– Например, если у бульдозера пропадёт какая-то важная деталь… Скажем, электронный блок управления или стартер. Деталь маленькая, но без неё эта груда железа с места не сдвинется. А доставка новой займёт недели.

– Электрические компоненты – это мой конёк, – довольно прогудел Сириус.

– Вот именно. И материалы. Строительные блоки, цемент, арматура… У нас же теперь есть Крепыш и Вжик. Пусть тренируются. Таскать по ночам стройматериалы – отличная практика. Нам потом лишними не будут.

– Понял, Повелитель.

– Главная цель – саботаж. Когда сюда прибудет командир имперцев, он должен увидеть не готовую стену-ловушку, а чистое поле и кучу сломанной техники. Тогда он будет вынужден взять строительство под свой личный контроль. А боевой офицер, я надеюсь, не станет строить себе могилу из песка и палок. Он сделает всё на совесть.

– Задача ясна, – отрапортовал Сириус. – Приступаю к выполнению.

Я кивнул. Пусть Барышников думает, что это его подрядчики воруют. Среди таких крыс, как он, – это обычное дело, никто даже не удивится.

Оставив Сириуса координировать операцию, я решил проветриться.

Вышел на крыльцо гостевого дома и с наслаждением вдохнул свежий воздух. В имении Башатовых было хорошо. Тихо и спокойно. И, что самое главное, здесь я мог не скрываться.

Вокруг меня тут же закружили мои мелкие дроны – «мухи» и парочка «паучков». Они носились друг за другом, играя в догонялки, то и дело ныряя в кусты. Я не запрещал. Пусть развлекаются, пока нет боевых задач.

Я неспешно пошёл по дорожкам парка в сторону тренировочного полигона. Издалека доносился звон стали и отрывистые команды.

Гвардия Башатовых тренировалась.

На утоптанной площадке полтора десятка бойцов отрабатывали удары мечами, стреляли по мишеням и проводили спарринги. Среди них выделялся высокий крепкий парень с обнажённым торсом – Пётр, старший сын Станислава.

Он двигался технично, гоняя по кругу сразу двух противников. Увидев меня, он остановился, жестом отпустил спарринг-партнёров и, вытирая пот полотенцем, подошёл к ограждению.

– Привет, Феликс! – крикнул он. – Вышел воздухом подышать?

– Вроде того, – кивнул я, подходя ближе. – Неплохо двигаешься.

– Стараемся. Времена нынче такие, что форму терять нельзя. Слушай, а не хочешь присоединиться? Может, поспаррингуем?

Я окинул его взглядом. Парень был хорош, спору нет. Сильный, быстрый, с неплохим Даром телекинеза.

– Да нет, – лениво отмахнулся я. – Я на мечах не особо силён, знаешь ли… Да и зачем тратить на это время? Есть способы эффективнее.

– Ну, знаешь, – назидательно произнёс Пётр, опираясь на тренировочный меч, – личное мастерство никогда не будет лишним. Всякое бывает.

– Верно, никогда. Но я, видишь ли, больше по технологиям. Они надёжнее.

– Технологии – это хорошо. Но они могут в любой момент подвести. Батарейка сядет, помехи пойдут… А верная рука и клинок – это навсегда.

В этот момент один из моих дронов, который, видимо, принял слова Петра за угрозу или просто решил похвастаться, с агрессивным писком спикировал прямо к лицу парня, выставив вперёд крошечные, но весьма острые манипуляторы.

Пётр дернулся, инстинктивно выставляя меч.

– Отбой! – скомандовал я. Дрон тут же замер и отлетел мне за спину. – Он не хотел вас обидеть. Не хотел же?

Дрон виновато пискнул.

– А что они такие обидчивые? – настороженно спросил Пётр, опуская меч.

– Характер у хозяина дурной, вот и набрались, – улыбнулся я.

Пётр посмотрел на меня с вызовом.

– Слушай, Феликс, а давай всё-таки попробуем? Ну, чисто по-дружески. Интересно же проверить. Твои технологии против моей старой школы. Давай даже так: я буду использовать свой Дар и меч, а ты – своих дронов. Это же твоя суперспособность, так?

Он рассмеялся, но в смехе не было злобы, скорее – юношеский задор.

– Ты же умный, значит, умеешь их конструировать. Значит, это тоже часть твоего оружия. Ну что, слабо?

Я посмотрел на него. Молодой, горячий. Ему хотелось доказать, что человек всё ещё круче технологий.

– А ты точно уверен, что хочешь этого?

– Ну да! – он уже предвкушал лёгкую победу над «ботаником», который прячется за железяками.

– Ладно, – вздохнул я, снимая куртку. – Уговорил.

Я зашёл на площадку. Пётр встал в стойку, его клинок описал красивую дугу. Вокруг него начало сгущаться поле телекинеза.

– Готов? – спросил он.

– Всегда.

Он рванул вперёд. Быстро, мощно. Удар был нацелен мне в плечо – не смертельно, но было бы больно.

Я даже не стал звать дронов. Просто сделал шаг в сторону и чуть доворот корпусом. Клинок просвистел в сантиметре от меня.

Это тело было слабым, да. Непрокаченным. Но рефлексы, наработанные за сотни лет и множество перерождений, никуда не делись. Я видел начало его движения ещё до того, как он сам осознавал, что хочет ударить.

Пётр развернулся и нанёс серию ударов. Я уходил от них, даже не поднимая рук. Уклон, шаг, поворот… Это было похоже на танец.

Он остановился, тяжело дыша.

– Почему ты дронов не используешь? – спросил он с обидой.

– А нужно?

– Ну, да! Мы же договаривались! А то ты ничего не делаешь, только бегаешь. Я же даже не напрягаюсь по-настоящему, боюсь тебя задеть!

– Ну так начни, – улыбнулся я. – Напрягись.

– Ладно. Сам напросился.

Лицо Петра стало серьёзным. Вокруг него поднялась пыль, мелкие камешки взмыли в воздух. Телекинез.

Он швырнул в меня волну силы, одновременно атакуя мечом.

– Врубаем дискотеку.

Один из дронов сорвался с места. Просто подлетел к лицу Петра и врубил мощный стробоскоп. Яркие вспышки света ударили по глазам.

– Ты что, серьёзно? – зажмурившись, крикнул Пётр, отмахиваясь от назойливой жужжалки мечом. – Думаешь, меня такое ослепит или помешает мне? Детский сад!

Он наугад рубанул воздух, пытаясь достать дрон.

И в этот момент ему в бочину со всей дури влетел второй дрон, взяв на таран.

Удар был ощутимым. Петра аж качнуло в сторону, он сбился с шага, его телекинетический щит мигнул.

Конечно, это его не вырубило. На нём был качественный силовой доспех, да и сам он парень крепкий. Но равновесие потерял.

– Ой, – прокомментировал я, наблюдая, как он пытается восстановить дыхание. – Пропустил один удар.

– Это… это было быстро, – признал он, потирая бок.

– Ага.

Он снова пошёл в атаку, на этот раз осторожнее. И уже смотрел не только на меня. Его глаза бегали, пытаясь отследить юркие машинки в воздухе.

Он замахнулся клинком, намереваясь достать меня длинным выпадом.

Один из дронов сделал ложное движение, будто пикирует ему в голову. Пётр инстинктивно дёрнул мечом вверх, меняя траекторию удара, чтобы отбить атаку с воздуха.

И в следующую секунду ему в колено прилетел второй дрон. Жёстко, всем корпусом.

Нога подогнулась, и Пётр рухнул на одно колено.

– Смотри по всем сторонам, – наставительно произнёс я.

Дальше началось просто издевательство. Дроны кружили вокруг него, как стая шершней. То один дёрнет манипулятором за штанину, то второй толкнёт в спину, то третий пролетит прямо перед носом.

Пётр крутился волчком, пытаясь отбиться от назойливых летунов. Он злился, его удары становились всё более размашистыми и неточными.

Наконец, он подловил момент. Дрончик завис перед ним, как будто открывшись. Пётр, вложив в удар всё раздражение, рубанул по нему мечом.

Но вместо того, чтобы развалиться на части, дрон вдруг… раскрылся. На его корпусе распахнулась специальная ячейка-ловушка. Клинок Петра со звоном влетел в неё и намертво застрял.

Дрон тут же рванул вверх, вырывая оружие из рук опешившего бойца.

Пётр остался стоять с пустой рукой, глядя в небо, куда удалялся его меч.

Дрон сделал круг почёта и, подлетев обратно, небрежно сбросил клинок прямо под ноги хозяину.

Звон стали об асфальт прозвучал как финальный гонг.

Пётр поднял меч, вытер пот со лба и посмотрел на меня. В его взгляде застыло уважение.