Монстров Ильрадии было много, атаковать они могли откуда угодно, и если ты не хотел однажды проснуться в объятиях чего-то покрытого хитином и ласкающего тебя метровыми когтями, то лучше было озаботиться безопасностью.

— Берган, ну не будь сволочью! — со стоном протянул бывший гвардеец императора. Сам он возлежал на кровати с двумя умаявшимися вусмерть красотками, которых не беспокоили даже упирающиеся в их роскошные тела стальные импланты воина. — Чего нам стоит пойти ещё через полчасика?

— Не ври мне в уши! — не повелся маг, а лишь ещё ожесточенней начал пинать дверь. — Твои полчаса легко станут часом, а затем и двумя! Подымай свою жопу или, клянусь Аргал… тьфу ты, привязалось! Считаю до одного, а затем твои яйца превратятся в сосульку! Раз!

— Ладно-ладно, встаю! — сразу понял, чем дело пахнет, Мерц, почуяв, как воздух в комнате стремительно охлаждается. Испугавшиеся и проснувшиеся девушки, дрожа, с головой укутались в одеяла, словно бы эти тонкие куски ткани могли защитить их от боевой магии.

— У тебя пять минут! — напоследок бросил Берган, раздраженно топая вниз. — Машины уже собраны и ждём лишь тебя!

Спустя три минуты позевывающий и почесывающийся Мерц вышел наружу, подслеповато щурясь на только-только восходящее Солнце. В отличие от Тароса источник света Ильрадии имел чуть-чуть красноватый оттенок, что проходил цикл от красного к золотому, розовому и обратно.

Перед Мерцем уже стояли десятки тяжёлых машин, на и внутри которых сидели серьёзные и готовые к бою воины. Одетые в сталь и вооруженные по высшему слову техники Аргалориума, эти бойцы могли бы с лёгкостью стать находкой для самых элитных рядовых частей. Но кто бы мог догадаться, что в Ильрадии они были не более чем фермерами?

Когда Мерц, Берган и Ольберих прибыли в Ильрадию им в какой-то мере повезло. Не будучи в первых волнах поселенцев они не стали работать в горно-добывающей промышленности, что позволило им стать свидетелями зарождения новой отрасли, что в какой-то мере в доходности переплюнула даже добычу редкоземельных металлов.

Сельское хозяйство, вот имя бизнеса, что стало на Ильрадии синонимом истинного богатства.

Очень скоро экспериментирующие поселенцы открыли для себя тот простой факт, что любое семя, брошенное на землю Ильрадии не только прорастет, но и даст плоды в кратчайшее время.

Там, где на Таросе надо было ждать месяцы, Ильрадская почва гарантировала за считанные недели.

Более того, не нужно было поливать, удобрять, вспахивать или боронить землю — магия жизни этого мира давала непрекращающийся поток пищевых продуктов.

Животноводство тоже себя раскрыло, ведь неразумные звери, даже привезенные из Тароса, росли в Ильрадии ускоренными темпами. Правда в отличие от сельского хозяйства животноводство было куда опаснее, ведь большое количество «мяса» привлекало хищников куда активнее. Плюс всегда имелся риск, что мутировать начнут и сами животные. Впрочем, это никак не останавливало владельцев таких мясных ферм, ведь доход с легкостью компенсировал выплаты новым работникам, пришедшим на место съеденных.

Но не стоило думать, что земледелие обошлось без опасностей. И нынешний вид работников Мерца и Бергана был лучшим подтверждением.

Благодаря тому, что двигатели работали на магии душ и рун, аргомобили не издавали привычного для землян шума, но это отнюдь не значило, что они были бесшумными.

Скрип плохо смазанных деталей, треск трущихся броневых плит и гул заряжающихся стационарных орудий Скотта — все эти звуки окутали караван.

Стоило добавить, что многие из грузовых машин были модифицированы уже здесь, и изначально не предназначались для боевых действий. Военных аргомобилей было всего пять машин, но возглавлял процессию огромный и внушающий уважение одним своим видом танк класса «Гнев дракона». Два торчавших в разные стороны здоровенных орудия Скотта готовы были объяснить любому врагу всю неправильность его жизненного пути.

Удостоверившись, что всё готово, караван двинулся к двум парам ворот «деревни» и стен, а фактически толстенным бетонным укреплениям, больше подошедшим какому-нибудь полноценному форту.

Вся территория вокруг крепости почернела от огня и химикатов, которыми щедро её поливали жители поселения. Лишь так можно было гарантировать, что вездесущие растения и корни не начнут подкапывать укрепления и закрывать обзор орудиям для отстрела очередное набегающей волны зверья.

Вскоре показались и сами поля, уже ломящиеся от выросших продуктов. Модифицированные друидами и появившиеся из Тароса, эти растения словно оголодавшие виверны широкой пастью поглощали всю магию, которую только давала Ильрадия.

Из-за этого, что иронично, местные растения не успевали уничтожить посевы до того, как они созревали. Именно здесь и следовало собрать урожай, ведь затем скорость поглощения ослабевала, и местная флора готова была пойти в контратаку.

Растительность же Тароса не вызывала у местной живности никакого особого интереса, будучи слишком чужеродной. Возможно, в будущем местные твари и распробуют иномирную продукцию, но пока они её игнорировали.

Но была и другая проблема, хоть все эти поля и не нуждались в ежедневной обработке, но расплодившееся зверье явно было против сбора урожая!

Завидев и услышав приближающиеся машины, они словно обезумевшие бросились к ним и грудью приняли целый веер энергетических лучей и магии.

— Осторожнее! Не повредите поля! — кричали командиры, ведь о сборе никто не забывал.

Перебив самых ближайших монстров, караван выехал на специально укреплённый камнем и бетоном холм, расположенный в центре всех ближайших полей. Расположив машины кругом, Мерц задорно щелкнул языком и весело закричал, щелкнув тумблером иллюзиографа, выкрутив громкость на максимум: «Да будет музыка!»

В ту же секунду установленные на крыше колонки издали мощный грохот, начав ритмично качать последний популярный в Аргалориуме «трек», написанный группой техно-панков Стальбурга, безумцев, находящихся в шаге от техно-безумия.

— … Имплантируй! Имплантируй до смерти! И после неё!

Устрой кровавую резню! А затем хорошенько отпразднуй её!

От автора: так как песня переведена с «таровского» на «русский», то рифма немного потерялась.)

Услышав столь будоражащую душу песню, твари, естественно, очень заинтересовались самим исполнителем.

— Работаем, парни! — глубоко затянувшийся сигарой из крока Мерц ухмыльнулся и выпустил вверх облако чёрного дыма, а затем поудобнее перехватил тяжелое орудие Скотта, из которого, благодаря своим имплантам, он мог стрелять прямо с рук. В ответ до него донёсся многоголосый вой монстров.

Зверья было так много, что их спины полностью покрыли землю. Но фермеры Ильрадии не просто так ели выращенный ими же самими хлеб. Волна лазерный лучей, словно коса смерти, начала сеять гибель среди накатывающих монстров.

Зенитные орудия аргомобилей отчаянно поворачивались, стараясь скосить всех вылетевших из лесов мелких тварей. Благо, крупных летающих тварей пока не показалось.

Если же звери где и прорывались, то ледяные клинки и шипы быстро их останавливали, убивая. Мерц тоже не скучал, охотясь за самыми ловкими или крупными тварями.

Постепенно поток живой плоти начал ослабевать, и казалось, что этот сбор урожая пройдёт просто, но Ильрадия любила удивить под конец.

Стоявшие на каменном основании машины внезапно начали дрожать, чтобы затем камень взорвался и наружу вырвалась уродливая голова гигантского червя. Стоявшая под червём машина, словно перышко, взлетела вверх и приземлилась на бок, хорошенько встряхнув находящихся в ней фермеров.

Открывший же было пасть на другую машину червь вдруг обзавёлся широкой, оплавленной дырой в шее от первого выстрела танка «Гнев дракона». Второй выстрел напрочь оторвал башку у не успевшего оправиться от первого попадания червя.

Дёргающееся и обливающее всё вокруг дымящейся кровью обезглавленное тело скрылось обратно в дыре. Выскочившие из машин фермеры с тяжёлыми баллонами направили раструбы огнеметов и залили яму литрами яростно горящей и ужасно воняющей огнесмесью. Запах сожжённой плоти нестерпимой вонью повис над позициями.