Мол у тебя же сотни рабочих рук в подчинении, так давай их использовать! Уж если дубиной махать твои скелеты смогли, то и кайлом и топором справятся не хуже. Работа в каменном веке всегда найдётся, в избытке, нечего сотням работников просто простаивать. Сдавай скелетов в аренду и всё тут!

Отказа люди не поняли. И даже со второго и третьего раза, они просто не хотели слышать его нет. Пришлось некроманту велеть побить пару посланников, просто чтоб не наглели. И даже так людей это не остановило. Их посланцы стали ходить к некроманту как на работу, каждый день предлагая, обещая, уговаривая и даже умоляя.

Тут только одно из двух, или войну с людьми начинать или немножко им уступить. В итоге бобр-некромант решил пойти на уступки и сдал людям в аренду сотню скелетов. Те порадовались и этому, отправили новых работников в шахты. Бесплатные круглосуточные работники серьёзно повысили прибыль.

Пройдёт совсем немного времени прежде чем люди захотят ещё и снова начнут надоедать некроманту. Тут впору задуматься о переезде, ведь они точно не отстанут. Там где запахло деньгами людей уже не остановить!

Два великана сцепились посреди лесной деревни. Сытый покой жителей был бесцеремонно нарушен громким рёвом. Это дрались тролль и великан Ворчун.

Они боролись, не особо пуская в ход кулаки, скорее мутузили друг друга за волосы, хотя и у того, и у другого их оставалось немного… теперь стало ещё меньше.

Заодно подрали друг другу зимние одёжки, которые им с таким трудом пошили деревенские. Теперь всё это чинить, а оно гигантское! Ох, сколько мороки и сколько времени!

И казалось бы, в чём причина драки двух гигантов? В карты не играли, лесной политикой не интересуются, философию Платона и Аристотеля не обсуждали, оба трезвые. Чего же двум здоровякам драться?

Всё очень просто, два вечно голодных создания не поделили морковку. Самую обычную сладенькую морковочку, которой осталось совсем немного, буквально на один-два великанских супа.

И тролль и Ворчун похожи в одном, оба думают своими желудками. Голова им нужна, чтобы говорить и шапку носить, а ещё чтобы суп в рот ложкой загружать, не более. Вот и не поделили самое ценное, что есть в их жизнях. Деликатесную еду!

— Да ты здесь всего полтора сезона, вонючка болотный! А я здесь уже… давно! Понял? Давнее тебя! Мне Игорь лучшим другом стал! Так что она моя! Не смей морковку трогать! — Ревел Ворчун.

— Я её ел и буду есть! Моя она! — Отвечал тролль ещё громче.

— Я пока амазонок спасал ты все мои запасы украл! Вор! Требую всё возместить! — Ругался Ворчун.

— Хорошо, забирай монетами! Я тебе столько серебра отсыплю, что новый котёл купишь!

— Не надо мне блестяшек! Мне натурой надо! Еда единственная ценность! Другой не бывает в жизни!

Так они и мутузилсь, дрались всем на потеху. Вся деревня собралась на это посмотреть. Два великана бьются за морковку, диво же! Да ещё обсуждали активно, событие!

— Что за времена пошли! Великаны бьются как дети! Вот Игорь вернётся и оба будут наказаны! — Говорила какая-то бабка. Другая ей кивала и соглашалась.

— Верно! Совсем стыда и совести лишились! Вот в наше время было справедливее! Люди не дрались из-за ерунды, всё решал суд!

— В какие ваши времена, Ильинична? Да в ваше время мордобой был каждый вечер! Стенка на стенку сходились! За слово пацана бились, да только кровь на асфальте! — Вмешалась в разговор другая бабка.

Амазонки стояли отдельно, они тоже обсуждали поединок гигантов. Некоторые даже болели, чаще за Ворчуна. Кентавры же скорее болели за тролля, он их друг-нелюдь.

— Давай Ворчун, вломи ему! — Кричали амазонки.

— Коленом в пах! Вот так, молодец!

— А теперь по носу его!

Ворчун и вправду послушал совета. От подлого удара между ног тролль согнулся, а потом получил ещё и лбом в нос. Почти нокаутированный тролль лежал на придавленном не в меру любопытном гоблине и говорил себе под нос.

— Ничего, вся морковка моя будет! Я возьму реванш! Слово тролля!

Тем временем гоблинская братия вытаскивала придавленного сородича за руки. Бедолага ещё легко отделался, потому что живой. Вытянули с трудом, всемером тянули, уж больно тролль тяжёлый. Гоблину повезло, ничего не сломал, но жаловаться всё равно будет.

— Он меня убить хотел! Жалобу напишу, штраф платить заставят! Пусть милиция дело шьёт! — Кричал гоблин.

Остальные гоблины его поддерживали. Любой покусившийся на жизнь зелёного должен быть наказан! Тут уже полсотни свидетелей злого умысла набралось, все честные-пречестные гоблины.

Тролль ушёл, толпа расходилась, а Ворчун варил свой морковный суп. Зелёные ошивались неподалёку, выжидая момент, когда можно будет что-нибудь стащить. Не то чтобы они ходили сильно голодные, просто гоблинская натура требует что-нибудь украсть. Для души, так сказать.

— Чего тут ошиваетесь, коротыши? Сейчас как в суп отправлю! Будет варево с морковным гоблином! Вы меня знаете, слово своё держу! — Великан помахал гоблинам черпаком.

Тех как ветром сдуло. С великаном про еду не шутят. Он парень такой, может и наплевать на законы и гоблина слопать.

Игорь его потом накажет, заставит больше работать, ну и всё на этом. Не посадишь же его в тюрьму? Здесь и тюрьмы то нормальной нету, да и каждый работник важен, уж тем более гигантский.

Ворчун с радостью сварил свой морковный суп с ящерами и пауками, с удовольствием слопал половину и внезапно ему стало плохо. Гиганта начало неостановимо рвать, а потом он и вовсе слёг.

Лежал на своей лежанке из соломы и ревел, супчик свой прекрасный оплакивал! Это же надо приготовить такой кулинарный шедевр и не насладиться им в полной мере! Позор и страшный сон во плоти.

Тролль воспользовался моментом и вторую половину супа приговорил, пока никто не видел… и тоже слёг с рвотой и температурой. Тоже лежал на соломе и оплакивал суп! Да и десятка два гоблинов слегли с теми же симптомами! Но суп они конечно не ели, с их слов приключилась заразная болезнь!

Но виновата была не болезнь… и даже не суп, хотя человек такое съесть всё равно бы не смог. Виновата была отрава, которую в котёл подбросил гоблин-ниндзя, слуга шамана лесных гоблинов.

Ниндзя-гоблин уже отметился в разжигании ненависти между первобытными и людьми, подстрекательстве к бунту столичных гам-гамов, распространении лживых листовок и прочих мерзостях. Теперь его прислали в лесную деревню, на разведку и делать пакости.

Этот подлец проник в деревню и пользуясь отсутствием Игоря стал делать людям всяческие гадости и подлости. То пауков в дома подбросит, то чужое добро прикарманит… последнее его так увлекло, что на этом он и остановился. Воровал пока целый мешок добром и деньгами не набил. Только в конце отравил котёл великана и был таков.

В зимнем лесу оказалось ой как холодно! Особенно если ты беглый раб, одетый в одни тряпки! Но где есть большое желание, там найдутся и возможности. Вот и беглые рабы нашли возможность выжить. Рабы бежавшие с шахт, куда их продавали лесные разбойники, они подняли бунт и сбежали.

Рабы-нелюди тут же разбежались кто куда. Подземные гоблины ушли к сородичам, лягушки утопали в сторону лугов, гоблины пошли разбойничать, гам-гамы куда-то убежали, а люди сбились в шайку.

Нет, о возвращении в столицу и вообще в людские поселения нечего и думать. Большая часть беглых рабов это разбойники-душегубы, да сбежавшие в лес должники. Возвращаться в лапы к кредиторам, да к законникам никто не хотел. Потому бывшие рабы решили переквалифицироваться в изгоев, а заодно в рабовладельцев.

С трудом и потерями шайка из дюжины людей захватила в плен почти два десятка гоблинов, клеймила их, да засела с ними в отдалённой пещере, где нашлось немного меди для выработки. Подземные гоблины раньше работали там, но бросили место из-за набегов лесных сородичей.

Гоблины-рабы добывали медь, тем самым инструментом, которым недавно махали рабы люди. А беглецы тем временем вооружались, обзаводились купленными через жаб вещами и одеждой, да продавали потихонечку медь.