— Да, сколько угодно. Зацепите её погрузчиком и буксируйте к скале, я там организовал грузовые ворота.

— Командир, что это с Ракетой? — из подземелья выполз перемазанный грязью Чукча. — Однако мы грузить будем, мешаться будет!

— Бери погрузчик и поднимай её. Ремнями обвяжите, чтобы не свалилась и поедешь за мной.

— Однако ты броневик обещал! — обиделся Чукча.

— Это очень ответственная миссия, Чукча. Ракета чуть не взорвалась, она у нолдов была. Они её заминировали, надо аккуратно доставить на берег. Только тебе я могу это доверить. А потом сколько хочешь катайся на втором броневике, — на полном серьёзе объяснил я Чукче.

— Понял, начальник. Бросать в море будем? Рыба глушить? Однако, сковородка большая нужна тогда.

— Лиана, если он ещё раз скажет что-нибудь подобное, разрешаю тебе пристрелить его! — отдал я приказ. Вот теперь уже на самом деле. — Чукча, туда куда мы едем готовить не надо, понял?

— Понял, начальника. В морг едем? — ну здесь на него набросились все сразу, и он предпочёл ретироваться за погрузчиком.

— Здец! Ыргл! — высказался всеобщий любимец и уселся на большой камень наблюдать за погрузкой. Ракету сняли с пандуса только с третьей попытки. Кокон оказался овальным и пробил металл пандуса оставив после себя дыру. А при поднятии пандуса у нас появился иллюминатор. Соня заклеила его сложенной вчетверо клеёнкой. Так и полетели. Чукчу отправили первым с папашей Кацем и Соней. С ними почесал Фельдшер и ещё несколько переселенцев. Я выезжал последним, специально всё обошёл и посмотрел, чтобы ничего не забыли. Взяв на борт последних грузчиков, я направился к скале. Лиана с основным грузом и бойцами уже разгружалась, приземлившись возле скалы.

Правда за последние два часа здесь всё заметно поменялось. РА запустил сюда механические строительные автоматы. Они соорудили свод. Как бы продолжение скалы с полной имитацией покрытия. Челнок спокойно заходил в двери, также имитирующие скалу. Если кто не знает этого места, а я думаю, что никто не знает, то никогда и не догадается об ангаре. К моему приезду челнок был наполовину разгружен, в этом нам помогли грузовые платформы РА, чуть ли не сами забирающие груз из трюма. По широкой подземной дороге они отправлялись к Архиву оставляя содержимое на складе. Ракета и папаша Кац дожидались меня в операционной. Соня и Лиана руководили разгрузкой. Затем Лиана начала всех размещать.

— Командир! — обрадовался Чукча как ребёнок. — Куда её ставить?

— РА, куда ставить?

— Можете прямо на пол. Всем вам рекомендую зайти за защитную стену. Возможны сюрпризы.

— Нам сюрпризы не нужны, — папаша Кац поспешил укрыться за защитной стеной.

— Однако пойду, я там это забыл… — Чукча бережно опустил двухметровый кокон на пол. Из-под пола показались захваты, прочно обхватившие прозрачное яйцо вместе с бледной девушкой с широко раскрытыми глазами внутри. Повар вывел погрузчик и больше в операционную не вернулся.

— Начинай!

РА заблокировал двери, и переместил кокон в центр круга. Сверху опустился огромный светильник и засверкал как тысячи солнц. Рядом с захватом показалось сопло, закреплённое на конце гофрированного металлического шланга. Сопло сделало стойку как королевская кобра и из множества отверстий ударила пена. Она быстро поглотила под собой кокон. Сделав дело сопло убралось. Прошла минута и пена начала таять. Вместе с ним пропадал и кристаллический материал кокона. Опять же из-под пола выдвинулись дополнительные захваты и кресло. Сверху Ракету, усаженную в кресло, накрыл такой же защитный кристаллический колпак. Полупрозрачные ленты обхватили руки, ноги и торс, плотно прижав девушку к креслу. Специальная широкая лента закрепилась вокруг головы надёжно закрепив её.

— Сейчас я попробую добраться до её гипофиза, к которому прикреплена бомба, но без гарантий. Устройство поставлено на неизвлекаемость. Практически оно проросло в гипофиз, нолды потрудились на славу, но и оставлять его нельзя. Возможен летальный исход, командир. Разрешаете дальнейшие действия?

— Почему нельзя оставлять? — спросил я.

— Ядро устройства имеет критическую массу Урана-239. Если я сниму поле, то тут же произойдёт взрыв. В этом случае под угрозой окажется само существование базы.

— На фига тогда мы её сюда тащили? — недовольно проскрипел папаша Кац. — Неужели не понятно, что это нолды её снабдили бомбой. Мы уже один раз так обожглись.

— Затем, чтобы спасти, Изя. Пока всё под контролем, — но Изя не спешил успокаиваться.

— Ты слышал, РА не даёт гарантий. Убить её можно было и на улице. Что нового ты захотел узнать?

— Нет, папаша Кац, — не согласился РА, — она находилась в стазисе, под защитным куполом. Убить её не получилось бы, быстрее она вас. Ракета и сейчас в нём, только уже под колпаком. Так что, командир?

— Действуй, главное обезвредь бомбу. Даже если повредишь мозг. Есть у нас одно средство, — я снял скафандр и распорол воротник комбинезона достав белую жемчужину.

— Белая жемчужина от так называемого скреббера? — разглядел РА её у меня в руке.

— Да, так называемого.

— Кстати в Кайдзю второй категории с вероятностью в пятьдесят процентов может быть белая жемчужина. Нолды знают об этом и охотятся на них в основном из-за этого. А в Кайдзю первой категории свыше 110 метров жемчужина есть в ста процентах. До трёх штук.

— Что же ты молчал! — обрадовался папаша Кац. — Нам они просто необходимы.

— Учту, — согласился РА. — Начинаю операцию!

Кресло с Ракетой развернуло пациентку лицом к нам. Из-под пола опять поднялись четыре пластины и прилепились по две к икрам ног. От них отходили прозрачные трубки.

— В первую очередь необходимо откачать литон. Через него я не пройду. Он постоянно стремится затянуть место пробоя. В результате можно повредить череп, — важно сообщил РА. — Пластины на икроножных мышцах начнут разогревать его, и он под влиянием своей сверхтекучести стечёт вниз в резервуар.

Чуть погодя в трубках показалось серебристое вещество. Сначала по капле, потом всё больше, оно стекало по трубкам куда-то вниз под пол. Ракета же начала катастрофически худеть. Литон покидал её тело, оставляя, висеть плоть на коже и кое-где ещё оставшихся мышцах. Ноги и руки сдулись как у надувной куклы. Даже голова выглядела как на половину сдутый воздушный шар. Зрелище не для слабонервных.

— Что с ней, РА? — у Изи дрогнул голос.

— Эти ублюдки накачали её почти всю литоном. Не оставили костей и мышц. Всё было вырезано подчистую! Таких извергов я ещё не встречал.

— Зачем они это сделали?

— Она могла принимать любые формы, в том числе и смертельные для тебя, командир. Литон весь вытек, полюбуйтесь на девушку! Семьдесят процентов тела исчезло, — перед нами полулежало нечто сморщенное. Симпатичная раньше Ракета выглядела отвратительно и напоминало старое пальто, брошенное на кресло. Ноги и руки висели как пустые рукава. Под кожей на туловище угадывались органы, в частности сердце. Я хорошо разглядел как оно билось прямо под кожей лишившись своего каркаса из рёбер.

— РА, ты уверен, что сможешь вернуть её к жизни?

— Нарастить скелет? Боюсь, что нет. Я всё-таки архивный блок, а не медицинский. В медицинском блоке мне бы хватило получаса, но здесь просто нет нужного оборудования. Но бомбу надо обязательно деактивировать. Кости черепа они ей оставили, начинаю трепанацию!

Из кресла показалась блестящая фреза и сразу вонзилась в череп. РА особенно не церемонился с Ракетой и грубо срезал верхнюю крышку черепа. Сняв её, он отложил в сторону как ненужную. Он прав, без скелета жить у Ракеты не получиться, а закачать литон назад без необходимого оборудования не выйдет. Из кресла показались три острых иглы. Кончик одной трансформировался в миниатюрную фрезу в три миллиметра в диаметре. Вторая преобразовалась в скальпель крошечного размера. Не больше двух миллиметров. Третья в пинцет. Операционного поля мы не видели, всё это нам транслировалось на защитный экран. Первой пошла фреза, она отрезала небольшие отростки, напоминающие колючую проволоку от металлического яйца. Подобными отростками бомба опутала весь мозг проникая вглубь него не повреждая. Но вытащить их назад было невозможно, они тут же разрушали мозговое вещество разрывая его.