С последним толчком он замер, изливаясь в неё, и она высвободилась из его шеи. Её мысли вертелись. Такого рода бредовое опьянение поколебало её равновесие, но Рейлан подхватил её, опустив рядом с собой.

Всё её тело приятно покалывало, а внутри... пульсировала яркая новая нить.

Рейлан рассеянно проводил пальцами по её золотым татуировкам, которые она только сейчас заметила, светящимся. "Ты абсолютно удивительна", — сказал он рассеянно.

Фэйт перевернулась на живот, сложив руки на его груди. "Ты и сам довольно удивителен, генерал."

Низкий стон прозвучал у него в горле. "Мне очень нравится, когда ты меня так называешь."

Фэйт кокетливо улыбнулась. "Я знаю."

Рейлан притянул её к себе, закинув её ногу себе на бёдра. Её похоть снова зашевелилась.

"Жадный", — сказала она, чувствуя его потребность между своих ног.

"Возможно, тебе стоит отменить свои планы на завтра."

"Не можем", — простонала она, пока он целовал её шею. Хотя ей очень, *очень* хотелось.

"Возможно, ты будешь довольно больно ходить, когда я закончу с тобой сегодня ночью", — сказал он с хрипотцой в голосе. Язык Рейлана лизнул его свежую рану от укуса, и Фэйт вскрикнула от чувствительных искр, пронзающих именно область между её ног.

"Сделай своё худшее, генерал."

"О, я планирую."

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕТВЁРТАЯ

Фэйт

Фэйт шла по знакомым коридорам замка Хай Фэрроу, находя странным размышлять о воспоминаниях человека, который когда-то ходил по этим ступеням, облачённый в королевскую синюю форму гвардейца. Она чувствовала себя настолько отдалённой от той жизни, будучи королевой фэйри Райенелла, которая теперь была лишь гостьей в тяжёлые времена.

Ей передали, что Рейлан звал её присоединиться к нему в тронном зале. Странная просьба. Пока она не завернула за угол за дверями, и её шаги замедлились. Увидев первое лицо, она ускорилась до бега, пока не столкнулась с Ником посередине, и он поднял её на руки.

"Слава богам, ты жив", — прошептала Фэйт, так перехваченная эмоциями, которые хлынули из неё сейчас.

"О, Фэйт... мне так жаль⁠---"

Она сжала его крепче. "Не сейчас", — тихо взмолилась она.

Если они заговорят о Марлоу сейчас, она развалится на больше кусков, чем у неё будет сил собрать потом.

Фэйт обняла Торию и Нериду, и даже Тарли. После стольких потерь и ударов по боевому духу, она была переполнена этим даром — иметь их всех снова вместе.

Рейлан стоял рядом с возвышением с Кайлиром, Изайей и Зайанной.

Ник обнял Торию за плечи. "Я знаю, что вы все уже обосновались в нашем королевстве, но наш дом — ваш дом. Нам есть чем поделиться и, боюсь, мало времени на отдых."

"Вы достали кинжал?" — спросила Фэйт, с надеждой вспыхнувшей в её глазах.

Мрачное лицо Ника сказало обо всём, и её тело обмякло. Четверо из них переглянулись, и Нерида опустила голову.

"Что случилось?" — спросила Фэйт, полная ужаса.

Рейлан приблизился к ней, чувствуя всплеск её тревоги.

"Нам стоит обсудить это в гостиной. Помимо наших потерь, у нас есть информация, требующая немедленных военных перемещений. Переброски всех имеющихся у нас сил на позиции."

Ник посмотрел на Рейлана, Кайлира и Изайю при этих словах. Лучший генерал и командиры, которые у них были. Выражение лица Рейлана стало твёрдым, и тяжесть надвигающейся битвы повисла в воздухе.

"Это будет не похоже на Великие Битвы, — продолжил Ник. — Это не растянется на десятилетия. Это не будет серией битв за захват земель и солдат по частям. Это будет самый тёмный час Унгардии, масштаб сражений и кровопролития, с которым наши земли никогда не сталкивались. Это решит судьбу мира."

Они провели часы в гостиной, наблюдая, как день сменяется ночью, пока все они делились своими потерями, информацией и малыми победами.

Фэйт была в ярости от истории об Эдит, дочери Мордекая, и того, что та украла у Нериды. Месть становилась знакомым паттерном, пульсирующим в её крови.

"Где она сейчас может быть?" — резко спросила Фэйт, обращаясь ко всем в комнате.

"Держу пари, в Вальгарде или в горах Мортус", — сказал Ник.

Взгляд Фэйт скользнул к Зайанне. Взгляд тёмной фэйри был прикован к Нериде, которая не встречала его. Фэйт была рада не быть единственной, у кого под поверхностью кипела ярость, хотя Зайанна скрывала её лучше.

"Так мы выследим её", — сказала Зайанна, её голос был как скользящая тень по комнате.

"Это так не работает", — печально сказала Нерида. "В Книге Еноха говорится, что только сестринский кинжал может вернуть утерянное. Один, чтобы забрать, другой — чтобы дать. Её нужно убить им, иначе любые способности, которые она забрала, просто умрут вместе с ней."

"Значит, есть *ещё один* кинжал, который нужно найти?" — сказал Тарли, откинувшись в поражении.

"Я бы не знала, с чего начать поиски на этот раз. Он не так желанен, как кинжал, который забирает. Похититель Заклинаний", — сказала Нерида.

Фэйт не могла не заметить, что Ник не переставал смотреть на Зайанну. Тёмная фэйри тоже начала это замечать.

"У тебя проблемы?" — наконец обратилась к нему Зайанна, прерывая тихий разговор остальных в комнате.

"Ты расскажешь им, или я расскажу?" — сказал Ник.

"Если дашь мне намёк, возможно, я смогу решить."

"Ты знала об Эдит?"

Её фиолетовые глаза расширились. "Нет."

"А почему она должна была знать?" — с ужасом спросила Фэйт.

"Потому что Нерида и Тория — не единственные, у кого есть незнакомая сестра, о которой они не подозревали."

Разум Фэйт пытался сложить то, что он намекал, но когда всё сложилось, её глаза расширились в неверии.

Тория сказала: "Я выяснила, что когда Мордекай был жив впервые, он был самым могущественным Буревестником из живших. Эдит хотела кинжал, чтобы забрать силу Зайанны и быть избранным ребёнком Мордекая."

Смех Зайанны был жутким при напряжённой атмосфере в комнате. Рука Рейлана нависла над Мечом Пепла у его бедра.

"Я с радостью уступлю ей этот титул", — сказала Зайанна.

"Ты всё это время знала, что Мордекай твой отец?" — сказала Фэйт, удивлённая щемящим чувством предательства в груди.

"Я лишь недавно начала это подозревать. Не казалось особо важным делиться этим."

Она говорила об этом, как будто это было ничто. Словно она не была наследницей трона Вальгарда и самой ценной дочерью Мордекая — его *оружием*.

"Ты наследница Вальгарда". Тарли озвучил осознание, бывшее у всех в умах.

"Я *не* это, — запротестовала Зайанна, оглядывая всех предупреждающим взглядом. — Считаете ли вы это хорошим или плохим, я никогда ею не буду."

"Зачем сопротивляться тому, что ставит тебя выше всех остальных? Разве ты не боролась всю свою жизнь, чтобы быть лучшей?" — возразил Изайя.

"Вы все можете носить свои короны и считать их красивыми, могущественными. Я же вижу лишь нарядные кандалы для земли и множества людей до конца своих дней. Я боролась за свою свободу, а не за то, чтобы быть прикованной к очередной конструкции. Это не мой выбор."

Фэйт понимала её рассуждения и сочувствовала её страсти. Хотя она не могла отрицать, что Зайанна была бы блестящим монархом, и пока она была на их стороне.

Изайя сказал: "Если всё это правда... Зайанна для них ценнее, чем мы думали. Мордекай захочет вернуть тебя, а теперь у нас ещё и твоя безумная сестра, за которой нужно охотиться."

"Она моя", — мрачно сказала Зайанна. "Если есть кинжал, чтобы вернуть силу Нериды, я найду его, и я убью её."