О друг-слуга, сколь ясные являешь
Ты верности свидетельства своей!
Как благородный конь на склоне жизни
В опасности не никнет головой,
Но уши выпрямляет, так и ты
Нас к бою побуждаешь и средь первых
Готов идти опасною стезей,
И нас бодришь и сам вперед стремишься.
Свой замысел тебе я обнаружу;
30 Ты ж, острым слухом восприняв его,
Поправь меня, коль в чем изъян приметишь.
Когда я в Дельфах Феба вопрошал,
Каким путем мне за отца убийство
Возмездье от убийц его взыскать, —
Такое слово бог мне возвестил:
Чтоб я один, без щитоносной силы,
Как тать коварный, праведной рукою
Кровавой мести подвиг совершил.
Коль скоро мы узнали волю бога,
То в дом войди, когда удобный случай
40 Тебя введет; свидетелем всему,
Что там творится, будь – и с верным словом
Ко мне вернись. Узнать тебя не могут:
Ушел давно ты и успел с тех пор
Состариться; тебя не заподозрят
В сребристом цвете седины твоей.
А речь такую им держи: пришел ты
Гонцом к ним от фокейца Фанотея —
Он им ближайшим кунаком слывет —
С надежной вестью (не жалей тут клятвы),
Что принял смерть, по непреложной воле
Судьбы, Орест: с бегущей колесницы
Упал он на ристаниях пифийских.
50 Вот речь твоя: ее запомни твердо.
А мы, покорные завету бога,
Отца курган обильным возлияньем
И прядью срезанных волос почтим.
Затем вернемся с урной меднобокой
(Ее в кустах заранее я спрятал.)
И подтвердим обманную им весть
Обманным словом, что Ореста тело
Уж сожжено и обратилось в прах.
К чему боязнь? Хоть на словах умру я,
60 На деле жизнь и славу обрету.
Нет в слове прибыльном дурной приметы.
О многих слышал я, о мудрых людях,
Что слухи ложные про смерть свою
Они пускали, а затем, вернувшись,
С сугубой славой доживали век.
Уверен я: над тьмой молвы зловещей
Звездою яркой на врагов сверкну!
Вы ж, боги предков, ты, земля родная,
Благословите мой приход, молю;
Равно и ты, мой отчий дом. Пришел я
70 Под сенью правды, по завету бога,
Тебе былую чистоту вернуть.
Не допусти же, чтоб в бесчестье изгнан
Отсюда был я; власть отца верни мне
И род его дай основать мне вновь.
Теперь довольно. Ты иди, старик,
Не упусти решающей минуты.
Уйдем и мы: зовет нас добрый час,
Вершитель всех великих дел для смертных.
