— Ты, должно быть, был в ужасе!

Ухмыльнувшись, принц взглянул на нее.

— Ты бы так подумала, не так ли? — он подмигнул. — На самом деле я был очень спокоен, в моем девятилетнем теле не было ни грамма паники. Возможно, это было в моей натуре, потому что я всегда бродил в одиночестве, так что мысль о том, чтобы остаться одному в джунглях, тоже не пугала.

Он пожал плечами.

— Я никогда по-настоящему не думал об этом. Итак, когда наступила ночь, а за мной все еще никто не пришел, я решил попытаться найти дорогу обратно. Я и не подозревал, что на меня охотились и я был потенциальной добычей для очень голодного тигра.

Откинувшись назад, он глубоко вдохнул, его взгляд поднялся к Кровавой Луне.

— Зверь напал на меня со спины, повалив на землю. Я никогда не видел его морды… — он сглотнул, — …и я каждый день благодарю богов за это. Я верю, что именно это впоследствии спасло мне рассудок, потому что, если бы я увидел его зубы до того, как он вонзил их в мою плоть, я бы не смог выжить.

Потеряв дар речи, Дуна могла только смотреть. В памяти всплыла ее близкая встреча со смилодоном и явный ужас, когда он навис над ней, всего на волосок от ее лица.

— Оно оторвало кусок кожи с моей спины, — он повернулся, показывая четыре длинных узких шрама, — но прежде чем оно успело нанести еще какой-либо ущерб, его сбросили с меня. Рок убил его, а затем зализывал мои раны, пока его хозяин не нашел нас и не отнес меня обратно к моему отцу.

Интересно.

— Хозяин?

Это уже второй раз, когда Фаиз назвал Рока каким-то домашним котом.

— Да, генерал Рагнар направлялся в Навахо на встречу с моим отцом…

Подождите, что?

— … и этот его зверь просто случайно опередил его.

— Э… э… — она откашлялась, застигнутая врасплох. — Я не знаю, что сказать.

Да и что она могла сказать? Это была еще одна вещь, о которой Катал не смог ей рассказать.

Встав и похлопав Рока в последний раз, Фаиз натянул рубашку через голову, прикрывая свои шрамы и снова выглядя таким же нетронутым, как всегда. Его рука метнулась к Дуне.

— Пойдем, моя милая, уже поздно.

— Знаешь, сейчас рядом с нами никого нет, ты не должен называть меня так.

Он ухмыльнулся, схватил ее за руку и потащил Дуну за собой, пока они возвращались во дворец.

— Я знаю, но мне нравится выводить тебя из себя.

Пока они продолжали препираться, как двое расшалившихся детей, Дуна поняла, что прошла целая вечность с тех пор, как она чувствовала себя такой беззаботной, и это открытие прочно засело у нее в голове. Да, она действительно могла бы наслаждаться мужской компанией, если бы постаралась.

ГЛАВА

25

Армия воинов в бронзовых доспехах окружила ее, когда она восседала верхом на своем могучем боевом коне, их металл сверкал в заходящем свете Солнца. Ее собственное тело было облачено в соответствующую одежду, голову защищала галея с замысловатым тиснением, скрывавшая все, кроме глаз и рта, что делало ее совершенно неотличимой от своих товарищей.

Преимущество, которым она вскоре воспользовалась бы в полной мере.

Ее пальцы сжимали поводья, ей не терпелось тронуться с места, ее тело отчаянно хотело наполниться тьмой, на которой оно процветало — смотреть на последние умирающие лучи чьей-то души, когда она обрывала их жалкую жизнь, жизнь, которую они неосознанно отдали ей, когда решили навязывать свои злые пути слабым и беззащитным, играя в богов, которыми им незачем было притворяться.

Она ухмыльнулась, в ее венах уже бурлил адреналин от предстоящей битвы и того, что она принесла бы.

Кровь, так много крови.

Она закрыла глаза, вдыхая большими глотками воздух, настоянный на соснах, наполняя легкие до тех пор, пока они больше не могли расширяться. Ее лошадь заржала, отражая ее собственное нетерпение. Она похлопала ее по шее, бормоча успокаивающие слова животному, успокаивая ее, как обычно делала перед заданием.

За исключением того, что это была необычная миссия.

Это была война.

Настоящая битва, конца которой не видно, ее исход неизвестен, но предсказан ее внутренним чутьем, которое никогда раньше ее не обманывало. Она вышла бы победительницей, в этом не было сомнений. Оставалось только пройти и преодолеть множество препятствий, которые вызывали у нее беспокойство.

— Вперед, солдаты!

Подобно могучей волне, которая набирала скорость, прежде чем разбиться о берег, десятки тысяч воинов двинулись вперед, их разрушительное оружие и стальные доспехи были безмолвным заявлением о том, что гряло, о масштабах разрушений, которые они вскоре обрушили бы на своего врага.

Ухмыльнувшись, она подтолкнула своего коня вперед, и мерцающая вуаль стала отчетливо видна, когда они подъехали ближе к ней, а море металла надвигалось с неослабевающей силой.

Наклонившись, она прошептала на ухо своей лошади, ее кожа гудела от предвкушения, когда животное набирало скорость:

— Лети для меня, красавица.

В вихре энергии она с грохотом устремилась к завесе черного тумана, которая приближалась быстрее скорости света.

Она наклонилась, цепляясь за сильную спину животного, когда они прорвались сквозь нее, слой льда окутал ее всего на мгновение, прежде чем они прорвались с другой стороны, выпрыгнув из лужи, окруженной покрывалом фиолетовых колокольчиков.

Дико ухмыляясь, она присоединилась к другим ожидающим воинам, оглядываясь через плечо на то, как все больше и больше фигур материализовалось из голубого озера, на его спокойной поверхности не появлялось ни малейшей ряби, когда они появлялись. Бессознательно она похлопала себя по груди, прямо над тем местом, где под толстыми слоями одежды лежало ее самое драгоценное сокровище, убеждаясь, что оно все еще там. У каждого из них была одна и та же серебряная безделушка, потому что без нее они не смогли бы пройти через завесу.

Хор криков разразился над ними, привлекая все их внимание к небу, где над ними парило бесконечное множество крылатых тварей, их мощные тела несли собственных всадников в доспехах.

Ее никогда не переставал поражать вид этих могучих созданий, независимо от того, сколько раз она тренировалась с ними или каталась верхом на их впечатляющих спинах, пока Солнце не опускалось за горизонт.

— Где твой питомец? — раздался грубый голос рядом с ней.

Ухмыляясь, не отрывая глаз от неба, она ответила:

— Он здесь.

Едва эти слова слетели с ее губ, как огромный хищник с характерным белым оперением отделился от летящей массы, его великолепные крылья были широко расправлены, он легко скользил по ветру и издал визг узнавания, когда заметил ее.

— Он всегда здесь.

Затем орда двинулась в путь, возобновив свой неуклонный марш к месту назначения, ни разу не останавливаясь на отдых в течение следующих долгих дней, их тела генетически адаптировались к самым суровым условиям окружающей среды и самым жестоким обстоятельствам.

Нет, они не нуждались в отдыхе, поскольку их тела восполняли запасы энергии сами, а метаболизм уже был настолько замедлен, что потребовались десятилетия, прежде чем у кого-либо из них появились малейшие признаки старения.

Звуки барабанов донеслись до них на пятую ночь с тех пор, как они прошли через завесу. Небо постепенно темнело с каждым днем по мере того, как они приближались к концу очереди, настолько, что теперь его было едва отличить от бесплодной земли, по которой они тащились.

Все движения прекратились, когда до них донесся безошибочно узнаваемый лязг стали и леденящие душу крики душ, покидающих этот мир, их собственное оружие поднялось, когда они приготовились к тому, что должно было произойти.

Они выстроились в ряд, конь к коню, их животные нетерпеливо били копытами по земле. Она сидела неподвижно, не сводя глаз с открывшейся перед ней сцены, ее сердце бешено колотилось о грудную клетку.