– Надеюсь, что не скоро, – улыбаюсь дочери, целую ее в лобик. – Ну все, поиграй в своей комнате, я пойду готовить ужин.

– Холосо, – послушно кивает моя малышка и идет к своим куклам.

Я иду на кухню выполнять свои обязанности. Руки трясутся и сердце отбивает чечетку. Даже не верится, что скоро все изменится. Каких-то пару дней и все… Я свободна. Богатая вдова. Не то чтобы я думала о деньгах мужа, я не из-за них все затеяла. Но это будет приятный бонус за годы моих мучений.

В горле пересыхает от одной мысли, что я заказала собственного мужа. Меня трясет и коробит, но я не дам заднюю. Все решено.

Вечером приезжает Влад. Свекровь, как обычно, жалуется ему, что я долго ходила за Ульяной. И, конечно же, в спальне меня ждет серьезный разговор.

– Где ты была?

– За Ульяшей ходила. Как обычно, – твердо произношу я. Смотрю ему в глаза. Звериные, красные от алкоголя глаза. От него несет спиртным, что для меня очень не хорошо.

– Мама сказала, что вас долго не было. Хахаля себе завела?

– Что? Да с чего ты взял такое? Просто зашли в парк, немного прогулялись, – начинаю отступать от него, но Влад ловит меня за грудки.

– А я разрешал вам гулять по паркам? – шипит злобно.

Я опускаю глаза.

– Прости.

Он пару секунд смотрит на меня, а потом резко отталкивает.

– Виски мне налей!

Я спешу к бару, тихо выдыхаю. Пронесло. Осталось узнать пароль от сейфа. Мне понадобятся деньги, а их у меня только на карманные расходы. Услуги киллера не оплатить.

Приношу Владу бокал, улыбаюсь. Сама себе не верю. Как я могу так спокойно улыбаться тому, кого убьют по моей указке? Вот уж правду говорят, с волками жить…

– Дорогой, ты мне выдашь денег на продукты? Я планировала завтра сходить в магазин.

Он молча идет к сейфу, а я встаю позади и, прищурившись, наблюдаю. Запоминаю простой код, отвожу взгляд, когда он поворачивается.

– На, – сует мне деньги.

Я беру их, про себя повторяю код.

ГЛАВА 3

– Вставай, разлеглась! Кто завтрак будет готовить? Я, что ли, больная у плиты буду стоять? Я уже голодна! – услышав противный голос свекрови, с трудом открываю глаза. Смотрю на часы. Время полдесятого.

Я проснулась рано утром, накормила Влада, всей душой веря в то, что это в последний раз. Потом отвела дочь в садик и слегла с температурой.

Но болеть некогда. Свекровь-тварь голодает. Сама ни за что у плиты не встанет.

С мыслью, что скоро все это закончится, я бреду на кухню стряпать завтрак свекрови. После этого, накрыв на стол, возвращаюсь в спальню и буквально падаю на кровать. У меня жар и мне плохо. Кружится голова. У меня нет сил дойти даже до аптеки, чтобы купить себе лекарства.

Ненадолго засыпаю, но вскоре распахиваю глаза от истошного крика свекрови. Как же я ненавижу эту женщину. С трудом встаю с кровати и, держась за голову, словно в бреду, иду на ее вопли.

Свекровь лежит посреди гостиной и, закрыв глаза ладонями, голосит и качается.

– Что с вами? – спрашиваю равнодушно. Мне, и правда, не интересно, какой спектакль она сейчас разыгрывает. Но то, что я слышу потом едва не сбивает меня с ног.

– Убили! Моего Владика застрелили! Мой сынооок!! Влаааадиииик!

– Что? – выдыхаю. В глубине души я думала, что надо мной пошутил тот тип из даркнета. Оказывается… Это случилось.

Я медленно оседаю на диван, смотрю, как корчится в агонии свекровь. Мне ее не жаль. Но и совсем ничего не чувствовать я не могу. Влад мой муж. Был им…

А теперь, получается, его нет? Все?

В кармане халата вибрирует телефон, и я на автомате достаю его. Тупо смотрю на экран.

«Работа выполнена. Ты знаешь, сколько стоят мои услуги. Жду на прежнем месте через час»

Я сглатываю, снова смотрю на свекровь. Та, вся в соплях и истерике, на коленях подползает ко мне.

– У меня ноги… Не держат… Ты поезжай туда. Найди моего Владика… Его не могли убить… Я не верю.

И тут мне становится жаль свекровь. Я вижу в ее глазах боль матери. Я сама мать и прекрасно знаю, что значит бояться за своего ребенка. А услышать, что его больше нет… Это чересчур даже для такой гадины, как она.

Я, конечно, понимаю, что никакой ошибки нет. Влада убили. Но ей обещаю поехать.

Сама несусь в нашу с мужем спальню, открываю сейф. И обалдеваю, потому что там ничего нет. Почти. Тысяч десять на карманные расходы. Киллеру я должна намного больше.

– О, нет, – зажимаю рот ладонью, отхожу от сейфа. Что я буду делать? Чем рассчитаюсь с киллером? Он же и меня убьет! С такими людьми не шутят.

Но на встречу с ним иду. С пустыми карманами.

Сижу на лавочке, тяжело вздыхаю. Он, как и в прошлый раз, подходит сзади.

– Где деньги? – вздрагиваю от его голоса, медленно поворачиваю голову. – Не смотри на меня, – жестко приказывает мужчина и я киваю.

– Да… Простите.

– Так что с деньгами?

– Простите, у меня такая ситуация… Денег нет. Я думала, что они есть, но оказалось… В общем, деньги будут, но позже.

– Когда? – его голос стальной, пугающий.

Я закрываю глаза и поджимаю губы.

– Когда я войду в наследство. Сейчас у меня нет возможности снять деньги со счета. Финансами распоряжался муж.

– Что ж ты не взяла у него денег? – насмешливо интересуется киллер. Его это забавляет?

– Я не знаю, что вам сказать…

– Я зато знаю. Ты отдашь мне деньги сразу же, как только его закопают. Мне плевать, где ты их возьмешь. Неделя тебе. Ровно через неделю на этом месте. Попытаешься привести ментов, я грохну и тебя. Поняла?

Я отрывисто киваю, потому что слов нет.

Он тихо уходит. Я быстро оглядываюсь и вижу, как за кусты заходит высокий и крепкий с виду мужчина в черной бейсболке, натянутой на глаза. Это он… Но мне это ничего не даст. Нужны деньги.

К офису еду скрепя сердце. Я знаю, что увижу там и, честно говоря, видеть не хочу. Но я сама заварила эту кашу и теперь обязана ее расхлебывать.

Тело Влада увезла скорая. Вокруг полно полиции и мне не пробраться в офис. Я отвечаю на какие-то вопросы, пытаюсь плакать, но слез, как назло, нету. И я боюсь, что это вызовет подозрения.

После общения с полицией мчусь за дочерью в сад. Привожу ее домой и натыкаюсь на свекровь, сидящую на стуле у входной двери. У нее в руках пальто и сумочка, но встать она, похоже, не может.

– Я к Владику поеду. Как он там? – смотрит на меня так, как не смотрела никогда. И мне снова ее жаль.

– Его нет, Светлана Григорьевна. Полиция сказала правду. Завтра придут к нам домой, брать показания.

Свекровь воет, раскачивается со стороны в сторону, а Ульяша поднимает голову и молча вопросительно смотрит на меня.

– Пойдем, малышка. Тебе нужно поесть.

– Поесть?! – орет свекровь и хватает меня за кофту. – Ее отца убили, а ты поесть?!

– Отпустите меня! – вырываю кофту из ее лапищ и, склонившись к ее лицу, шепчу: – Не трогайте меня больше никогда. За вас больше некому вступиться.

ГЛАВА 4

После похорон Влада я веду свекровь под руку к машине такси. Она покачивается и тихо воет, а я… У меня нет никаких эмоций. И это пугает. Я убила человека, но ничего не чувствую. Пусть не своими руками убила, но все же…

На данный момент меня больше всего волнуют деньги. Вернее, где их взять. В офисе Влада я нашла немного налички, но этого слишком мало. Все лежит на счетах, к которым я получу доступ не ранее, чем через полгода. За это время киллер меня убьет и сам же закопает.

Вечер. Дома непривычно тихо и спокойно. Свекровь, наглотавшись таблеток, уснула в своей комнате, а я играю с дочерью в детской. Ульяша пока не понимает, что произошло и это хорошо. Хотя с другой стороны… Она никогда не была привязана к отцу. Она видела, как он бьет меня, как выписывает пощечины и оплеухи, слышала, как материт и оскорбляет последними словами. Не думаю, что она будет по нему скучать.

Я не могу сказать, что мне очень хорошо. Но спокойно. Меня больше не пинают и не швыряют о стены. Больше никто ко мне не притронется. И свекровь я больше не боюсь. С завтрашнего утра она научится сама себе готовить завтрак. А я буду растить свою дочь и всю свою жизнь посвящу ей.