Ника ощущает ток, мурашки по спине.

— Нет. Видимся впервые, — отвечает, понимая, что у неё то же ощущение.

Он достаёт бумажник.

— Видел вашу машину. Вы проездом? Извините ещё раз!

Отсчитывает купюры, кладёт на стол.

— Думаю, хватит. Если что останется — купите подарок за потерянное время.

Копается во внутреннем кармане, извлекает визитку.

— Если будут вопросы по машине — звоните, в любое время. Помогу.

Подходит к стойке, рассчитывается, зовёт жену.

Брюнетка обнимает Нику, шепчет на ухо, что она понравилась её мужу, но она не ревнует, прощается, идёт к нему.

Ника остаётся с купюрами и визиткой. Понимает, что суммы хватит на ремонт половины машины. Он оборачивается на выходе, смотрит дольше положенного.

Собирает деньги, идёт к машине. Их уже нет. Только вмятина и разбитые фары напоминают, что это не сон.

«Нужно валить из этой реальности», — ищет зеркальце. Находит, протирает салфеткой.

Забравшись в машину, вспоминает долгий взгляд, быстро открывает зеркало, читает заклинание, закрывает глаза.

Открывает их в привычно раскачивающемся вагоне. Смотрит на телефон: дата та же. Решает вздремнуть до своего города.

Дома ставит сову на стол, накладывает варенья. Достаёт зеркальце, щёлкает чайник, наблюдает.

Знает, что осталась ещё одна возможность заглянуть в ветку, размышляет, что загадать.

Сова наелась, расхаживает.

— О чём задумалась?

— Как о чём? Я старцу про любовь говорила, настоящую, искреннюю, взаимную! А тут что? Он сказал, что может исполнить желание!

— Дорогуша, — подходит ближе. — Кто ж виноват, что ты выбираешь странных персонажей? Какие герои — такая и сказка!

— Если я больше никого не знаю, кого загадать?

— Ладно, открывай телефонную книгу, что там? — тыкает клювом в экран, когтями берёт телефон, вертит.

Ника забирает.

— Что-то мне подсказывает, тебе листать неудобно, — улыбается, гладит.

— Показывай, — машет крылом.

Открывает мессенджер.

— Так. Этого сегодня проверяли, этого вчера. Этого лысого — в топку.

— Это друг, — обиженно.

— Друг, друг, сделай круг.

— Этот старый слишком, — пролистывает хорошего мужчину средних лет.

«Почему старый?»

— Душа у него старая! Вся в дырах, тебе не залатать, — читает мысли.

— Этот? — тычет в аватарку брутального мужчины.

— Ты что? Это директор. Прекрасный семьянин.

— Этот? Что пишет? — тычет в строчку, чат открывается.

— Нет, это друг.

— Опять друг! Зачем тебе столько друзей? Они занимают твоё пространство! Вы друг другу не нужны.

— А как же дружба?

— Тебе кто нужен? Муж или друг? Ты же настоящие чувства просила. С кем? С другом? В топку их всех! — начинает удалять контакты.

— Ты с ума сошла! — отбирает телефон.

— Не хочешь слушать — разбирайся сама! — взмахивает крыльями, усаживается на кухне, становится фигуркой.

— Ну и разберусь! То же мне, умница! Всех поудаляла!

Удалённые контакты чувствуют неладное, один за одним шлют поздравления.

Ника смотрит на часы. Второй час. Телефон вибрирует. «Мистика, не спится им».

Листает сама, не понимая, чего ждёт. Тот сценарий, который давно интересовал, видит. Уже третий раз прокручивает, как приходит сообщение.

«Я знаю, что вы спите, дорогая Ника, но мне так захотелось поделиться радостью! Я сегодня стал дядей! Час назад родился племянник! Я так счастлив!»

— Точно, Питер, Женя! Я там никогда не была! — почти кричит, смотрит на сову.

Та неподвижна.

Прошептав слова, открывает зеркальце, уверенно говорит:

«…Счастье в сердце сберегу. В серебро твоё смотрю, новой Никой стать хочу. Хочу увидеть свою жизнь через 2 года с Женей!» — захлопывает, краем глаза видит, как сова мотнула головой. Попив воды, отправляется спать, предвкушая новогодний Питер.

***

Ника открывает глаза. Закрывает. Открывает. Картинка не меняется. Перед глазами — привычная ёлка. Под ногами — тот же ковёр. «Не сработало?» — тянется за телефоном. На экране — 31 декабря 2026 года. Сзади кто-то шевелится.

— Анюта, давай ещё поспим, — слышит незнакомый голос, чувствует на спине тёплую руку.

Поворачивается, видит мужчину с лысеющей седой головой, худощавого, приятной внешности. Ловит себя на ощущении, что не хочет сбежать. «Ладно, посмотрим. Но почему не Питер?»

Вылезает, идёт в душ, задавая вопросы.

Через час едут в магазин, через три — режут салаты, через пять — расставляют подарки. Чувствует себя легко, только вздрагивает, когда он называет «Анюта». Немного раздражают сигареты, но он, видя её взгляд, обещает бросить.

За время задаёт аккуратные вопросы, узнаёт: живут в Питере, на Новый год приехали к маме под Рязанью. Летом бывают здесь. Всё из её мечты. Уговаривает заехать в дом, соврав, что спрятала подарок. Тот лежит в рюкзаке, куплен в торговом центре, пока он выбирал часы. За десять минут понимает, что всё в нём соответствует её вкусу.

Пока ходит по дому, он чистит снег. Слышит жужжание снегоуборщика, разглядывает его. «Сова зря качала головой», — думает, грея руки в карманах.

Нащупывает клубочек, сжимает. «Что в сказках клубочки делали? Дорогу показывали. А дорогу куда? В светлое будущее!» — улыбается.

Раскрывает ладонь, катает клубочек, придумывает:

— Ты, клубочек, покатись, к сердцу милого вернись, путь-дорогу покажи, ко мне мужа приведи. Тот придёт ко мне во двор, с кем мы дали уговор, только вместе, только рядом, и судьба нам как награда! Жизнь прожить в любви и ласке, без забот и только в счастье! — хохочет, пускает клубочек на пол.

Подходит к окну, ищет мужа. Он стоит на огороде, разговаривает по телефону. Уже смеркается. Увидев её, машет, идёт к дому.

Дверь открывается. Ника замечает, что клубочка нет.

— Вот, пришёл, — хохочет.

— У тебя хорошее настроение, я рад! Ты всегда любила этот дом! — подходит, обнимает.

— Нам придётся задержаться. Снегоуборщик сломался. Ребята с Авито едут, минут 30, дело на пять минут. Подождём?

— Конечно, если можно сразу починить. — рыщет в шкафчиках, достаёт шампанское. — Можно я начну отмечать? Хоть согреюсь. Ты же за рулём.

— Давай открою.

Снимает фольгу, откручивает пробку — привычный «бах». Пена течёт по стенкам.

— Это брют? — вертит бутылку.

Не успевает допить, как у него звонит телефон. Он называет адрес, выходит. Допивает, наливает ещё.

— Анюта, поставь чайник, ребята зайдут, согреются, — открывает дверь, кричит, закрывает.

Ника включает свет, протирает стол, ищет кружки. Вспоминает про печенье в машине, одевается, выходит.

Мужчины втроем склонились над снегоуборщиком. Она проходит мимо, разглядывая силуэты. В машине находит коробку конфет и печенье.

Через десять минут стол накрыт. Мужчины входят. Женя показывает, где помыть руки, они двигаются к столу.

— Это моя жена, Анюта! — слышит Ника, поворачивается.

Воздух становится густым, не лезет в горло. Смотрит, не моргая, на высокого мужчину напротив. Сердце выпрыгивает, по спине мурашки. Хочет что-то сказать, но комок в горле, губы пересохли.

— Никааа!? Что ты тут делаешь? Я искал тебя везде целый год! — слышит его голос где-то вдалеке.

Стоит, не понимая. «Клубочек», — всплывает в памяти.

— Вы обознались, это Аня, моя жена! — слышит голос мужчины, чувствует его руку на плече.

Мужчина напротив подходит ближе, почти вплотную. Наклоняется, заглядывает в глаза.

— Ника, что с тобой? Это я, Егор! Ты меня забыла? — не моргая смотрит.

Ника понимает, что помнит всё, только не понимает, что они делают вместе.

«Мне срочно нужна сова», — думает. «Нужно это разрулить».

На помощь приходит Женя. Он почти силком оттаскивает упирающегося Егора, убеждая, что тот обознался, что её зовут Аня. Ника видит, как Егор уходит, постоянно оборачиваясь назад, не веря своим глазам. Эти глаза… В них — целый океан тоски.