Глава 6.

18.07

Он: «Доброе утро, кажется, я у тебя шорты оставил.»

Она: «Главное, что голова осталась с тобой.»

Он: «Голова в этот момент где-то отдельно, уснул только в четыре утра.»

Она: «Голову и шорты вернем на место, что бы не переживал.»

Накануне они договорились на вечернюю вылазку к реке. Но после обеда небо начало меняться. Она отправила ему фото: безжалостно-голубая половина неба боролась с наступающей чёрной стеной туч.

Он: «дождь может быть 50х50»

Он: «уже сверкает молния»

Она: «ты все еще полон решимости?»

Он: «наверное, это будет слабоумие и отвага»

Она: «посмотрим, что будет ближе к вечеру, я бы чисто из-за экстрима искупалась»

Он: «назад дороги нет, я же говорил, что хочу искупаться в грозу»

Тем временем тучи поглотили все небо и дождь хлынул стеной. Сверкают молнии, и грохочет гром.

Он: «в принципе, можно уже и не лезть в речку, можно просто выйти на улицу и уже искупался.»

Она: «это уже пути к отступлению.»

Он: «назад пути нет, я хочу, чтобы дождь так поливал до пяти, люблю дождь»

Вечером дождь немного стих, но все еще уверенно поливал раскаленный вчерашним зноем асфальт. Она решает отнести ему шорты, вспоминая, как он днем жаловался, что ходит в ультракоротких красных трусах, и ребята смотрят на него косо.

Он ждет её, только что закончив работу. Гитара стоит у дивана, прислонённая грифом к потрепанной обивке.

— Пальцы разминал, — говорит он, поворачивая к ней ладони с подушечками, покрасневшими от струн.

Она разглядывает его. Высокий, седовласый, со степенными движениями, в которых вдруг проскакивает угловатая, юношеская неуверенность. А эти шорты... Да, они поразительно напоминают домашние трусы. Забавный, почти комедийный контраст с его серьёзным, отстранённым лицом.

Она протягивает пакет. Он с видимым облегчением переодевается, тяжело опускается на диван и берёт гитару. Из-под его пальцев вытекает что-то заунывное, затем ещё одна тоскливая, закрученная в себя мелодия. В его глазах плавает бездонная, тихая грусть.

— Давай научу тебя играть, — неожиданно предлагает он.

Вкладывает ей в руки инструмент, садится сзади так близко, что её спина чувствует тепло его груди. Его руки накрывают её пальцы, расставляя их по ладам. Она замерла от прикосновения тела. Егор что-то объясняет про аппликатуру, басовый ход, но слова не долетают. Она чувствует только его дыхание у своей шеи, слышит тонкий, сдержанный аромат его кожи — смесь гитарного дерева, свежего хлопка и чего-то неуловимого, сугубо его. Этот запах накатывает волной, заполняет лёгкие, голову, всё сознание.

— Я, кажется, безнадёжный ученик, — выдыхает она, возвращая гитару и отодвигаясь в сторону, пытаясь поймать потерянную где-то между ладами ясность мысли.

Он вздыхает. За разговором Ника отмечает в его глазах безграничную тоску. Выбранные им песни больше располагают думать о вечном, нежели шутить и смеяться.

Она делится своими знаниями в психологии и рассказывает про работу человеческого мозга, про различные способы проработки травм.

Они долго общаются, и девушка с удивлением отмечает, что он понимает все то, о чем она рассказывает с полуслова. А она сама, буквально физически чувствует энергетику этого человека, и тут ей в голову приходит интересная мысль.

Она предлагает ему попробовать медитацию, только не совсем обычную. Медитацию, где она задает вопросы, а он отвечает ей. Без использования гипноза. Ему интересно, и он соглашается моментально.

- Устройся максимально удобно и попытайся расслабиться.

Пока он вертится, выбирая удобную позицию она ищет в интернете подходящую музыку. Выбирает по своему вкусу. Звучит чистая музыка тональности до-мажор.

Многие композиторы наделяли эту тональность дополнительным значением: внешней чистотой, за которой скрываются мысли и сильные эмоции, чувства, о которых человек молчит, скрывая их за маской благополучия.

Ждет несколько минут. Подбирает еще музыку и видит, что он лежит с закрытыми глазами в ожидании ее действий.

Еще минуту она сомневается, потом дотрагивается ладонью до его лба, спрашивая, как он себя чувствует, нет ли страха? Он отвечает, что все хорошо.

Она:

- Сейчас постарайся расслабиться и ни о чем не думать. Я буду задавать вопросы, а ты рассказывай, что ты видишь. Мы так поиграем. Не относись к этому серьезно, - говорит она.

- Представь, что ты сейчас находишься на поляне. Получилось?

Он кивает, и она продолжает:

- Какое сейчас время суток? Ты на поляне днем или ночью?

- Днем

- Какая погода стоит на улице?

Он описывает солнечный день.

- Посмотри вокруг, видишь тропинку?

- Да

- Иди по ней и рассказывай, что ты видишь.

Он описывает кусты, растущие вокруг, и подходит к лесу. Идет по лесу. Описывая свои ощущения.

- Ты в лесу. Оглянись вокруг, какие деревья ты видишь?

- Клены. Тут много кленов.

Она просит подойти к деревьям ближе и постоять возле них.

Потом просит отыскать лесную тропинку и идти по ней. Он описывает, как выходит на поляну и видит дом, старый дом. Она просит зайти и рассказать, что он видит. Егор описывает комнаты, интерьер, какие ощущения испытывает в каждой из комнат. Ему там плохо, страшно, он хочет выйти. И она просит идти дальше. Он описывает, как подходит к железной дороге. Она просит перейти, но он отвечает, что не может. Ника просит найти того. Кто поможет, кому доверяет. Он находит маму. Но все равно не может перейти, он видит поезд и боится. Она просит его уйти оттуда.

- Посмотри по сторонам. Ты видишь тропинку. Которая ведет в поле.

Он видит тропинку и идет по ней, описывая растения, которые встречает на пути и ощущения под ногами, по чем идет.

Она просит пройти через поле и подойти к речке. Он довольно долго идет по полю, но описывает, что подошел к реке. Как она выглядит.

- Спустись к воде.

- Сними одежду.

- Зайди в воду. Какая вода? Что ты чувствуешь?

Он описывает все в подробностях.

- Иди медленно глубже и глубже. Ныряй. Понимайся на поверхность и плыви на тот берег.

Он переплывает речку. Она просит выйти на берег, просит обсохнуть под лучами солнца. Говорит, что лежит новая чистая одежда. Просит его одеться и спрашивает. Как он себя чувствует. Он отвечает. Что прекрасно.

Ника ждет несколько минут, позволяя ему насладиться новым состоянием, считает до пяти и просит открыть глаза.

Он открывает и смотрит на нее огромными глазами: как ты это сделала? Это было как будто по-настоящему?

Егор смотри ей в глаза не отрываясь. Ника сидит напротив.

- Я не могу от них оторваться. Мне кажется, что ты видишь всю мою душу насквозь.

-Тебе хорошо? - спрашивает она, тряся затекшую руку.

-Да, это было нечто, - она видит перед собой молодого и полного энергии мужчину.

19.07.

- Если хочется, то всегда нужно делать, - она пишет ему сообщение спускаясь вниз по лестнице.

Он отвечает позже, описывая бессонную ночь и чувство «разбитого корыта». «Очень хотел написать, боялся разбудить».

Она: «Что-то случилось»?

Он: «Просто хотел поболтать. Полночи провёл в мыслях. Вчерашняя терапия с лесом… это было сильно. Пытался сам повторить — не то».

Она: «Вероятно, не в том лесу гулял. Клёнов не хватило».

Он: «Тебе и не нужно читать профессиональную литературу. Всё было профессионально и с душой».

Она: «Знаешь, твой вчерашний звонок… он меня странно успокоил. Я тогда ругалась с сыном, сорвалась. А поговорила с тобой минуту — и всё, буря улеглась. Продолжила разговор уже спокойно».