— Я смотрю, вы во всём быстрый, да? — прошипел отец, охваченный злостью. Мне же с каждой секундой становилось всё страшнее, и единственным желанием было — поскорее убежать отсюда, не оглядываясь, и, если получится, ещё успеть спасти Алексея.

— Ну, не совсем так, — пожал плечами жених, стараясь выглядеть невозмутимо. — Вот мой отец, едва ли не сразу после того, как увидел мою маму, решил жениться на ней. Казалось, между ними вспыхнула искра, которая не оставляла сомнений. А уже через год и два месяца после свадьбы на свет появился я.

В этот момент стало ясно — конец ему, без вариантов!

— Очень надеюсь, что вы всё-таки не пошли в него, — хрипло произнёс отец, отвернувшись в сторону, чтобы скрыть свои эмоции.

После этого между нами повисло молчание, словно невысказанное соглашение — лучше сменить тему на что-то более нейтральное и безопасное. Алексей, казалось, всячески пытался произвести впечатление на дам, уютно расположившихся за нашим столом. Он улыбался, рассказывал истории, ловко шутил — явно желая завоевать их расположение. А я тем временем готова была провалиться сквозь землю, желая исчезнуть навсегда и больше никогда не иметь дела с мужчинами. Практика показала: они все одинаковые, один другого краше.

Когда трапеза подошла к концу, все снова вышли в просторный зал и постепенно разбредались по своим привычным компаниям. В воздухе повсюду витали разговоры и пересуды — то и дело проскальзывали имена меня и так называемого жениха. Судя по всему, многие были им весьма довольны и даже восхищены. Но я старалась не слушать эти сплетни, упрямо закрывая уши, чтобы не впустить их в себя. Вскоре мне стало не до этого вовсе — отец нашёл меня и тихо позвал за собой в небольшой закуток у кухни, где нас никто не мог услышать.

— Дочь! — воскликнул вдруг отец — Я запрещаю тебе выходить за него замуж!

Я едва удержалась на ногах, ошарашенная таким резким заявлением.

— Это почему вдруг? — спросила я, пытаясь понять логику. — Сначала ты говоришь, что мне нужен жених, а теперь вдруг запрещаешь. Я чего-то потеряла логику.

— Он ненормальный! — голос отца дрожал от гнева и беспокойства. — Ты разве не видишь? Он только и делает, что мотает мне нервы!

— Ты на него наговариваешь, — пожала я плечами, хотя внутри меня тоже бурлило желание поскорее разобраться с женихом за всё, что он сегодня натворил. — Он нормальный мужчина.

— Лиза! — отец наклонился ближе, глаза его блестели от искренней тревоги. — Я говорю тебе правду! Ты просто не знаешь, что он вытворяет на работе!

— Папа, — говорю я мягко, стараясь донести свою мысль, — работа — это одно, а семейная жизнь — совсем другое.

Отец медленно опускается на стул у окна, который, надо признать, был единственным в этой комнате. Он хлопает себя по коленке, словно приглашая меня присесть на его коленку, как в дестве, чтобы разговор стал более близким и серьезным. Ну, если ему так будет легче.

— Ты разве не понимаешь? — с тревогой в голосе спрашивает он. — Тебе с ним жить всю жизнь!

Я киваю в ответ, пытаясь выглядеть уверенной.

— Знаю, — говорю я, — и я к этому готова. — Хотя, если честно, я не совсем понимаю, что меня ждет впереди. Но… — А что, если это та самая любовь? Та самая, что бывает раз в жизни?

Отец смотрит на меня с недоверием и, чуть приподняв бровь, спрашивает:

— Ты издеваешься? — отец уставился на меня с явным недоумением и даже раздражением. Я же просто смотрела на него, не понимая, почему вдруг так горячо защищаю эти, по сути, несуществующие отношения.

— Если ты так переживаешь за магазин.

— Да при чём тут он? — ответила я нахмурившись.

— Ты же знаешь, — продолжал он, стараясь говорить уверенно, — я сделаю всё, чтобы ты была счастлива. Куплю магазин, буду помогать, если вдруг возникнут проблемы.

— Но?

— Может, всё же не стоит выходить за него?

Я чуть не рассмеялась от такой настойчивости.

В этот момент в дверном проёме вдруг появились мама с Алексеем. На их лицах играла лёгкая улыбка, и было видно, что им весело, — в отличие от нас с отцом, чьи разговоры были пропитаны напряжением.

— А ты, оказывается, была очень милая в детстве, — подошёл Алексей ближе ко мне и сказал с улыбкой. Я в шоке перевела взгляд на маму.

— А главное — такая скромная и тихая. Не то что сейчас, — добавил он с лёгкой насмешкой.

Ну всё. Как только выйдем за ворота, я точно покажу, какой милой ещё могу быть.

— Может, уже пора домой? — почти прямо говорю я жениху, потому что больше не в силах терпеть этот цирк.

— А как же десерт? — с загадочной улыбкой спрашивает он меня, и в этот момент мне хочется дать ему по голове.

— Думаю, впечатлений от сегодняшнего дня и так всем хватает, даже без десерта, — говорю я, мягко подталкивая его к выходу. По дороге обнимаю папу и маму. Иногда я очень по ним скучаю, но жить с ними, конечно, не смогла бы.

— Если ты так настаиваешь, — хитро улыбается Алексей, бросая взгляд на моего отца. — Тогда я вовсе не против оказаться в квартире раньше, чем мы планировали.

— Ну иди уже, шутник! — чуть сильнее подталкиваю его, и он не просто выходит, а буквально вылетает в общий зал.

— У меня сильная и нетерпеливая невеста, — улыбается он гостям. Я же вежливо прощаюсь со всеми, и первая выхожу из дома на свежий воздух, чтобы перевести дух.

Мы молча дошли до моей машины, и только когда я села за руль, осознала, насколько сильно была напряжена все это время.

— Можно выдохнуть? — спросил он, расстегивая пиджак, а затем и верх рубашки, словно хотел освободиться от всего этого напряжения.

— Вот уедем подальше, тогда и будешь выдыхать, — стараясь не смотреть на открытый участок его тела, сглотнула я и завела свою ласточку.

— Ну как? Все прошло на высшем уровне? Я молодец? — его вопросы сыпались, как из рога изобилия, а я молча следила за дорогой, стараясь сосредоточиться на вождении.

— Да, получилось, — не могла не согласиться я, хотя в душе оставалось что-то неясное.

— И что тебя не устраивает? — он явно заметил, что я не в духе.

— Я просто устала, — вздохнула я, поворачивая на нужную улицу. — А папа очень просил меня ни в коем случае не выходить за тебя замуж. Говорит, даже готов магазин просто так купить, лишь бы этого не произошло.

— А это хорошо или плохо? — с недоумением спросил он.

Да откуда мне знать? Я лишь пожала плечами, чувствуя, как внутри меня борются разные эмоции.

— Тебе на работе не влетит за этот спектакль? — задаю встречный вопрос, прекрасно зная характер отца.

Мужчина лишь усмехается, словно это пустяк.

— Я уже привык к его издевкам, — говорит он легко, словно это обычное дело. — Так что одной меньше, одной больше.

Я хмурюсь, не разделяя его легкомыслия.

— Странно, — продолжаю я. — Папа говорит, что это ты его терроризируешь, постоянно лезешь с советами и правилами жизни.

Он пожимает плечами и улыбается.

— Ну, скажем так, мы стоим друг друга. И, знаешь, мы точно очень похожи в одном — не любим, когда кто-то трогает то, что должно принадлежать только нам. Наружу сразу вылезает все упрямство и нежелание уступать.

Смотрю на Алексея, не понимая, к чему он клонит.

— Только у твоего отца, конечно, гораздо больше возможностей. Но и я не намерен сдаваться, — говорит он с решимостью в голосе.

— Ну да, папа с легкостью может перекрыть кому угодно кислород, — усмехаюсь я, выходя из машины и закрывая дверь.

— Пока что я все же немного в выигрыше. И нехватка воздуха мне не грозит, — отвечает он с легким вызовом.

— Смотри мне, — предупреждаю я, недобро глядя на мужчину. — Если сделаешь плохо папе, будешь иметь дело со мной, а еще с обозленной мамой.

Он поднимает руки в жесте, будто сдаваясь, и смеется.

— Да я и не собирался, — говорит он, и в его голосе звучит уверенность. — Мне, наоборот, понравился сегодняшний день. Даже расставаться как-то не хочется.