Амрита[1] Стихи – производная смыслов, Где ритм уж спешит навстречу К единственной точке в циклах, Чтоб с истиной быть повенчан. Лишь бегло соприкоснувшись, В коротком удачном миге, От счастья вновь оттолкнувшись, Родятся в безумном крике. И автором будет разбита Зацикленность старых всех ритмов, Наполнятся соком амриты Стихи – производные смыслов. Адажио
Я сегодня танцую падшим ангелом, Жизни миг переписывая набело. Время бьётся в груди птицей раненной, Звонким ритмом своим круша правила. Шаг за шагом ступаю медленно, Новым «па» выражая адажио. Раз за разом самоотверженно, Жизни миг переписываю набело. Я сегодня танцую медленно, Чтобы смыслы не пропустить. Двери в истину открываю уверенно. Время, слышишь меня? Лети! Звезда горела Звезда горела на Земле, Отчаянно светила, Но люди были как во сне, И жар её претил им. Звезда горела на Земле, «И значит, свет её кому-нибудь да нужен», — Так думала она, ступая по земле, И пепел застил след ловушек. Звезда горела на Земле, На тонком перепутье мира: То истина светила в каждом дне, Но люди увлеклись игрой, игрой ума факира! Свет и тень Любуюсь переходом светотени, Один предмет – две стороны. И нет намёка на сопротивленье: Одна, за ней другая – все равны. Добавим светового маскарада — И тень напугана, она бежит. Теперь не разглядишь всей красоты наряда: От яркости в глазах рябит. Окутай темнотою выбранный предмет, Его не видно, он сокрыт. И вот, загадочною тайною согрет, Игрой ума к себе манит. Вечною борьбою тьмы и света Жизнь идёт. Я – вслед за ней. С радостью встречаю вновь рассветы И закатов жду, чтоб стать мудрей. Танго жизни Рука к руке, щека к щеке, Танцуем танго нашей жизни. Вопрос к тебе, ответ ко мне, Тела сплелись в потоке мыслей. Вот день, вот ночь. И вновь рассвет Встречаем вместе без условий. Я всё сниму, и ты раздет, Давай любить на полуслове. Где нет обид, там нет преград, И жизни танец бесконечен. Здесь радость есть, но нет наград. Есть ритм любви, он безупречен. Душа на досуге И снова мечется душа в творческой истоме, Вновь в чистый лист, как в зеркало гляжусь, Рассказ готов родиться невесомый И ждёт лишь, чем я с вами поделюсь. Разлить по тексту радость иль печаль, Насытить светом иль тоскою неизбежной, И закрутить сюжет в особую спираль, Связав героев любовью страстно-нежной. Но тсс…, здесь шёпотом скажу: «Я в них ищу своё лишь отражение, И мягкой поступью шагаю к миражу, Вновь наблюдая мира зарождение». Такая разная судьба, И лица не похожи друг на друга. Но это снова я или она? Душа, готовая заговорить лишь на досуге. Виктор Голубев Родился в 1963 году в Ленинграде. В 1986 году получил высшее техническое образование, окончив Ленинградский кораблестроительный институт. Его трудовая деятельность до сих пор связана с современным машиностроением и новейшими конструкторскими разработками. Начал писать рассказы и стихи в 1990-е годы. За прошедшее время опубликовал несколько повестей, объёмный роман в жанре психологической драмы «Бомба в голове» и два цикла стихотворений, большая часть из которых была создана в последние восемь-десять лет. Направления в творчестве – это поэзия, жанровая проза, интеллектуальные романы, истории о любви, о столкновении идей и взглядов, философия. Публикуется в изданиях Русского литературного центра и издательства «Четыре». «Вот счастье: вижу облака!..» Вот счастье: вижу облака! Лелеет блёстками мои глаза унынье. И как прекрасен кажется пока Черёд твоих пословиц. Как в полыньях, Барахтался бы я в своей судьбе. Не счесть проколов, вязкости промашек, Что допускал я, думая в борьбе Об обращении к тебе: «твоей» иль «вашей»? Каким я духом очарован был! Какому верхнему приятелю молился! Как безотчётной горечью завыл, Когда узрел, что в корне оступился! И не сказала ты мне слов о торжестве Моих высот от заскорузлой знати, И не увидел я в порхающей листве Осенней ласки тихое проклятье. Я лишь поник. Сказала Муза: «Стоп. Тебе ли видеть в ней последний облик жизни? Не посвятить ли твой железный лоб Мильонам страждущих сердец Отчизны?» 2018
«Я недоволен часто этим летом был…» Я недоволен часто этим летом был, Зимою тоже не сказать, чтоб всё сходилось. Похоже, слишком яростный мой пыл Мешал тому, что уже точно даже сбы´лось. Я не сказал тебе всего, что я хотел. Мне верить перестали даже тени. Увидеть свой загадочный предел Мешала спесь, окутанная ленью. И в круге чёрном предрешён теперь конец. Какая завтра предстоит крутая схватка! Ведь если всем надеждам бороздец И не ответит правильно мне чтец, То не пройти подходы эти гладко. Суровей, всё суровистей краса, Уткнула взгляд в моё начертанное лико. Ни дать ни взять, сплошные небеса Стремятся урезонить мою дикость. Наверно, я был сразу не такой. Мне чувством дорожить теперь престало, И потому я в деланый покой, Пристукнув сверху твёрдою доской, Стремлюсь вонзить умышленное жало. вернутьсяАмри́та – в индуистской мифологии – напиток богов, делающий их бессмертными. |
