- Ему причитается доля?

- Конечно. Все похищение было его идеей.

- Сколько?

- Половину.

- От всего?

- Что ж, это стало предметом спора, - сказал он, отчасти с горечью, отчасти с удивлением. - Он все еще считает, что должен получить половину от всех возможных выкупов. Капитан Йима считает, что он должен получить только половину того, что заплатит регентство, что значительно снизит его прибыль от этого предприятия.

- Представляю, как он разозлился, - сказал я. Мысль об этом заставила меня рассмеяться. - Я рад, что регентство отказало в выкупе.

Я почувствовал, как Валеро снова придвинулся ко мне. Пальто все еще висело у меня на плечах, и Валеро сбросил его. Он притянул меня к себе. Его тело было таким твердым и сильным. Мои руки оказались зажатыми между нами. Он прижался к ним пахом. Его рука скользнула вниз по моей спине, чтобы обхватить мою попку. Я почти забыл о черных кружевных трусиках, которые были на мне, но когда он сжал их, кружево натянулось у меня между ног, и я застонал. Мое сердце бешено заколотилось. Я почувствовал, как мое тело под кружевом становится твердым. Пальцы Валеро начали расстегивать пуговицы на моих брюках, и у меня перехватило дыхание.

- Знаешь, он не один. - Губы Валеро коснулись моего подбородка, двигаясь к уху. - Он не терял времени даром, соблазняя Ракса. И Янус тоже. Одну ночь в его постели мужчина, а следующую - женщина. Иногда оба сразу. - Его руки стянули мои брюки с бедер, позволив им упасть на пол. Он схватил и сжал мои ягодицы, слишком туго натянув кружево на моем напряженном члене, отчего я застонал. - Нет причин, по которым ты не можешь немного позабавиться.

Он был абсолютно прав.

- Я устал говорить «нет».

Очевидно, это все, что ему нужно было услышать. Он отпустил меня. Я услышал шуршание ткани, глухой стук ботинок об пол, когда они отбрасывались в сторону, звук расстегиваемой пряжки ремня, который ни с чем нельзя спутать - он раздевался. Мысль об этом сделала меня слабым. Я не мог дождаться, когда он снова прикоснется ко мне. Он снова схватил меня и поцеловал, прижавшись своим твердым телом, обнаженным и теплым. Его руки сжали и потянули за кружево, отчего оно натянулось на моем члене. Он проложил дорожку поцелуев вниз по моей груди, останавливаясь, чтобы подразнить каждый из сосков, пока они не заболели, а я не задышал под ним.

Наконец, он опустился на колени, чтобы помочь мне снять ботинки и брюки, которые все еще были спущены до моих лодыжек, оставив меня дрожащим и обнаженным, если не считать трусиков, повязки на глазах и тугого ремня на запястьях.

- Ты самый сексуальный из всех, кого я когда-либо видел, - сказал он. Его губы обвели мой пупок. - Ты хоть представляешь, насколько ты великолепен?

Он положил руки мне на бедра и туго натянул ткань трусиков, я ахнул. Его зубы прикусили мой живот. Его теплый язык оставил прохладные влажные пятна на моей плоти. Он обхватил мою задницу обеими руками, мял и тянул, заставляя ткань двигаться на моем члене, сначала натягивая ее вниз и обратно, затем на мгновение ослабляя. Вниз и обратно, затем ослабляя. Я обнаружил, что мои бедра двигаются в такт с его руками, подчеркивая трение ткани. Это было так невероятно чувственно и эротично, что я застонал. Это сделало меня слабым. Его губы и зубы опустились ниже, и я снова ахнул, когда я почувствовал тепло его дыхания на своем члене. Кружево все еще прикрывало меня, но я чувствовал жар его рта. Я почувствовал влагу, когда его язык ласкал мой кончик сквозь тонкое кружево. Внезапно мне больше всего на свете захотелось увидеть мужчину у моих ног.

Я опустил руки, обхватив связанными запястьями шею Валеро, притянул его ближе. Я застонал, когда тепло его языка распространилось по головке моего члена. Валеро застонал тоже. Он стал еще неистовее. Он набросился на меня через кружево, облизывая и покусывая мой член, сильно натягивая ткань.

- О боги, - простонал я.

Внезапно он встал, с силой оттолкнув меня. Мои руки по-прежнему были у него на шее. Его руки сжали мою попку еще крепче, чем раньше. Его пальцы скользнули вниз, между моих ног, и он начал сжимать и разминать, заставляя тесные кружевные трусики тереться об меня. Сжимая и разминая, в непрерывном ритме. Я ахнул от этого ощущения, выгибаясь навстречу своему похитителю и вскрикивая от удовольствия. Валеро прижался ко мне, сильно прижимая свой член к моему, в то время как его руки продолжали действовать.

Боги, как же это было приятно! Мои ноги больше не держали меня. Только стол позади и вес навалившегося на меня Валеро, удержали меня от падения. Я обхватил его ногами, и он стал тереться об меня сильнее, обхватив руками мою задницу, чтобы прижать плотнее. Он что-то шептал мне на ухо тихим, настойчивым шепотом на незнакомом мне языке, настолько погруженный в удовольствие, что, казалось, его не волновало, что я не понимаю его. Мне было все равно. Меня не волновало ничего, кроме того, как ткань натирала, как руки Валеро мяли меня, как его член сильно прижимался к моему. Мои руки были связаны. Я ничего не видел. Я ничего не мог дать взамен. Я мог только цепляться за него, наслаждаясь удивительным эротическим наслаждением от прикосновения кожи и кружев к моей обнаженной плоти, отдаваясь неоспоримой потребности, которую разжег во мне Валеро. Я хотел большего.

Валеро закричал мне в ухо хриплым голосом. Его ритм сбился, и он напрягся, прижимаясь ко мне. Я почувствовал, как теплая влага коснулась моего живота, когда он кончил, толкаясь в меня второй, третий раз. Я был близок с тому, чтобы кончить. Кружево возбудило меня, подвело к краю, но я жаждал настоящего контакта. Желание кончить внезапно стало таким сильным, что я застонал.

- Пожалуйста, - все, что я смог сказать.

Он грубо толкнул меня обратно на стол, и прежде чем я успел ответить, его руки сдернули ткань, освобождая мою эрекцию. Теплый, влажный рот Валеро накрыл мой член и принялся жестко сосать. Это все, что мне было нужно. Я использовал свои связанные руки, чтобы насадить его на член до упора, когда кончил. Внезапная интенсивность моего оргазма заставила меня вскрикнуть. Его губы и язык, казалось, освободили его. От облегчения я чуть не расплакался - не потому, что это был самый сильный оргазм, который я когда-либо испытывал, а потому, что он был самым раскрепощающим.

Каким-то образом, несмотря на то, что у меня были завязаны глаза и связаны руки, несмотря на то, что я был прижат к столу человеком, который держал меня в плену, я почувствовал себя свободным.

- Должен признаться, - сказал мне Валеро, когда мы оба смогли перевести дыхание, - не так я представлял наш первый раз.

Я не удержался от смеха.

- Я тоже.

- Подожди здесь.

Он ушел, и секунду спустя я услышал, как в ванной открылся и закрылся шкафчик, полилась вода. Он вернулся, а я лежал на столе, все еще переводя дыхание, пока он вытирал мне живот. Закончив, он помог мне подняться на ноги. Он снова поцеловал меня, с нежностью, которая меня удивила, и, когда он это сделал, его руки скользнули вниз по моим рукам к узлу на запястьях.

- Я хочу развязать тебя, - сказал он. - Но я все еще беспокоюсь, что это не более чем уловка, чтобы тебе добиться свободы.

Я покачал головой.

- Это не так. - Какой в этом смысл? - Но не развязывай меня пока.

- Почему нет?

- Мне нужно вернуться к моим людям.

Я не мог видеть, но каким-то образом почувствовал его разочарование. Он внезапно замолчал и отстранился от меня. Оно сквозило в тоне его голоса, когда он сказал:

- Два шага вперед, один шаг назад. Так вот как это будет? - Больше, чем разочарование. Ему было больно.

- Это в последний раз, - сказал я. - Просто дай мне час побыть с ними. После этого я... - Что после этого? Я вернусь? Я стану его рабом? Я пока не мог об этом думать. - Позвольте мне самому рассказать им о выкупе, - сказал я. - Думаю, они заслуживают от меня хотя бы этого.

Я почувствовал его ладонь на своей руке.

- Полагаю, что да, - сказал он, и по его голосу я услышал, что он понял.