С прибытием челнока игра вышла на новый виток. Он оказался стандартной моделью, и платформа опустила его рядом с контейнерами. Я думал он займёт всё пространство, у тут такая малипуська. Сейчас и вам достанется. Пандус челнока пошёл вниз, и мы увидели троих нолдов в скафандрах, но без оружия. Шлемы они уже сняли и приветливо помахали нам руками. Мы в ответ запустили им пару гранат. Второй челнок нам был не нужен, и мы его быстро привели в негодность с помощью дезинтеграторов. Заодно заметили одну особенность. Где-то на двадцатом выстреле дезинтегратор переставал стрелять и спираль из голубой становилась тёмно-синей. Но нам хватило, после чего оружие Инженеров ушло на перезарядку.

В течение боя мы всё же наделали немного небольших отверстий в обшивке подводной базы нолдов. В основном, когда добивали робота. Из этих дыр хлестала вода, постепенно утекая куда-то вниз к жилым модулям. Опять зазвучала сирена, но на этот раз на сферическую стену купола выползли небольшие юркие роботизированные диски. Они присосались к ровной поверхности и безошибочно поползли к местам пробоев. Достигнув пробоины они затыкали её собой и, если нужно увеличивались в размерах. Буквально за пять минут они таким образом закрыли восемнадцать пробоин и течь прекратилась. Я посмотрел на свою спираль и увидел, что она заметно просветлела, но до небесно-голубого цвета ей ещё было далеко.

— Пойду посмотрю, что там привезли нолды, — Соня телепортировалась сразу на пандус миновав отделявшие его от нас контейнеры. Прилично, почти двадцать метров Папаша Кац серьёзно поработал над ней и влил всё энергию белой жемчужины в третий дар. Тут же из челнока донеслась возня и мы поспешили на помощь. Когда мы вбежали на пандус, то обнаружили стоявшую в трюме Соню. Её золотистые непослушные волосы растрепались, и она собирала их в хвост. Рядом лежали два нолда со свёрнутыми шеями, это я мог констатировать сразу.

— В бокс решили поиграть, — улыбнулась Соня. — Извращенцы!

— Конечно, девушку легко избить, — сказал Чукча, не знающий о способностях Сони. — А чё это они неживые, однако?

— Её вряд ли, Чукча. У неё удар смертельный, — ответила Лиана и приоткрыла один из продолговатых пластиковых кофров. Внутри ровными рядами лежали блестящие инструменты, возможно хирургические. Папаша Кац увидев их тут же потерял дар речи. Бормоча что-то бессвязное, он навис над кофром разглядывая утопленные в чёрный бархат инструменты. Дрожащими руками он гладил их, но этого ему показалось мало, и он прислонился щекой к холодным блестящим штуковинам и умиротворённо прикрыл глаза.

— Изя? — спросил я его. — Всё норм?

— Похоже тронулся! А я всё думала, чем его взять, вот оказывается, где смерть Кощея! — заключила Лиана. Соня обняла Изю и мягко отстранила, поглаживая по голове.

— Сонечка! Ты не представляешь какое это богатство! А какая сталь у этих подонков! Ты бы знала, как долго они держат заточку! Свершилось, Господь услышал мои мольбы! Я теперь тоже смогу проводить опыты!

— О, Изя! Здесь ещё какой-то прибор. Написано что-то непонятное, но мне кажется это микроскоп, — поманила его рукой Ракета.

— О, да! Моя прелесть! — Соня подозрительно посмотрела на Изю, но, когда он прошёл мимо Ракеты успокоилась.

— Да, это микроскоп. Увеличение грандиозное, но РА мне обещал лучше. А вот инструментов у него не было. Надо обязательно сейчас же их взять! Лесник, как мы вообще вытащим это всё отсюда? — с отчаянием в голосе спросил папаша Кац.

— Ой, было бы что тащить, а уж он вытащит, — ответила за меня Лиана.

— Сейчас наши дезинтеграторы перезарядятся, и мы взломаем потолок, — сказал я. — Привязывайте всё, что хотите утащить к контейнерам. Как только вода наполнит купол мы просто всплывём с грузом. Надеюсь, он имеет хоть какую-то плавучесть.

— Вроде герметичен, Жень, — похлопал по ящику Ракета, отпихнув ногой продолговатую голову интеллигентного нолда в очках.

— Тогда нам нечего боятся.

— Ты гений, Евгений, — папаша Кац скатился по пандусу знахарь, держа подмышкой кофр с инструментами.

— О как заговорил, — крикнула Лиана из пилотской кабины. — Полётные карты нам нужны?

— Забирай на всякий случай.

— Жень, иди сюда! Все идите! — закричала Лиана. Мы не заставили себя ждать и быстро столпились вокруг неё в пилотской кабине. Даже папаша Кац вцепившись и не выпуская из рук кофр с инструментами прибежал назад. Лиана расстелила на приборной панели карту и прижала концы, чтобы не свёртывалась назад. — Смотрите! Ничего не напоминает?

На карте красовался прототип грузовой платформы с прозрачным километровым куполом и двигателями, работающими от атомной батареи. Пока на самой платформы не было никаких устройств, но мы явно увидели обводы будущего телепортатора. Помнится их имелось четыре штуки и этот судя по размерам был вспомогательным.

— Что это? — спросила Соня. — Не все читают по-ихнему.

— А, извини, Сонечка, — через сто лет на орбите Улья возникнет порядка тысяча подобных платформ. Нолда почувствуют себя богами, ведь никто их уже там не достанет. Они построят комплекс платформ на низкой орбите Улья, потому что выше пятиста километров Улей перестаёт действовать. Люди и заражённые теряют дары и умирают. Но вот наши органы они научились транспортировать через порталы на свою материнскую планету. Там они их имплантируют своим богачам. Дары, конечно, нолды не в состоянии перенести, как бы не пытались, но вот наше долголетие и жизнеспособность да. Вот этим они занимаются с удовольствием, ведь мы для них копии людей. И никакие моральные принципы к нам неприменимы.

— Вот и Вилли так же говорил, когда меня начали резать, — скрипя зубами сообщила Ракета. Чукча обнял её и что-то зашептал на ухо.

— Да, это прототип грузовой платформы. Скорее всего они смонтируют на ней телепортатор. Проверят, а потом поднимут её на орбиту. И уже с помощью готовых конструкций из дома, нолды начнут монтировать Орбиту!

— Охуели что ли? — в своей манере задала риторический вопрос Лиана. — Так, так. Где это они собираются развернуться?

Она прошлась пальцем по карте ища знакомые места. И с радостным возгласом утвердила свой очаровательный ноготок на точке.

— Вот! Это санаторий имени Фельдшера!

— Точно?

— Абсолютно. Вот этот овраг идёт к морю, я его чётко срисовала, когда пыталась парковаться под каменным навесом. Я его приметила как дополнительный ориентир. От него на запад порядка десяти километров. А вот их главная база!

— Если обойти по воде, нас не заметят? — спросил я.

— Вполне, радар работает одинаково везде. В этом месте высокий берег, мы практически пройдём под ним над самой водой, лишь бы океан был спокоен. И здесь поднимемся.

— А дальше что? — спросила Соня.

— А дальше, красавица, мы скинем им ранец с атомным зарядом! Прямо на платформу! И также уйдём домой, — злорадно потёр руки папаша Кац.

— Двадцать одно! — папаша Кац положил туза рядом с десяткой. Чукча сидел в одних трусах. Рядом с ним Ракета также почти голая с накинутым на плечи одеялом. Соня пока что лишилась только куртки и играла в майке. И только папаша Кац выглядел полностью одетым.

— С тобой невозможно играть, Изя. Ты мухлюешь, — возмутилась Ракета.

— Ты меня за руку ловила? — возмутился знахарь!

— Всё равно так не бывает, у тебя десять раз подряд двадцать одно выпадает, — Соня подозрительно взглянула на Изю. — В Ядре за такое уже руки бы сломали.

— Ну и ладно. Не очень-то и хотелось с такими нервными играть.

— Забавляетесь? — я зашёл в командный отсек вместе с Лианой.

— Начальник, Изя, однако, очень страшный человек. К нам в стойбище такой же носатый приезжал. Который свинью кушать не мог. Он также играл, у отца десять оленей выиграл. Отдали деньги, он говорил новый машина брать будет на большой земле.

— Да, мы такие. Оберём до нитки и не заметишь, — обрадовался папаша Кац.

— РА, Кац нечестно играет? — громко спросил я.