— Да, слышал, молодцы.

Я ещё раз окинул взглядом забитые людьми и машинами улицы и удовлетворённо улыбнулся. Совсем недавно мы впервые приехали в этот ПГТ, и он был вымершим, а сейчас жизнь в нём кипела, а железа мы добывали раза в три больше, чем бывший владелец, и это далеко не предел.

Мы вернулись на платформу лифта, Шаповал дёрнул рубильник, и мы так же быстро спустились, а вместо нас наверх поехала тройка дозорных.

— Отличная работа! — Я пожал довольному Шаповалу руку и запрыгнул в свой внедорожник.

— Куда? — спросил Макс, уже давно ставший моим личным водителем. К слову, несмотря на возраст, полковник уже мог использовать две стихии и у него получались убийственные огненные шары.

— Поехали на пункт выдачи, через полчаса ребята Антона Антоновича приедут.

— Поверить не могу, — усмехнулся Макс, заводя двигатель. — Что СКА теперь у тебя на побегушках.

— Ты лучше так не говори, — произнёс я, кинув взгляд в зеркало дальнего вида и убедившись, что машина охраны тронулась следом за нами. — А то все начнут повторять, и так до СКА дойдёт, а они ребята обидчивые. Да и не на побегушках, а просто выделили мне персонального выездного сотрудника.

— Скорее персональный выездной отдел, — хохотнул сидящий рядом со мной сзади Снегирь.

— Ну, пусть так, — не стал спорить я. — Когда там наши броневики сделают?

— Да вчера ещё три первых должны были, — вздохнул Снегирь. — Но накосячили с рунами на верхнем слое брони из воздушного железа. Переделывают, завтра обещали. Потом по пять каждую неделю.

— Не терпится уже на таком поездить! — Макс ударил ладонями по рулевому колесу.

— Там ещё надо символику нашу нарисовать, — напомнил Снегирь. — Так что раньше послезавтра не жди. О, кстати, забыл сказать! Там ту партию техники, которую мы из последнего рейда привезли, завтра уже ремонтники выпускать начнут.

— Сельскохозяйственную сразу на поля, а машины и автобусы в мастерские, пусть броню улучшают.

— Макс, сделай погромче, — подавшись вперёд, попросил Снегирь. — Что-то там Полина кричит.

Действительно, до этого тихо лившаяся из динамиков музыка вдруг оборвалась, и уже знакомая нам радиоведущая Полина принялась что-то очень эмоционально рассказывать.

— … щение из Рязани! Срочно! Дорогие слушатели, у вас осталось пять секунд, чтобы позвать всех…чёрт!

Послышался какой-то треск, а потом заговорил Георгий.

— Просим прощения, у Полины сломался микрофон… что ж, думаю, она не будет возражать, если новость сообщу я.

Ведущий прокашлялся.

— Внимание гражданам Рязанской империи! Только что мы получили важнейшее сообщение из столицы. Полчаса назад без объявления войны Австрия, Литва и Швеция начали варварские бомбардировки наших приграничных городов. Повторяю, полчаса назад без объявления войны…

— Гони в Афонино! — рявкнул я и сорвал с пояса рацию.

— Девчонки! Едут! — Катя махнула рукой, и уже через несколько секунд все четыре сотрудницы, работающие вместе с ней в кабинете, прилипли к окнам, выходящим к главному входу в здание городской мэрии Волхова. Именно к нему сейчас и приближался длиннющий чёрный кортеж.

— Как красиво! — ахнула одна из девушек.

— А мне страшно, — произнесла вторая. — Будто змея приближается и хочет меня сожрать.

— Да кому ты нужна? — рассмеялась Катя. — А чёрный цвет — это действительно красиво, смотрите, огонь как живой на бортах!

— Говорят, кузова его машин и автобусов из магической стали сделаны, поэтому так кажется.

— Интересно, а правда, что это он Шишкина и Матвеева убил?

— И Петрова с этим рыжим козлом Степаненко.

— Тихо! Девчонки, вы чего⁈ Какой убил? Эти уроды просто почуяли, что жареным пахнет, и сбежали с деньгами!

— Вон его машина! Близко уже совсем.

Девушки замолчали и заворожённо наблюдали, как голова чёрной змеи проехала мимо крыльца, а когда с ним поравнялся огромный чёрный внедорожник, больше похожий на танк без пушки, колонна остановилась.

— Какой суровый! И не молодой совсем!

— Дура, это охранник! И этот тоже, видишь, щиты магические включили, и форма одинаковая с нашивкой на плече. А вон, вон он!

— Ух ты!

— Какой красавчик!

— Форма такая же, как у охраны.

— Породистый!

— Вообще, он такой же простолюдин, как и мы!

— А глазюки зелёные как сверкают!