Первые полгода службы оказались для Александра сплошным кошмаром. «Деды» издевались над ним и днем и ночью. Однажды он не выдержал и, схватив табурет, бросился на обидчика. Саша готов был размозжить ненавистному «дедушке» голову, но закончилось все довольно мирно: в казарму случайно зашел офицер и разнял дерущихся. Александра, считающего себя победителем, до отбоя оставили в покое, а в два часа ночи его сбросили с кровати и устроили «темную». За временную победу он заплатил сломанными ребрами, сотрясением мозга и отбитыми почками.

Затем был госпиталь, где он провалялся почти два месяца. Вместе с ним лежало много таких же новобранцев, получивших увечья, но комиссовали лишь в случаях явной инвалидности или за взятку. У Саши за душой не было ни гроша, поэтому после госпиталя он вернулся обратно в казарму. К этому времени избившие его «деды» ушли на дембель и Александру служить стало немного полегче.

Демобилизовавшись, он сразу подал заявление о приеме в милицию. Мать поначалу возражала, но когда он напомнил ей об отце, согласилась. Надежды найти и покарать убийц, конечно, не было, ведь столько лет уже прошло, но Александр свято верил в торжество справедливости. Варвара Степановна в ответ только тяжело вздохнула и спорить не стала…

«Нет, для Наташи я не пара», — решил Саша, любуясь ее грациозными движениями. Наталья, когда покупательницы наконец оставили ее в покое, приветливо улыбнулась ему. От ее улыбки у Александра перехватило дыхание.

«Вот послужу немного и уже этим летом попробую заочно поступить в мили) (ейский университет или юракадемию. Атам, глядишь, через пару лет и офицерскую должность получу», — мечтательно подумал он, представив, как явится к Наташе в парадной форме с погонами лейтенанта милиции.

Он не заметил, как вместе с морозным воздухом в магазин ворвались двое в масках. Сначала он увидел испуг в Наташиных глазах, а когда повернулся, чудовищный удар сбил его с ног, и он сразу потерял сознание.

— Всем стоять! Это ограбление! — истошно, как в дешевом боевике, заорал Резак, вырывая пистолет из кобуры поверженного им милиционера. Андрей дрожащими руками расстегнул змейку заранее приготовленной хозяйственной сумки и нерешительно шагнул к стеллажам с драгоценностями.

Наташа замерла, забыв обо всех инструкциях. «Тревожная» кнопка была на расстоянии вытянутой руки от нее, но нажать ее под дулом пистолета она не решилась.

— Стоять, я сказал! — рявкнул Резак, заметив, как один из посетителей рванул к выходу. Мужчина средних лет, оттолкнув бросившегося наперерез Андрея, был почти у цели. До спасительной двери оставалось несколько метров, но тут раздался выстрел. Шестиграммовая пуля ударила беглеца в спину, и он грохнулся на пол.

— Быстро собрал «рыжье»! — приказал Резак, разбивая рукояткой пистолета стеклянную витрину.

Андрей испуганно оглянулся на лежащего мужчину и стал лихорадочно сгребать в сумку все, что лежало на полках. Резак, не теряя времени, метнулся к кассирше. Пожилая женщина безропотно открыла кассу и стала трясущимися руками доставать из нее деньги. Она уже заметила, что Наташе удалось наконец нажать потайную кнопку вызова наряда милиции.

— Поторапливайся, сука! — завизжал Резак, наведя пистолет в лицо кассирше. Женщина, побледнев, молча протянула ему деньги. — Все, уходим! — распихивая деньги по карманам, крикнул он Андрею.

С начала ограбления прошло уже почти две минуты. Вневедомственная охрана получила сообщение всего сорок секунд назад. По нормативам дежурный наряд должен был прибыть на место происшествия через три минуты после срабатывания сигнализации, но из-за снегопада на улицах были сплошные пробки и наряд в норматив явно не укладывался.

Александр очнулся сразу после выстрела. Рука машинально дернулась к кобуре, но пистолета в ней не оказалось. Что он мог теперь сделать один против двух преступников? Ничего… Другой бы на его месте смирно лежал и ждал прибытия подмоги, но Саша решил сам задержать налетчиков. О возможных последствиях он не задумывался: на его глазах совершилось тяжкое преступление, и он должен выполнить свой служебный долг. Ни секунды не раздумывая, он бросился на стоящего возле кассы бандита. Задержание при подходе сзади — самый легкий прием из программы рукопашного боя для работников милиции — Александр при прохождении первоначальной подготовки всегда выполнял на пятерку. Но вся беда в том, что в реальной боевой обстановке все эти приемы малоэффективны. Они разработаны в основном для показухи, чтобы проверяющие остались довольны четкостью заученных движений.

Саша, как учили, нанес ногой удар бандиту под колено, одновременно захватив его за локоть. Частично это ему удалось: Резак, не ожидавший нападения, упал на колено. Александр повалил его на пол и попытался заломить руку за спину, но противник, несмотря на тщедушный внешний вид, оказался явно сильнее милиционера. Грабитель легко вывернулся из захвата и подмял милиционера под себя. Александр сдаваться не собирался и изо всех сил вцепился бандиту в горло. Маска съехала Резаку на глаза, и он выстрелил в противника наугад.

Пуля попала Саше в лицо (выбив глаз, кусок свинца вошел в мозг, разворотив на выходе череп), но даже мертвым он продолжал держать Резака за горло.

— Уходим!!! — истерично завопил Резак, освобождаясь от трупа милиционера.

Андрей, застегивая на ходу сумку, выскочил на улицу.

— Идиот, маску сними! — услышал он вдогонку голос Резака. Прохожие шарахались от странной парочки, как от прокаженных. Внезапно за поворотом раздался звук милицейской сирены. Грабители нырнули в ближайшую подворотню. Сбросив маски в мусорный бак, они разбежались в разные стороны.

Когда наряд охраны ворвался в магазин, бандиты уже смешались со спешащими по своим делам горожанами. Андрей с сумкой на плече залез в переполненный трамвай и поехал домой, Резак был налегке и решил немного прогуляться. Похищенные из кассы деньги и пистолет убитого милиционера он предусмотрительно сунул Андрею в сумку. В том, что учитель физкультуры будет вне всяких подозрений, Резак не сомневался. Нападение прошло, конечно, не совсем так, как планировалось, но в целом Резак был собой доволен. Афганские навыки не подвели: он не промахнулся…

…Проститься с Сашей пришли многие. В ночь перед похоронами гроб с его телом оставили в часовенке возле Дворца культуры милиции. Рядом с сыном провела ночь и Варвара Степановна. Возле ДК пять лет назад построили мемориальный комплекс погибшим при исполнении служебных заданий милиционерам, и с тех пор наряды милиции несут здесь службу круглосуточно.

Утром гроб перенесли в зал Дворца культуры и поставили возле него почетный караул. Через час он уже весь утопал в цветах, а люди все шли и шли…

Каждому из нас отмерен свой срок, продлить который ученые пока не в силах, и таймер, включенный еще в момент зачатия, неумолимо отсчитывает наши секунды. Время прожорливо — остановить же его невозможно. Мы вовсю наслаждаемся жизнью — этим необъяснимым подарком природы, жадно набираем силы, взрослеем и в конце концов неизбежно приближаемся к тому грустному возрасту, который называется старостью. Посажено дерево, построен дом, выросли дети, и можно с чистой совестью предстать перед Всевышним: генетический код исчерпан и пора уступать дорогу молодым — так было задумано изначально и роптать совершенно бессмысленно. Но если жизнь обрывается на полпути — с этим смириться невозможно, хотя ничего уже нельзя изменить. Когда вдруг гаснет звезда, излученные ею кванты света еще миллионы лет несутся во мраке Вселенной; человек, прекратив свое земное существование, должен жить в сердцах других людей, тогда не зря он пришел в этот мир…

На траурном митинге, который транслировался в прямом эфире, начальник УМВД поклялся, что преступники будут найдены и понесут заслуженное наказание. Резак с Замятиным, внимательно следившие за всеми новостями, невольно вздрогнули, когда генерал обратился к ним с экрана телевизора. Произнесенная генералом клятва прозвучала для них смертным приговором. Им даже не предлагали сдаться, ясно дав понять, что пощады не будет.