друга и, не скрываясь, пошли в сторону города. Скрываться будет Пепел, на случай, если нам будет нужна подмога.
Заметили нас уже практически на уровне крайнего дома. Ну как заметили — просто потерянные взгляды переместились в нашу сторону. При этом в выражении лиц ничего не поменялось.
— Брр, — встрепенулась Оса, — аж мурашки от этого места. Хорошо, что солнце шпарит, а то прямо какой-то «Сайлент хил».
— На самом деле просто Дыра, — я кивнул на валявшийся в пыли щит, на котором с трудом, но угадывалась выцветшая надпись: «Добро пожаловать в Дыру».
— Это сарказм?
— Скорее жёсткий реализм, — вздохнул я.
Мы прошли мимо знака и будто бы пересекли невидимую черту. Теперь нас уже заметили по-настоящему. Те самые опасные типы начали подталкивать друг друга и показывать на нас пальцами. В основном пальцами, у доброй половины там уже вместо ногтей целые наросты с полноценными когтями. М-да, таким в носу не поковыряешь…
Среди жителей пошёл лёгкий ажиотаж, но кроме прямых взглядов и перешёптываний, активных действий не было. Я махнул рукой, но мой жест дружелюбия остался без ответа. Вообще казалось, что я им не интересен, а вот Анна вызывала куда больше странных взглядов. Странных, потому что в них не было стандартной похоти, когда шпана залипает на проходящую мимо девушку, но некое желание даже не сквозило, а прямо выливалось на дорогу. Желание добычи и блеск возможной прибыли.
Хм, в принципе, Оса окрепла за время путешествия, но если побрить на лысо и одеть в рубаху, то и на рекрута в послушниц потянет. Мне эти взгляды не понравились, но в нашу сторону никто не рыпнулся. Хотя какое-то движение за спинами началось, народ стягивался, провожая нас к трактиру.
