***

Я бросила лопату на траву. Пот стекал со лба еще до того, как я начала копать. Вынести пакеты из ванной было достаточно, чтобы понять масштаб задачи.

Я оценила яму. Достаточно ли глубока? Надеюсь, что да. Подтащила первый пакет и сбросила его вниз. Глухой удар. Затем остальные. Как жаль, что я не догадалась сделать это раньше. Я не собиралась съезжать, арендодатель не беспокоил — платила исправно. Можно жить спокойно.

Я принялась засыпать яму землей, уже предвкушая долгую, горячую ванну. После уборки, конечно.

***

— Летом здесь хорошо, — согласилась я, следуя за его взглядом. — Но ладно, вернемся к тебе. Должно быть, есть что-то большее, чем банк.

— Моя жизнь довольно скучная, — сказал он.

— Поэтому и пришел ко мне? Увидеть, как живет другая половина?

Он улыбнулся.

— Немного острых ощущений? — подтолкнула я, подходя так близко, что наши тела почти соприкоснулись. — Это могло бы сделать твой визит… запоминающимся.

Он поднял руки в защитном жесте: — Ладно, ладно. Что еще хочешь знать?

— Ничего конкретного. Просто хочу узнать тебя. Ты же знаешь меня. Будет справедливо.

— Ну… я работаю в банке где-то…

— Не в банке. В тебе. Что делаешь вечером, когда приходишь домой? Вот этого человека я хочу знать.

— Не знаю, что сказать, — смутился он.

Я не могла понять: он просто застенчив или что-то скрывает? То, как легко он выпалил про умерших родителей, говорило о недостатке социальных фильтров.

— Ну… я живу со своей девушкой. Уже около года вместе…

— С девушкой? — переспросила я, и что-то внутри похолодело.

Он кивнул.

***

Мужчина кричал и дергался в наручниках, прикованный к моей кровати. Я не могла сдержать смешка. Этот «могучий» господин, так уверенно вошедший ко мне, теперь выглядел жалко.

— Тебе это даром не пройдет! — бубнил он, снова и снова.

— Пройдет, — спокойно ответила я, приставляя лезвия садовых ножниц к его мошонке. — Уже много раз проходило.

— За что? Я же принес тебе цветы!

И правда принес. Дешевые, с заправки, как многие до него. Скоро завянут. Как и он.

Встреча началась нормально. Он был вежлив, умел в постели, заплатил без напоминаний. А потом, после секса, начал изливать душу. Жаловался на жену. Называл ее «ведьмой». Его голос стал противным, жалким.

Я напомнила ему, что у него есть жена.

— Ну и что? — фыркнул он.

— А тебя не волнует, что она почувствует, узнав?

— Мой отец был таким же, как ты, — прошипела я. — Он изменял моей матери. Знаешь, что она сделала?

— Простила?

— Повесилась.

— Я тут при чем?! — завопил он.

— А твоя жена? Что сделает она?

— Простит. Она меня любит.

— Тогда она дура.

Я свела лезвия.

Его крик был пронзительным и диким. Я наблюдала, как он корчится от боли.

— Без тебя ей будет лучше, — сказала я поверх его воплей.

Добивать не стала. Пусть истекает кровью. Пусть страдает, как страдала его жена. Судя по луже, долго мучиться не придется. К вечеру он будет в яме, а она — свободна.

***

— Ты удивлена, что у меня есть девушка? — спросил Джон.

— Честно? Да. Думала, ты девственник, поэтому и сбегаешь.

— Нет, не девственник. Мы уже несколько лет вместе. Мило, в общем…

— Тогда зачем ты здесь?

Он замолчал. Я почувствовала, как мое отношение к нему меняется. Только что он казался порядочным, почти невинным. Глотком свежего воздуха в моем мире грязи и предательства. А теперь… теперь меня просто тошнило.

— Проверяю себя, — наконец сказал он.

— Проверяешь?

— Да.

— Не понимаю.

Он замялся, и я увидела, как он лихорадочно соображает, что сказать.

— Если я смогу переспать с тобой… значит, мои чувства к ней — не те. Я думал сделать ей предложение. А если я готов на это… то ей стоит найти кого-то получше.

Он лгал. Я видела это по глазам, по напряженным уголкам губ. Он что-то скрывал.

— Вчера, когда я вернулся домой… мне стало легче. Неловко, но… легче.

— Но ты вернулся сегодня.

Он снова замолчал.

— Я чувствовал, что должен извиниться, — выдавил он после паузы.

История была проста: искушение привело его сюда. Он испугался, но не устоял. И теперь он проверял — будет ли он, как все изменщики, или сбежит обратно к «любви всей жизни»?

— Я тебе не верю, — сказала я тихо.

— Прости?

— Не верю, почему ты вернулся. Ты вернулся, потому что хочешь, чтобы я к тебе прикоснулась.

Я наклонилась и ладонью провела по его члену через ткань брюк.

— Хочешь почувствовать другую женщину. Хочешь тугую, мокрую киску не своей девушки.

Он отпрянул, но лишь немного, упершись спиной в стену. Бежать было некуда. Я прижала его, продолжая ласкать.

— Не притворяйся, — прошептала я ему на ухо, чувствуя, как он твердеет под моей рукой. Его тело выдавало его с головой.

— Пожалуйста, остановись… — простонал он, но его руки безвольно повисли по бокам.

Я расстегнула его ремень, засунула руку в штаны и обхватила его. Он вздрогнул всем телом. Если он оттолкнет меня сейчас — у него будет шанс. Сможет вернуться к ней, жить дальше. Если нет… у меня не будет выбора. Я буду должна освободить ту, которую он якобы любит.

Я ускорила движения.

— Хочешь, чтобы я довела тебя? Рукой? Ртом? Чувствуешь, какая я мокрая? Можешь кончить без презерватива, если захочешь… — мурлыкала я, и каждое слово заставляло его вздрагивать.

Он был на грани.

***

Клиент закурил, не спросив разрешения. Я молчала. Я в его доме, его правила.

Он снял презерватив, вытерся простыней и подмигнул мне, самодовольный.

— Кончила? — спросил он.

Я натягивала трусики, и мой взгляд упал на прикроватную тумбочку. На фото — он и его жена в свадебных нарядах на фоне церкви.

— Ты был великолепен, — солгала я, раздувая его эго.

Оргазма, конечно, не было. Никогда не было на обычных встречах. Особенно когда с каждой секундой я все больше ненавидела себя за то, что не могу освободить женщину с той фотографии.

— Если захочешь прийти без записи — дам скидку вполовину. Только никому, — подмигнула я ему.

Я уже знала, что он вернется. И чем закончится его следующее посещение.

***

Я закричала, когда оргазм накрыл меня с неожиданной силой. Тело выгнулось, лицо вспыхнуло. Когда волна отступила, я открыла глаза и увидела Джона — он смотрел на меня с изумлением и… восхищением. Улыбнулся.

Я воспользовалась моментом, выскользнула из-под него и перевернула, оказавшись сверху. Вошла в него резко, и мы оба ахнули.

— Твоя девушка так тебя трахает?

Я уперлась руками в его грудь, задавая быстрый, глубокий ритм. Он не мог оторвать от меня глаз. В этот момент для него не существовало никого, кроме меня. Именно поэтому он должен умереть. Ей нужен кто-то лучше.

— Тебе нравится? Нравится, как я тебя сжимаю?

Он не отвечал, только стонал. Его руки скользнули под халат, впились в мои ягодицы.

— Не останавливайся! Трахни меня! — прохрипел он.

***

Руки монстра впились в ягодицы юной девушки, пока она, рыдая, двигалась на нем. Он требовал не останавливаться.

***

Я закрыла ладонью рот Джона, чтобы он не говорил. Чтобы не напоминал. Другой рукой потянулась к кухонной столешнице. Пальцы скользнули по холодной поверхности, нащупывая рукоять ножа.

***

Рука шлюхи тянется под подушку. Нож ждет.

Рука шлюхи скользит под кровать, пока клиент занят ей. Нож ждет.

Нож всегда под рукой.

***

Тело Джона затряслось в кульминации. Он сел, обнял меня, оттащив мою руку от столешницы. Прижал к себе, пока его сотрясали последние судороги удовольствия. Обычно в этот момент клиенты говорят комплименты, жалеют, что мы не встретились «в реальной жизни». Они правы. Мы бы не встретились.

Я положила голову ему на плечо. Нож на столешнице манил, умолял быть использованным. Как только он отпустит меня — он мой.