А парни-то молодцы! Трешку с тридцати килограммовым мешком на плечах, они съели и не заметили. Все таки здесь в Азадбаше готовят на совесть. Сержант Гареев с пробежкой тоже справился без проблем. С насмешливой ухмылочкой он легко свалил мешок в общую кучу и уставился на меня своими черными глазами с видом,— ну давай, попробуй, загоняй меня.

Ну ничего, на каждую хитрую задницу, найдется свой болт с винтом. Здесь еще нет понятия кроссфита, и не многие способны выдержать 10–15 минутную нон-стоп тренировку, когда простые вроде упражнения, на разные группы мышц, чередуются между собой без остановки. Я пробежал эту трешку точно так же как и все, с мешком песка на плечах и кроссфит буду делать со всеми вместе. Посмотрим, кого из нас на дольше хватит.

Для начала даю очень простой сет: пятьдесят отжиманий, пятнадцать подъемов прямых ног к рукам из виса на длинной сваренной шведской стенке и пятьдесят приседаний. Все справились с этим сетом без труда. Далее все тоже самое пошло по кругу. Отжимания выполнялись то на кулаках, то на запястьях, то на пальцах. Прямые подъемы ног из виса чередовались с подъемами за голову наискосок влево и вправо. А приседания, чередовались с выпрыгиванием «лягушка» и «блевунами»: принятие упора лежа из стойки — группировка — выпрыгивание в высоту с разведением рук и ног и прогибом в корпусе и так тридцать раз, а потом все по новой.

Уже на третьем круге, веселость ушла с лиц парней и стало слышно тяжелое дыхание. Сегодня на улице плюс три, а все уже взмокли от пота. Я работаю вместе со своим отделением и внимательно слежу, чтобы никто не сачковал. Вскоре, на пятом круге, парни один за другим, начали отваливаться без сил. Обессилевшие просто отходили в сторону и с интересом наблюдали за остальными. Я специально дал им такую возможность, пообещав в награду тем, кто продержится больше меня в кроссфите, целую неделю освобождения от утренней зарядки.

Дольше всего продержались сержант Гареев и ефрейтор Кузнецов. Им очень хотелось умыть «зеленого» командира и заработать неделю без зарядки, но на восьмом круге сдались и они. А я, завершив круг, объявил три минуты отдыха, после которого будут проведены занятия по рукопашному бою. Порядком уставшие парни стали разминаться и я увидел как к Гарееву подошли пара солдат которые ему тихо что-то сказали. Тот только кивнул и ухмыльнулся.

Наконец, когда выделенные мной три минуты истекли, я построил отделение предложив всем разбиться на пары для отработки приемов рукопашного боя. Гареев, сделав шаг из строя. обратился ко мне. На этот раз он был абсолютно корректен.

— Товарищ сержант, разрешите обратиться.

— Разрешаю, — ободряюще кивнул я.

— Не могли бы вы лично дать мне урок рукопашного боя? — Гареев вновь смотрел насмешливо и это уже был явный вызов.

Ну понятно. Наверное, он тут местный чемпион, поэтому такой борзый. Сейчас, проиграв в кроссфите, он уверенный в своих силах как боец, хочет показать мне кто есть кто в жестком спарринге. Что же, на что то подобное я и рассчитывал, затевая всю эту бодягу. Ну парень, теперь не обижайся. Ты сам напросился.

Мы встали друг напротив друга на асфальтированной площадке. Остальные парни из отделения расступились вставая кругом, чтобы дать нам пространство. Все с интересом смотрели на нас. Гареев сразу же встал в стойку с открытым руками очень напоминающую стойку героя Талгата Нигматулина из фильма «Пираты ХХ века». Я просто стоял опустив руки и улыбаясь смотрел на него. Гареев с криком «Ки-й-а» ринулся вперед пытаясь нанести мощный удар правой рукой в солнечное сплетение и продолжил атаку ударом ноги маваши мне в голову. В принципе, все было выполнено вполне достойно, но недостаточно быстро и к тому же противник выдал глазами свою атаку, дав возможность себя подловить. Я ушел корпусом от удара рукой, заблокировал удар ногой в голову и в тайской манере жестко высек Гареева, сбив его на асфальт, после чего сел на него в маунт и произвел жесткое удушение воротником его собственной афганки. Ошеломленный падением Гареев сдавленно захрипел. Он сопротивлялся удушению совсем недолго, и вскоре, признавая поражение, похлопал меня по руке.

Отпустив сержанта, я поднялся и обведя взглядом притихшее после такого быстрого поражения местного чемпиона отделение, скомандовал.

— Отделение! Разбиться по парам и продолжать занятие.

На этот раз, все беспрекословно выполнили команду и даже Гареев, молча поднялся с асфальта и встал в пару.

Ночь. Мороз минус десять. Мою группу выкинули из «шишиги» после часа пути по тряской грунтовой дороге. С нами вместе находится проверяющий. Он не участвует в общем задании, а просто сопровождает группу, оценивая действия всего подразделения и особенно действия командира группы, то есть мои. Именно поверяющий вручил мне после выброски серый конверт с заданием. Задача группе дается всегда непосредственно на месте прибытия, чтобы исключить утечку информации по пути к месту проведения операции.

По легенде моей группе необходимо к утру выйти к перевалу и перехватить там караван духов. По пути к месту перехвата могут быть засады. Прикрывшись плотной плащ-палаткой, внимательно изучаю карту при свете красного фонаря, там отмечена точка нашей выброски и место, где ожидается проход каравана с оружием. Нам нужно совершить двадцати километровый марш и организовать засаду на тропе на перевале. Проход каравана ожидается завтра, поэтому стоит поторопиться, ведь нужно успеть определить место для засады и подготовиться к встрече.

Определяюсь на местности и беру азимут на ближайший ориентир. Каменистую равнину вокруг укрывает тонкий пяти сантиметровый слой снега. Вся группа, включая проверяющего в белых маскхалатах. На случай глубокого снега в горах, у нас собой есть снегоступы, но они пока не нужны закреплены сбоку наших рюкзаков. Небо над нами ясное, и благодаря этому, видимость вполне нормальная. До гор приблизительно пятнадцать километров по ровной местности, которую можно пройти относительно высоким темпом. Дальше придется замедлиться, чтобы не переломать себе ноги и не сверзиться со склона.

Перед дальним выходом нужно поверить экипировку подчиненных и убедиться, что все готовы к совершению дальнего марша.

— Проверить снаряжение, чтобы ничего не гремело. Намазать лицо и открытые части рук кремом. Проверить оружие, закрепить снегозадержатели на стволах. Готовность к выходу пять минут. — Говорю негромко, но так, чтобы все меня услышали.

Бойцы мажут лицо специальным составом типа «Морозко», защищающим кожу от ветра. В данных условиях его хватит приблизительно часа на два, потом придется обновлять по мере необходимости. Кто-то подтягивает снарягу и прыгает на месте. Все правильно. На марше ничего не должно греметь. Прохожу мимо бойцов и лично контролирую исполнение приказа. Заставляю нескольких из них попрыгать еще. Нормально, никаких лишних звуков.

Ищу глазами Гареева, с которым за прошедшее время у нас уже установился хороший контакт. После разгромного поражения в схватке, парень признал мое право на старшинство и больше не доставляет проблем. Мне нужен именно Фарух потому, что он имеет хороший опыт передвижения в подобной местности, является опытным следопытом и кроме того, очень выносливый. Протягиваю ему прибор ночного видения ПНВ, которых у нас на группу два. Второй остается у меня.

— Фарух, держи ПНВ. Возьми с собой Азимова с рацией и «лисьей поступью» выдвигайтесь вперед по азимуту 245. Двигаемся к предгорьям. Осмотрительно. Особенное внимание на следы на снегу. Обязательный контроль гребней холмов. На равнине дистанция сто пятьдесят метров. В горах — пятьдесят метров, в пределах прямой видимости. Связь — рация только на прием. Слушай на третьем канале, резервный второй, тишина в эфире. Крайний случай — выходи на передачу, код «молния». При обнаружении противника, если остались незамеченными, залечь и дать сигнал по рации — три щелчка. При проблемах с радиосвязью сигнализируйте ИК маячком. При огневом контакте код «молния». Через каждые полчаса пути остановка для сверки с маршрутом. Через каждый час смена развед-дозора.