Он не первый, кто его задает, и не последний. Мне всегда кажется ироничным: эти мужчины платят за интим за закрытыми дверями, вдали от своих жен, но при этом испытывают жгучее любопытство — почему *я* этим занимаюсь. Как будто для них нормально покупать секс, но ненормально — его продавать.

Я делаю паузу, давая времени сформироваться привычной лжи.

Не все в этой индустрии — жертвы обстоятельств. Уверена, есть те, кто искренне любит секс и зависим от легких денег.

Я собираюсь рассказать ему, что начала этим заниматься, чтобы оплатить университет, одно потянуло за другое, и вот я здесь — пять лет спустя, с дипломом, все еще оказываю услуги. Он впечатлен — по крайней мере, фактом наличия диплома. Мужчины охотнее ложатся в постель с женщинами, которые кажутся им умными, а не с теми, кого с восьми лет насиловал собственный отец.

— Высшее образование? По какой специальности? Это здорово.

— Английская литература, — выпаливаю первое, что пришло в голову. Хотя в школе я терпеть не могла этот предмет.

— Впечатляет. Я сам колледж не окончил, — говорит он.

Ему стоит считать, что повезло. У меня такой возможности не было вообще.

— Но вы, должно быть, очень смелая, — замечает он небрежно.

— Что вы имеете в виду? Почему?

— Мужчинам, которые вас нанимают, легко. Они могут посмотреть ваши фото в сети перед встречей. Пусть лица и размыты, но фигура видна хорошо — этого достаточно, чтобы понять, нравишься ты им или нет. А у вас… выбора нет. Вы открываете дверь и видите того, кто пришел. Это требует смелости. Я бы так не смог. Страшно представить. Особенно в первый раз…

***

Я открываю входную дверь. Сердце колотится так же бешено, как в момент, когда я подтвердила его бронь: «один час, опыт для новичка».

Мужчина стоит ко мне спиной. Он оборачивается.

Пожилой джентльмен. Лет на двадцать старше меня, если быть щедрой. Хорошо одет, но от него уже на расстоянии чувствуется тяжелый, сладковатый запах лосьона после бритья. Полагаю, это лучше, чем запах пота.

Он видит меня и улыбается. Желтые зубы, покрытые никотиновым налетом.

Видимо, не могу получить все и сразу. Слава богу, в списке моих услуг стоит «французский поцелуй на мое усмотрение».

— Здравствуйте, — отступаю от двери, пропуская его внутрь. Его лосьон бьет в нос волной. — Дом нашли без проблем?

— Конечно, — бормочет он.

Я закрываю дверь.

— Могу предложить выпить?

— Нет, спасибо.

Поворачиваюсь и вздрагиваю — он оказался прямо за моей спиной. Он снова ухмыляется, хватает меня за бедра и притягивает к себе.

— Ты выглядишь потрясающе, сексуально, — говорит он, и его дыхание пахнет старым табаком и кофе.

— Спасибо, — кладу руки ему на грудь, мило улыбаясь. — Может, сначала решим финансовый вопрос и поднимемся наверх?

Это была моя первая встреча. Я думала, просить деньги будет неловко. Но нет.

Как только его чужие, наглые руки коснулись моего тела, я вспомнила, зачем все это затеяла. Деньги. Его чрезмерная настойчивость даже помогла. Если бы он начал с «нормального» разговора за выпивкой, я, возможно, сопротивлялась бы дольше.

***

— Вы сами тогда не нервничали? — спрашивает Джон. Его необычный интерес к моей карьере на мгновение заставляет заподозрить в нем журналиста, ищущего сенсацию. Потом я вспоминаю, что таких статей уже тысячи, и отбрасываю эту мысль. — В первый раз, когда открыли дверь, — уточняет он.

Я смеюсь и пытаюсь перевести стрелки: — А вы сами не думали заняться эскортом… для мужчин?

Он шокирован: — Что? Нет! — Он замолкает, переваривая. — Почему вы спросили?

— Много вопросов. Звучит так, будто вы присматриваетесь к бизнесу.

По его лицу видно, что это не так. Может, он просто хочет узнать меня получше, прежде чем сделать последний шаг? Какой бы ни была причина, моя провокация явно добавляет ему дискомфорта. Не лучший ход.

— Я просто пошутила, — отступаю я.

— А, да, конечно, — он натянуто улыбается. — Так каково это было?

— Каково что?

— В первый раз.

— Почему вам так интересно?

— Просто любопытно.

***

Мы поднимаемся в спальню. Клиент поворачивается ко мне, как только я закрываю дверь. По выражению его лица видно — ему не терпится прикоснуться ко мне снова. На мне лучшее белье, какое у меня было, но он, кажется, уже видит меня обнаженной. Он облизывает губы. Я изо всех сил стараюсь не вздрогнуть.

— В такой одежде далеко не уйдем, — говорю я ему, указывая на его пиджак.

Чем раньше мы начнем, тем быстрее закончим. Просто сделай это, напоминаю себе. Помни, зачем ты здесь. Счета, пустой холодильник, долги по кредитке, увольнение с очередной «нормальной» работы. Я наблюдаю, как он начинает раздеваться. Сначала белая рубашка, он расстегивает пуговицы одну за другой. Скидывает ее в угол. Потом ремень, брюки, трусы. Все летит в ту же кучу.

Он стоит передо мной, мятый, полувозбужденный, поглаживая себя и жадно разглядывая мое тело. Я пытаюсь представить его кем-то другим. Кинозвездой. Но в моем воображении лица мелькают и сменяют друг друга, не задерживаясь. А его ухмылка — грязная, желтая, похотливая — снова и снова возвращает меня в реальность. Кинозвезды испаряются. Остается только потный старик.

Мой взгляд падает на его член, а затем — на блеск обручального кольца на его пальце. Я стараюсь не думать об этом.

— Ляжете на спину? — предлагаю я.

Он послушно ложится, уткнувшись затылком в мою подушку.

Впервые я задумываюсь о постельном белье. Это моя кровать. Я сплю на этих простынях. А теперь на них лежит незнакомец, и мы собираемся заняться тем, что оставит следы. Я представляю, как пот с его морщинистой кожи впитается в ткань. Представляю пятна. Не могу поверить, что не подумала об этом раньше. С этого момента это — рабочее белье. Завтра куплю новое на деньги с этого вечера. Если они будут. Сначала надо оплатить счета. К черту все. Мне нужны чистые простыни.

Я отгоняю мысли, подхожу к кровати и усаживаюсь между его ног. Он вздыхает, когда я наклоняюсь и начинаю массировать его внутреннюю поверхность бедер.

— Я не слишком тяжелая? — спрашиваю я.

— Нет, совсем нет. Приятно, — бормочет он.

Снова пытаюсь представить кинозвезду. Джонни Депп. Роберт Дауни-младший. Брэд Питт. Мужчина подо мной ерзает и переворачивается на спину. Мое прикосновение явно возымело эффект.

Я начинаю массировать его грудь.

— Кто-то явно рад меня видеть, — улыбаюсь я. Я знаю, что улыбаюсь. Я тренировалась перед зеркалом, возможно, дольше, чем нужно. Но важно, чтобы они верили в эту улыбку. Если не поверят — не вернутся. А счета не ждут.

Я чувствую, как он выгибается подо мной, направляя свой член в мою сторону. Я знаю, чего он хочет. Провожу рукой вниз и слегка касаюсь его. Он снова вздыхает, и его пенис дергается. Смотрю ему в лицо. Глаза закрыты. Я не свожу с него взгляда, сжимая его член правой рукой. Левой осторожно массирую яички.

Он продолжает стонать. На его лице блаженная улыбка. Важно следить за выражением — иногда мужчины стесняются сказать, если им что-то не нравится, но лицо в расслабленном состоянии редко лжет. Дискомфорта не видно.

Я начинаю двигать рукой быстрее, наращивая ритм. Его стоны сливаются с движениями моей ладони. Проходит несколько минут, рука начинает ныть, но останавливаться нельзя. Я где-то читала, что если остановиться, весь прогресс может пойти насмарку. Я просто хочу, чтобы это поскорее закончилось.

— Возьми в рот, — хрипит он.

Я опускаю взгляд на его обрезанный член. Выглядит чистым, но энтузиазма не прибавляет. Снова смотрю на его лицо. Он смотрит прямо на меня, в его глазах — нетерпение и требование.

Наклоняюсь к тумбочке, достаю презерватив. Разрываю упаковку зубами и натягиваю на него. Жду возражений — в моем профиле указано, что орал без защиты на мое усмотрение. Но он молчит. Просто закрывает глаза, когда я принимаюсь за дело. Его руки впиваются в простыни по бокам от тела.