- Что теперь будет? - спросил я.

Он вздохнул.

- Это зависит от тебя и твоих людей. Мы не имеем дел с работорговцами, но рассчитываем получить прибыль.

- Как?

- В принципе, каждый сам за себя. У каждого из них будет возможность сделать предложение. Возможно, кто-то другой предложит за них выкуп, или они могут использовать свои собственные деньги, если они у них есть. Информация полезна, но если у них есть конкретные сведения о поставках или транзакциях, мы могли бы извлечь выгоду из этого.

- А что произойдет с людьми, у которых нет ни того, ни другого?

- Их оставят в следующем порту.

- Заброшенном? - спросил я.

- Это будет действующий порт. А не какой-то заброшенный форпост в пустоте. Есть множество способов для здоровых мужчин желающих найти дорогу домой.

- Даже если они ничего не видят? - Спросил я, не удержавшись от сарказма.

- Да, - сказал он холодным и твердым голосом. - Вот так это работает.

Я наклонился и обхватил голову руками. Джеральд был прав. Регентство доказало, что не достойно моей преданности. Я и мои люди больше не были у них на службе, а это означало, что я больше не был их капитаном. Только одна ниточка связывала меня с моей прежней жизнью. Я сел и посмотрела на Валеро, хотя и не мог его видеть.

- Мне нужно увидеть принца.

Ему потребовалось некоторое время, чтобы ответить.

- Зачем? - спросил, наконец, он.

- Мне нужно знать, не он ли нас предал.

- Я мог бы рассказать тебе...

- Я хочу услышать это от него.

Я слышал, как он встал и обошел стол, направляясь ко мне. Он взял меня за локоть и помог подняться на ноги.

- Я отведу тебя к нему. - Он немного поколебался, затем спросил: - Ты вернешься сюда со мной потом?

В его голосе было столько сдержанной надежды. Это заставило меня улыбнуться.

- Да, - сказал я.

- Хорошо. - По его тону я понял, что он тоже улыбается. Он отвел меня в угол комнаты. - Я принес кое-что из твоих вещей.

- Надеюсь, чистые брюки?

- Помимо всего прочего. - В его голосе звучало странное удивление, когда он говорил это. Он погладил мою обнаженную руку. Его мягкие губы коснулись моих. Его пальцы теребили пряжку на моих брюках. - Могу ли я, наконец, помочь тебе их снять?

- Да. - Я приоткрыл губы и позволил ему поцеловать меня. Мне нравился его чистый запах. Мне нравился его вкус и то, как он вздыхал у моих губ, когда его язык находил мой. Он стянул мои форменные брюки с бедер, позволив им упасть на пол, оставив меня обнаженным, если не считать повязки на глазах и узла, которым были связаны мои запястья.

- Ты все это время был голый под этими штанами?

- Я очень торопился, когда одевался.

Он хрипло рассмеялся. Он погладил мои бедра руками, целуя в подбородок.

- Рад, что не знал, - сказал он. - Это свело бы меня с ума.

Он немного отстранился от меня, хотя его рука он все еще лежала у меня на спине.

- Мне ненавистна мысль о том, что придется снова надевать на тебя одежду, - сказал он. - Я так усердно работал, чтобы избавиться от нее. Но полагаю, ты предпочел бы быть одетым, когда мы увидим Рикарда?

- Определенно. - Не то чтобы Рикард никогда не видел меня обнаженным, но я точно не хотел, чтобы меня выставляли напоказ всему кораблю в таком виде.

- У меня здесь кое-что из твоей одежды, - сказал он. - Но я подумал, что есть еще кое-что, что могло бы тебе понравиться в первую очередь.

Его тон был странным. Отчасти дразнящим. Отчасти, наводящим на размышления. Слегка удивленным, как всегда.

- Что? - спросил я.

- Это. - Он взял мои связанные руки и положил их поверх чего-то мягкого. Со связанными запястьями это было непросто, но я чувствовал, что находится под моими руками.

Ткань. И не просто ткань. Шелк. Атлас. Кружево.

- Я нашел твой фетиш, - сказал он, - спрятанный в ящике комода.

Пакет! Секрет, который я с таким трудом скрывал. Мое сердце тут же бешено заколотилось. Я отдернул руки.

- Это не мое, - сказал я.

- Конечно, твое, - сказал Валеро.

- Это принадлежало девушке, - Оправдание прозвучало слабо даже для моих собственных ушей, и Валеро перебил меня.

- Тебе не обязательно лгать. - Его голос низко, хрипловато шептал мне на ухо. - Может, ты и слепой, но я-то - нет. Я вижу, как это тебя заводит. - Я вздрогнул, когда он коснулся моей шеи. - Я вижу, как краснеют твои щеки и учащается пульс. - Его губы заменили палец. Дразнящее ощущение теплого, влажного языка, скользящего по моей шее, заставило меня застонать. Валеро провел пальцами вниз по моей груди, животу. Кончик его пальца коснулся головки моего возбужденного члена, и я застонал. - Это твое, - сказал Валеро.

- Нет. - Мои протесты становились слабее с каждой минутой.

- Тебе не нужно стесняться меня, - сказал он, продолжая целовать мою шею, подбородок, ухо. - Я мужчина, умеющий ценить, - он властно сжал мою шею сзади, - красивые вещи.

Мог ли я ему верить? Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой, но в его голосе не было смеха. Никакой насмешки. Только возбуждение. Я застонал, когда его теплая рука обхватила мой ноющий член и начала двигаться.

- Неужели ты не хочешь хотя бы потрогать их? - прошептал он.

Мое сопротивление длилось всего мгновение. Валеро целовал меня в шею, его рука гладила мой член. Мне предлагали единственную сексуальную разрядку, о которой я всегда мечтал, но которую так и не получил. Я медленно протянул руки и положил их на груду кружев и шелка передо мной.

Мне нравилось это ощущение - всегда нравилось, - но это было тем, чем я никогда не делился ни с кем из своих любовников. Никто из них бы этого не понял. Не то чтобы мне нравилось одеваться в женскую одежду. У меня не было желания носить платья или пыточные приспособления, которые выдавались за женскую обувь. Но нижнее белье? Нижнее белье мне очень нравилось: трусики, колготки и корсеты тоже. Мне нравилось ощущать его на своей коже и то, как оно, казалось, ласкало мои самые интимные части. Иногда я позволял себе надеть что-нибудь из белья под множество слоев жесткой, накрахмаленной формы, но в основном я прятал нижнее белье подальше, доставая его только в темном уединении своих личных покоев. Прикосновение к кружевным изделиям заставило меня задуматься о том, как приятно их носить, и мысль о том, чтобы надеть их, взволновала меня больше, чем я мог выразить словами.

Рука Валеро продолжала двигаться по члену. Его губы коснулись моего уха.

- Они все черные, - сказал он.

Да. Всегда черный. Я не мог объяснить, почему только черное белье так сильно меня возбуждало. Я погладил ткань, представляя, как приятно было бы надеть что-нибудь из этого.

- Держу пари, ты выглядишь в нем потрясающе, - сказал он. - Надень одно из них для меня. Пожалуйста.

- Тебе не противно? - Спросил я, мой голос был едва слышен.

Звук, который он издал, прижимаясь ко мне, был больше похоже на рычание, чем на стон.

- Определенно нет. Я уже говорил тебе, что я за все, что тебя возбуждает.

Это, права, возбуждало меня. Он меня возбуждал. Его руки были такими приятными на ощупь. Его губы были восхитительны на вкус. Шелковое и кружевное белье под моими руками было еще приятнее. От одной мысли о том, что меня будут трогать, ласкать, целовать и трахать, пока я буду в нем, перехватывало дыхание.

- Давай, - сказал Валеро. Его голос звучал все громче. - Выбери что-нибудь одно. Покажи, что из этого твое любимое.

Я боролся с желанием сказать ему, что у меня нет любимого. Я хотел было возразить, что не знаю всех деталей, но это было бы ложью. Я глубоко вздохнул и начал перебирать предметы. Из-за слепоты и связанных запястий это было сложнее, но я знал на ощупь ткань, шелк, атлас и кружева разных форм - мягкие, грубые, эластичные и не очень. Я нашел то, что искал, - не самое модное в моей коллекции, но элегантное в своей простоте.

- Это, - сказал я, хотя мой голос прозвучал как шепот.