Я посмотрел на Рубин.

Пустой, холодный камень.

— Ты хочешь в Рубин? В имперский артефакт?

«Это единственный носитель, способный вместить мою… сложность. И это единственный способ для меня покинуть Башню до взрыва.»

Я посмотрел на Алису.

Она кивнула. Едва заметно.

— Соглашайся. Нам нужен проводник.

Я вздохнул.

Опять сделка с дьяволом.

— Хорошо, Граф. Залезай в банку. Но если ты попробуешь взломать мне мозг или перехватить управление Легионом… я брошу этот камень в реактор поезда.

«Справедливо. Подключай.»

Я положил Рубин на считыватель.

Вольт запустил передачу данных.

Экран мигнул. Полоса загрузки заполнилась за секунду.

Рубин в моей руке нагрелся.

Внутри него, в глубине красного кристалла, загорелась зеленая искра.

«Я здесь», — голос Орлова теперь звучал у меня в голове. Через ментальную связь камня. «Уютно. Немного тесновато после сервера, но жить можно.»

— Сиди тихо, — я сунул камень в карман.

Я повернулся к команде.

— Мы уходим. Немедленно.

— Поезд готов? — спросил Волков.

— Готов. Грузовики загружены. Армия в анабиозе. Осталось только доехать до Депо.

— Но город… — Вера посмотрела в окно. — Там Гниль. И патрули Гильдии.

— У нас есть навигатор, — я похлопал по карману. — И у нас есть таран.

Я кивнул на Бориса.

— Джаггернаут, твой выход. Ты пойдешь в голове колонны. Сноси все, что движется.

— С радостью, — гигант лязгнул клешнями.

Мы спустились в гараж.

Колонна стояла под парами. «Мамонт», грузовики, БТРы Волкова.

Легион (однорукий, но все еще страшный) стоял у ворот.

— ОТЕЦ. МЫ ГОТОВЫ.

— Открывай ворота, — скомандовал я.

Тяжелые створки поползли вверх.

В гараж ворвался запах гари и гниения.

Мы выехали в ночь.

Город умирал. Небоскребы горели, как свечи. Улицы были забиты брошенными машинами и трупами.

Гниль была везде.

Но мы шли сквозь этот ад, как ледокол сквозь льды.

Впереди нас ждала Пустошь.

И «Объект Ноль».

Врата, которые мы должны закрыть.

Или открыть еще шире.

Понравилось? Подписывайтесь и добавляйте в библиотеку! Это ускоряет выход проды!

Глава 10

ИСХОД

Город горел.

Не отдельными очагами, как раньше. Он горел целиком.

Я смотрел в зеркало заднего вида «Мамонта», и мне казалось, что я смотрю в открытую топку печи. Небоскребы превратились в факелы. Река, отравленная Гнилью и разлившимся топливом, стала огненной змеей, рассекающей мегаполис пополам.

Мы бежали.

Словно воры, укравшие драгоценности из горящего дома. Словно крысы, покидающие корабль, который сами же и просверлили.

— Док, — голос Веры дрогнул. — Там… там остались люди. В метро. В бункерах.

— Там остались мертвецы, — жестко сказал я, не отрывая взгляда от дороги. — Те, кто хотел жить, уже здесь. Или в других колоннах. Мы не спасатели, Вера. Мы — ковчег. А ковчег не резиновый.

Впереди показались огни Депо.

Наш бронепоезд, похожий на черного левиафана, уже стоял под парами. Из его трубы валил фиолетовый дым — маго-изотопный реактор работал на полную мощность.

Вокруг состава суетились «Куклы».

Они грузили ящики, перетаскивали раненых, устанавливали турели на крыши вагонов.

Легион стоял на локомотиве, как капитан на мостике. Его единственная рука указывала направление, ментальные приказы разлетались по Рою быстрее радиоволн.

— Загоняй на платформу! — скомандовал я.

Вера направила броневик к аппарели хвостового вагона-платформы.

«Мамонт» взревел, взбираясь на металл.

Подвеска скрипнула. Мы встали.

Следом за нами на соседние платформы заезжали грузовики Волкова и БТРы.

Это была не эвакуация. Это было бегство.

Я выпрыгнул из кабины.

Воздух здесь, на окраине, был еще пригоден для дыхания, но уже горчил привкусом пепла.

— Статус! — рявкнул я, подбегая к Вольту, который возился с панелью управления стрелками.

— Загрузка 90%! — прокричал хакер, перекрывая шум пара. — Потеряли два грузовика в промзоне. Гниль отсекла хвост колонны.

— Сколько людей?

— Пятьдесят «Кукол» и трое наемников.

Я стиснул зубы.

— Списать. Ждать не будем. Где Борис?

— На головном. Проверяет отвал. Говорит, хочет лично видеть, как мы будем давить мутантов.

Я побежал к локомотиву.

Бежать по щебню, когда над головой воет сирена воздушной тревоги (Империя включила обратный отсчет), было тем еще удовольствием.

Борис сидел на таране поезда, свесив ноги в тяжелых ботинках. Его новые кибер-руки блестели в свете прожекторов. Он курил сигару (украл у Волкова, не иначе).

— Прокатимся, Док? — оскалился он. — Давно я не ездил на поезде без билета.

— Билет у нас есть, — я похлопал по карману, где лежал Рубин с призраком Орлова. — Только контролеры злые.

— Орлов на связи?

— Да.

Я достал камень.

— Граф! Ты слышишь меня?

Рубин мигнул зеленым.

«Слышу, Виктор. Прекрасная ночь для путешествия. Маршрут проложен. Стрелки переведены. Но есть нюанс.»

— Какой?

«Впереди, на третьем километре, датчики показывают… затор. Биологический затор. Гниль знает, что мы уходим. Она построила стену.»

— Стену? Из чего?

«Из всего. Машины, деревья, трупы… и живые мутанты. Они сплелись в единый организм. Живой барьер высотой в десять метров. Если мы врежемся в него на полном ходу… мы можем сойти с рельсов.»

— А если затормозим?

«Тогда нас накроет волна, которая идет сзади. Посмотри назад.»

Я обернулся.

Со стороны города, по путям, ползла фиолетовая масса.

Она была похожа на лаву. Только быстрая. Она пожирала шпалы, столбы, здания.

Гниль наступала.

— Выбор невелик, — констатировал я. — Или разбиться, или быть съеденными. Я выбираю таран.

Я запрыгнул на подножку локомотива.

— ВЕРА! — крикнул я в рацию. — Полный ход! Дави на гашетку!

Гудок паровоза (нет, маго-воза) разорвал ночь.

Колеса провернулись, высекая искры.

Поезд дрогнул и медленно, неохотно пополз вперед.

С каждым оборотом колес скорость росла.

Мы выезжали из Депо.

Впереди была тьма, рельсы и стена из мяса.

— ЛЕГИОН! — послал я ментальный приказ. — ВСЕМ ЗАНЯТЬ МЕСТА! ДЕРЖАТЬСЯ! БУДЕТ ТРЯСТИ!

«ОТЕЦ… МЫ ГОТОВЫ…»

Поезд набирал ход.

50 км/ч. 80. 100.

Ветер свистел в ушах.

В свете мощного прожектора локомотива показалась Она.

Стена.

Это было отвратительно и величественно.

Гора плоти, пульсирующая, шевелящаяся. Из неё торчали руки, ноги, колеса машин. Сотни ртов, открытых в немом крике.

Она перекрывала пути полностью.

— Огонь! — крикнул я Борису.

Джаггернаут поднял руки.

Из встроенных огнеметов (еще один подарок Вольта) ударили струи напалма.

Огненная река полилась на Стену перед поездом.

Плоть зашипела, начала чернеть.

Но Стена не рухнула.

Мы неслись на неё.

До удара пять секунд.

— ЩИТЫ! — заорал я.

Вольт, сидевший внутри кабины, врубил защитное поле (снятое с «Архангела» и прикрученное к реактору поезда синей изолентой и магией).

Голубая сфера накрыла локомотив.

УДАР.

Мир перевернулся.

Меня швырнуло на панель приборов.

Звук был такой, словно планета раскололась пополам.

Поезд врезался в биомассу.

Таран, усиленный магией и скоростью, пробил брешь.

Мы прошли сквозь мясо, кости и металл.

В окна кабины летели куски плоти, фиолетовая слизь залила стекло.

Поезд трясло, как в лихорадке. Колеса подпрыгивали, рискуя слететь с рельсов.

Но инерция победила.

Мы прорвались.

Вылетели с другой стороны Стены, покрытые кишками и грязью.