— Я придавила тебя, и теперь ты застрял, — фыркнула я.

Он ухмыльнулся и наклонился вперёд, глядя мне в глаза, а затем прошептал мне на ухо: — О, ты именно там, где я хочу тебя видеть, — заявил он низким хриплым голосом.

Я вздрогнула от его слов и почувствовала, как волосы у меня на руках встали дыбом. По всему моему телу побежали мурашки. Я прерывисто выдохнула, и он усмехнулся, легонько коснувшись губами моей шеи, а затем ключицы. Я сглотнула, когда его зубы задели мою кожу, и он прикусил её, прежде чем глубоко поцеловать в шею. Он продолжал, и я почувствовала, как он возбуждается подо мной, и моё тело начало предавать меня отвечая ему. Он очень медленно провел языком по моему уху, и я стала его добычей. Уступить ему контроль было выбором, который больше не принадлежал мне. Он доминировал надо мной и владел моментом.

— Сними с меня штаны, — приказал он, отстраняясь. Злобно ухмыляясь, он поддразнил: — О, это правда, что ты не можешь, не так ли?

Он прикусил нижнюю губу и потянулся, чтобы расстегнуть брюки. Засунув руку в брюки, он не сводил с меня глаз. Я чувствовала, как он сжимает свой член и незаметно ласкает меня через несколько слоёв ткани, разделявших нас. Моё тело жаждало большего. Я запрокинула голову и двигалась бёдрами, прижимаясь к его руке и возбуждению. Мои веки задрожали, и я начала растворяться в моменте.

— Посмотри мне в глаза, — потребовал он.

Повинуясь, я наклонила голову вперед и оказалась загипнотизированной его взглядом. Он убрал руку и медленно провел указательным пальцем по центру моих трусиков, заставив мое тело вздрогнуть, когда я непроизвольно отреагировала на то, что он сильно нажал большим пальцем на мой клитор. Повернувшись, он сунул руку в карман и вытащил нож. Он отвел его в сторону и ухмыльнулся.

— Не двигайся, — настаивал он.

Раскрыв его, он засунул нож под пояс моих трусиков с левой стороны, затем потянул на себя, отчего тонкая эластичная ткань порвалась. Он повторил действие с другой стороны, затем закрыл нож и небрежно бросил его на пол. Просунув руку под мое тело, он потянул за порванную ткань, в то время как я приподняла ягодицы, чтобы он мог их достать.

Снова проведя кончиком пальца вверх и вниз по моему животу, он пробормотал:

— Ммм, так намного лучше.

Он схватил меня за затылок, сжал в кулаке мои волосы, а затем притянул мои губы к своим. Наши языки боролись за первенство, пока он не схватил меня и не прижал к себе. В следующее мгновение я почувствовала, как он входит в меня, не прерывая поцелуя. Я тихо застонала в знак протеста, когда он оторвался от моих губ и посмотрел мне в глаза. Одной рукой он придерживал меня за бедро, а другой продолжал ласкать мою розовую жемчужину, пока я раскачивалась на его коленях.

— О боже, — вскрикнула я, — я сейчас кончу, Йен.

Он несколько раз приподнял бёдра, и комнату наполнили звуки нашего секса. Моя влага стекала по его члену. Он быстро и сильнее надавил на мою кнопочку, а затем убрал руки, когда я была на грани оргазма. Он знал, как мной управлять. С ухмылкой он полез в карман и быстро достал связку ключей, отстегнув мои руки от подлокотников кресла. Он размял мои запястья, а затем поднял меня. Я инстинктивно обхватила его ногами, что стало сложнее из-за моего большого живота. Он без труда отнес меня на другой конец длинного обеденного стола и поставил мои ноги на пол.

— Повернись и положи руки на стол, — приказал он.

Не возражая и не говоря ни слова, я с улыбкой повернулась и сделала то, что он сказал. Он пристроился ко мне сзади и вошёл в меня, отчего я мгновенно потеряла самообладание. Я испытала такое блаженство, какого не испытывала никогда прежде, даже после всех тех раз, что мы были вместе. Что-то изменилось в этот раз. Йен грубо задрал подол моего платья, обнажив ягодицы и поясницу.

— Шлепни ме... — начала я кричать.

ШЛЁП!

Не успела я договорить, как Йен опустил руку на мою голую круглую попку. Жжение продолжалось, обжигая мою кожу, но не причиняя невыносимой боли. Я вскрикнула от удовольствия и снова кончила, но на этот раз вместе с Йеном. Он наклонился надо мной и поднял меня на ноги. Я встала и обхватила его затылок руками, притянув его лицо к своему плечу. Он целовал меня в шею, переводя дыхание, и гладил мою пышную, ноющую грудь.

На следующий день мы переезжали в старый дом моих родителей. Поскольку мне почти ничего не разрешалось делать и мы наняли грузчиков, я только и делала, что указывала им, куда ставить коробки и мебель. Я вразвалку вышла на подъездную дорожку, ощущая на голых руках и ногах сильную летнюю жару. Это был один из самых жарких дней в году, температура достигала 30 градусов по Цельсию, и мне казалось, что я вот-вот растаю. К счастью, на нашем участке было много деревьев. Единственным утешением для меня был ветер, который колыхал ветви деревьев, создавая прохладу во дворе.

Я наклонилась, чтобы достать телефон с центральной консоли машины, и тут увидела, как на подъездную дорожку въехала ещё одна машина. Дверь со стороны водителя открылась, и Тайлер вышел, уперев руки в бока. Он покачал головой, поджав губы. Он потянулся к своим солнцезащитным очкам, снял их и окинул взглядом участок. Я подошла к нему и обняла.

— Я никогда не думал, что мы вернемся сюда вместе, — фыркнул он.

— Странно вернуться, не правда ли? — спросила я.

Он вернул солнцезащитные очки на место и усмехнулся: — Странно, что вы, чёрт возьми, решили переехать посреди лета, когда ты вот-вот родишь. — Он указал на мой живот.

Я хихикнула: — А ещё у нас есть бассейн для такой погоды, или ты забыл все годы здесь?

Мы оба вздохнули и замолчали. Я посмотрела в землю и прочистила горло, сдерживая ностальгические слезы. Я повернулась лицом к дому и нервно провела кончиками пальцев по рукам, вспоминая все связанное с этим домом. Я уже имела дело с потоком воспоминаний, и теперь они повторялись. У нас с Тайлером было много общих моментов как на переднем, так и на заднем дворе. В детстве мы играли по всему дому. Тайлер почувствовал, что я заблудилась в своих мыслях, и толкнул мой ботинок своим.

— Эй, — рявкнул он.

Я перевела взгляд на него и моргнула несколько раз, собравшись с силами и снова сосредоточившись на нем. Он улыбнулся, обнял меня, а затем скрестил руки и некоторое время изучал меня. Я неловко улыбнулась и приготовилась заговорить, когда заметила, что его машина все еще работает.

— Я хочу тебя кое с кем познакомить, — он подпёр подбородок рукой.

— С кем? — пробормотала я, оглядываясь через его плечо и глядя в сторону машины.

Тайлер покраснел и хихикнул: — Её здесь нет.

Я закатила глаза и выдохнула: — Кто из наших танцовщиц на этот раз?

— Вообще-то, нет, — он скривил губы, насмехаясь надо мной, а потом покачал головой и рассмеялся. — Я перестал с ними связываться, когда встретил Милу.

— Черт, старший брат, — я хихикнула и обняла его. — Я рада за тебя.

Он рассмеялся, отстранился, почесал затылок и снова снял солнцезащитные очки.

— Так что, ничего, если я возьму их с собой на новоселье в эти выходные? — он застенчиво ухмыльнулся.

— Их? — переспросила я, приподняв бровь.

Он кивнул и улыбнулся:

— Она мать-одиночка, у неё трое детей, и я действительно этого хочу.

— Чёрт возьми! — ахнула я.

Тайлер никогда не встречался с женщинами, у которых были дети. Он всегда считал, что дети — это своего рода бремя, ограничивающее его свободу. Эта новость потрясла меня сильнее, чем я могу описать словами, но в то же время я была очень рада за него, если она хороший человек. До этого он встречался с Черити, а до неё у него были длительные отношения с охотницей за деньгами. Я надеялась, что его недальновидность осталась в прошлом.

Я взяла себя в руки, потому что хотела обнять его и поздравить, но потом внутри меня поднялось что-то ещё. Я поняла, что тоже ничего не знаю об этой девушке. Мы с Тайлером сблизились после смерти Бенито Муссолини, и я вдруг почувствовала, что очень хочу защитить его. Наверное, мое выражение лица выдало меня, потому что он быстро заговорил, увидев, как оно исказилось от разных эмоций.