Молодой монах вышел вперед, неся продолговатую плетеную корзину, и, просунув обе руки под деревянный сосуд, вручил пугливому наследнику его подарок. Взяв фляжку, принц налил себе и старейшине по чашке прозрачной жидкости желтого цвета, ее сладкий маслянистый запах проник в ноздри Дуны. После того, как была выпита вторая порция, тот же молодой человек обернул шею королевской особы белым шелковым шарфом и, низко поклонившись в пояс, отступил обратно в ряд с остальными.

— Завтра Лунная тень, Ваше Высочество, — сказал лидер группы, потягивая чай с маслом. — Мы пришли, чтобы помочь вам в подготовке к ритуалу.

— В этом году он проводиться не будет. Я решил против.

Седовласый мужчина побледнел, рука, державшая его чашку с напитком, замерла.

— Ваше Высочество, это вековая традиция, которая соблюдается с самого начала рода вашей семьи. Вы не должны отказываться от нее, люди будут ожидать этого.

— Людям нужно будет найти какое-нибудь другое развлечение, Аарав, — заявил принц, ставя пустую чашку обратно в корзину, и в его голосе послышались легкие нотки раздражения. — Возможно, ваши тигры могли бы взять на себя инициативу в этом году, вы приобрели довольно большое количество впечатляющих зверей. Вы также не уведомили меня об их появлении.

— Прошу прощения, мой принц, нам сказали, что предварительного уведомления не требуется.

— Кто тебе это сказал?

— Я сказала, — мелодичный голос донесся до ушей Дуны из-за спины, заставив ее инстинктивно обернуться.

У нее перехватило дыхание. Это была она, женщина из Мраморного павильона.

— Но, конечно, кто еще осмелился бы пойти против моих прямых приказов, кроме моей дорогой младшей сестры, — Фаиз нахмурился, его глаза цвета расплавленной меди прожгли дыру в глазах принцессы. — Арела, на этот раз ты перешла черту. Тигры должны уйти.

— Брат, пожалуйста, — взмолилась наследнику потрясающая женщина с миндалевидной кожей, на ее лице отразилось отчаяние, когда она пронеслась мимо Дуны, схватив роскошно одетого принца за предплечье, — ты не можешь отослать их. Ты разгневаешь богов. Размах их мести будет непреодолимым, мы никогда от этого не оправимся.

— Хватит! — крикнул принц, его взгляд был полон ярости, голос принца прогремел над открытым двором, теперь переполненным зеваками, когда он вырвал свою руку из слабой хватки женщины. — Это последняя капля! Твоя одержимость небесами затуманила твой разум. Тебе повезло, что пантер нет на территории, — он подошел к сестре, его лицо было в дюйме от ее дрожащего взгляда. — Ты можешь себе представить, какая кровавая бойня наверняка разразилась бы, если бы они были здесь, когда тигры вторглись на их территорию? Резня, которая окрасит эти стены в темно-малиновый цвет? Никто не был бы пощажен — тогда даже боги не смогли бы нам помочь!

— Я… я… — она заикалась, ее глаза метались по сторонам, останавливаясь на могучих кошачьих, которые медленно начали подниматься с земли, вытягивая конечности, когда Луна освещала их своим светом.

Глубокий рев эхом разнесся по двору.

Все головы резко повернулись, сосредоточившись на черном силуэте, скрытом в глубокой тени за растущей толпой.

Толпа расступилась.

Существо с самым темным, чистым, эбенового цвета мехом вышло на открытую террасу с колоннами, его изумрудные радужки сверкали в ночи, глядя на тигров, стоявших позади своих хозяев.

Радж.

Эта мысль поразила Дуну подобно удару молнии, ее разум несся со скоростью тысячи миль в час, пока она размышляла о том, что делать. Это было нехорошо, она должна была увести людей подальше от опасности.

Словно прочитав ее мысли, принц крикнул стражникам угрожающим тоном:

— Уведите всех внутрь! Заприте двери! Никто не должен покидать Большой дворец!

Злобное рычание исходило от грозного зверя, когда он приближался к площадке, обнажая свои острые, как бритва, клыки на оранжево-полосатых животных, хозяевам которых, к сожалению, не удавалось отвлечь их внимание от своего грозного врага.

— Аарав! — крикнул Фаиз пожилому монаху, когда один из тигров бросился вперед, сбив пожилого мужчину с ног. — Арела, отведи их в безопасное место… — над ними разнесся хор глубокого рева, обрывая его слова.

Восемь смертоносных черных пантер материализовались из теней позади тигров, отрезая им путь к отступлению. Словно безмолвные призраки в ночи, они подкрались ближе, их мощные тела были едва различимы во мраке.

Человек застыл, не зная, что делать, надвигающаяся катастрофа все ближе приближалась к осуществлению.

Оглядевшись вокруг, Дуна поняла, что люди значительно превосходили численностью ужасающих хищных животных. Она стояла позади Фаиза, пожилого монаха поддерживала принцесса Арела, и только трое братьев этого человека по вере составляли им компанию.

Она выругалась вслух, разочарование вскипело в ее душе. Где охрана, когда она так нужна? Все, кроме горстки, были с остальными, наблюдая, чтобы ни у кого не возникло неожиданных грандиозных идей о храбрости.

Сейчас было не время разыгрывать из себя героя.

Похоже, ты снова совсем одна, Дуна, — она покачала головой. — Когда ты не была одинока?

Затем дрожь пробежала по ее телу, возвращая ее в настоящее. Она поднялась вверх по позвоночнику, скользя вдоль многочисленных позвонков, пока не достигла шеи. Обернувшись вокруг ее шеи, она каскадом заструилась по ее лицу и плечам, извергаясь по всей ее фигуре подобно бурному потоку.

Она судорожно втянула воздух, поскольку ее дыхательные пути сузились из-за внезапного приступа озноба. Ее мышцы напряглись, затем вернулись к жизни, бесконечная волна быстро нарастающих разрядов высокого напряжения зарядила ее взбешенные нейроны.

Краем глаза она уловила какое-то движение, заставившее ее резко обернуться. Радж спустился по ступенькам и направлялся к ней, его острый взгляд был прикован к ней там, где она стояла на поляне.

Она выдержала его взгляд, не в силах отвести глаза, загипнотизированная двумя его бездонными зелеными омутами.

— У нас нет времени! — Фаиз крикнул оставшимся монахам, которые отчаянно пытались отогнать тигров от черных созданий, приближавшихся к тому месту, где они стояли. — Назад!

Едва он успел произнести эти слова, как первая пантера бросилась вперед.

Словно грозный демон из ада, она вонзила свои острые клыки в шею ничего не подозревающего тигра, её тяжелое тело прижимало его к земле, в то время как беспомощный кот отчаянно бился в

смертельной хватке, его крики агонии эхом разносились по территории. Густая кровь сочилась из шеи животного, стекая по его мощному телу, окрашивая пышную оранжевую шерсть в темно-красный цвет.

Разрывая зубами мышцы и сухожилия, дикое существо потащило безжизненное тело в центр поляны. Он взобрался на него сверху, его острые, как бритва, когти впились в бесполезную плоть. Заявляя о победе, он открыл пасть, обнажив ряды залитых кровью клыков, и злобный рев вырвался из его горла.

Словно очнувшись от транса, и человек, и зверь пришли в движение. Смертные бросились в укрытие, стражники защищали наследного принца, когда столкнулись пантера и тигр.

Подобно извергающемуся вулкану, разразился полный хаос.

Дуна стояла неподвижно, загипнотизированная ужасающим зрелищем, разыгравшимся перед ее собственными глазами, наблюдая, как густая жидкость стекала с челюсти огромного существа, а его ужасающие вопли возмездия пробирали ее до костей.

— Что она делает?! — низкий голос прервал ее мысли, возвращая к реальности. — Шебез! — крикнул ей Фаиз, когда его люди оттащили его назад. — Шебез!

Дуна повернула голову в направлении его голоса, осознание ударило ей в лицо, как брызги холодной воды. Оглядевшись, она заметила, что стояла одна посреди поляны, окруженная двумя группами сражающихся кошачьих. Ее взгляд метнулся к месту возле одних из ворот, где одинокий монах безнадежно пытался оттащить своего тигра в безопасное место, животное было ненамного старше детеныша. Молодой человек сам казался совсем мальчишкой, судя по его виду, возможно, в раннем подростковом возрасте.