Мы больше не разговариваем. Но я буквально хребтом ощущаю, насколько теперь все иначе. Раньше Амина всегда радовалась мне. Каждый вечер, когда возвращался не очень поздно, меня ждал горячий ужин, улыбчивая жена, готовая послушно лечь в постель, едва я только намекну. По утрам у меня всегда был завтрак, чистая одежда… В общем, все, что и должно быть в семье.

Шакиров не соврал – его дочь оказалась достойной девушкой, и в целом она устраивала меня. С ней – дети, семья, престиж. Айза… Она была и остается лишь приятной возможностью спустить пар, не оглядываясь на мораль и прочие условности.

И такой расклад идеален. Я – глава семьи. И только мне решать, как и что у нас будет.

Но почему же тогда меня не покидает чувство, что моя жизнь неуловимо изменилась? Из-за истерики Амины?

Кошусь в ее сторону – жена по-прежнему смотрит в окно. Бледная, растерянная. Закусывает губу, словно опять пытается сдержать слезы.

Морщусь, представляя, как она снова начнет реветь.

Никогда не терпел женских капризов. На что ей жаловаться? У нее есть все, чтобы жить счастливо в достатке. Тем более теперь вот дети на подходе – есть на чем сосредоточиться. У нас и до этого не было ярко в постели, а теперь уж и подавно не до этого будет.Так что Айза однозначно остается. Правда, придется донести до нее, что все эти ее дурацкие намеки пора сворачивать. Жена у меня одна, и я ее выбрал. Точка.

На повороте к дому образуется пробка, я раздраженно бросаю взгляд на часы.

Ч-ч-черт… Что ж так долго-то! Надо сегодня еще успеть просмотреть договор и…

– Я не поеду в загородный дом, – прерывает мои мысли тихий шепот жены.

Опять начинается.

– Разве я спросил твоего мнения?

– И тест никакой сдаваться не буду, – добавляет Амина. Поворачивается и смотрит с таким вызовом, что я даже теряюсь. Откуда это в ней? – Это твои дети. Если ты считаешь иначе, то…

– То что? Что ты сделаешь?

Она молчит. Но я и так знаю ответ – ни черта она не сделает. Женщина не способна быть одна. Есть, конечно, хищницы, но разве их можно считать за женщин? Нет, они как стервятники пробивают себе дорогу наверх, теряя самое главное – свою мягкость и женственность, переставая быть покорными мужчине.

Пробка, наконец, рассасывается, Амина так и не отвечает – только смотрит на меня как-то иначе, а машина заворачивает на парковку. Но мы даже не успеваем выйти, как я замечаю, что рядом с моим привычным местом стоит машина Таира.

Ну, охереть. Сам заявился.

Обычно визит брата означает очередные проблемы. Просто так он либо звонит, либо решаем вопросы в офисе.

– Выходи, – бросаю Амине и первым оказываюсь на улице.

Таир тоже выходит из машины. Кидает взгляд мне за спину. Выразительно хмыкает.

– Соскучился? – скалюсь на него.

Замечаю краем глаза, как жена подходит к нам.

– Домой иди.

Она вздрагивает и опускает взгляд, а проходя мимо Таира, еще и напрягается так, что я это чувствую даже на расстоянии.

Этот момент тоже становится странным открытием. Провожаю фигуру жены взглядом до подъезда.

– Амина в курсе про Айзу, – лениво произносит брат. Причем с явным удовольствием делает это.

Оно и понятно – он Алмазовых на дух не переносит.

– Тебя это как касается? – лязгаю в ответ, наконец, встречая его наглый взгляд, который тоже был направлен на мою жену вообще-то!

– Всего лишь сообщаю, так сказать, по-семейному, – ухмыляется Таир. – Ты плохо прячешь свою девку. А Шакиров вряд ли будет снисходителен к тому, что его дочь рыдает в три ручья.

– А ты, я смотрю, уже заделался в утешители?!

– Тише, – посмеивается брат. – Я же не претендую на Амину.

Технически это не совсем так. Когда встал вопрос о том, чтобы породниться с Асланом, Таир заявил, что готов жениться на этой девочке, сказал, мол, приглянулась. Но Шакиров выставил свое условие – старший мужчина в семье.

– Надеюсь, так и есть, – смотрю на брата с явным посылом, но тот будто и не замечает этого. – У нее есть водитель. Ни к чему давать повод для слухов.

Он кривится на мое замечание.

– Серьезно? Ты настолько закостенел? И при этом шарахаешься с той, которая с кем только ни крутила?

– Это мое дело, – рублю на корню очередной заход на тему Айзы. Его отношение к ней меня не касается. Пусть думает, что хочет. Пока эта женщина дает мне то, что надо, все останется как есть. – Решил заделаться в семейные психологи?

– Остынь, – качает головой брат. – Мне твоя жена ни к чему. А вот то, что ты раскачиваешь лодку…

– Тебя, блядь, спросить забыл, с кем мне трахаться!

– Мы одна семья, – угрожающе тихо выдает Таир. – И сейчас не то время, когда можно портить отношения с Шакировым.

– О чем ты? – распознаю посыл в его словах. – Что-то выяснилось насчет Соколова?

– Да.

С лица Таира пропадает всякая расслабленность – таким он становится, только когда дело действительно серьезное.

– Ну? Выкладывай, давай, – нетерпеливо требую. – Что там?

– Мне сказали, что он купил большую партию оружия.

– Блядь… – выдыхаю, хмуро окидываю взглядом двор. – Когда?

– Три дня назад. Ты ведь понимаешь, что это значит?

– Конечно, я понимаю, – раздраженно фыркаю.

– Вот и не драконь Аслана. Он вступится за свою дочь, если прознает.

– Он продал ее, не моргнув и глазом, – кривлюсь, вспоминая переговоры с отцом Амины. – Так что вряд ли он придет читать мне нотации про любовниц на стороне. Все, что его интересует – взаимная выгода. И поверь, пока его бабки поступают регулярно на нужные счета, он даже не пикнет.

Брат не спорит – понимает, что я прав. В этом плане у меня все под контролем. И тем непонятнее это его заступничество за Амину. Неужели все-таки есть у него интерес?

– Зачем тебе Айза?

– А зачем ты трахаешь баб в клубах? – огрызаюсь, устав оправдываться. Да и на хера?

– Я свободный мужик. Будь у меня жена… – он многозначительно замолкает. – Или она совсем в этом плане никакая?

У меня не срабатывает ни один контроллер в башке – я просто действую. Осознаю, что именно натворил, только когда Таир уже держится за скулу и довольно ухмыляется.

– Рот свой закрой, – чеканю.

– Не вопрос. Больше я эту тему не подниму. Но ты подумай на досуге – с чего это ты так впрягаешься за навязанную жену, – продолжает базарить брат, отступая. – И завтра в офисе не облажайся на подписании договора. Иначе Соколов уделает нас.

Таир уезжает, я же бессильно сжимаю кулаки. Правая рука чуть ноет – силу в удар вложил по полной. Даже странно, что младший не дал сдачи. Обычно у него за этим не заржавеет.

Мотнув головой, иду к дому, а в башке так и крутятся его слова – что он имел в виду?

Логично, что я вступился за ту, что носит мою фамилию. Так что ничего это не значит. Амина должна родить мне детей. Точка. Наш брак – просто выгодный договор между семьями. Рано или поздно она это поймет и примет.

В квартире поразительная тишина, хотя я знаю – жена дома. Однако она опять не встречает меня. Прохожу в спальню – Амина стоит у окна. Даже на расстоянии вижу, как сильно она напряжена. Услышав мои шаги, оборачивается и снова смотрит с вызовом.

– Я хочу развод, – заявляет она.

Появление Таира меня пугает. Особенно после намеков мужа и его решения про генетический тест.

Мое сердце и так разбито из-за его измены, а уж подозрения в том, что я могла изменить…

По дороге домой я все кручу в голове один простой вопрос – что мне делать дальше?

Смогу ли я продолжать жить с человеком, который, оказывается, меня не любит и не считает нужным это скрывать?

Мне совершенно не помогают мамины наставления и мудрые советы о том, что жена должна вести себя правильно. Мне больно, и я не хочу терпеть любовниц Рамиля!