Маленькой черной рыбке тоже стало смешно. Она подумала, что не стоит тревожить умы головастиков, что лучше оставить все, как есть, и продолжать путь. Но потом все-таки решила повидаться и поговорить с их матерью.

— Где ваша мама? — спросила она и тотчас так и подпрыгнула от пронзительного кваканья. Лягушка-мама сидела рядом на камне у берега. Она спрыгнула в воду и оказалась прямо перед рыбкой.

— Я здесь, к вашим услугам!

— Здравствуйте, почтенная ханум! — приветствовала ее рыбка.

— Церемонии здесь не к месту. Ишь, тварь безродная! Собрала детей и ведет с ними всякие опасные разговоры! Я сама немало прожила и знаю: наш пруд — это и есть весь свет, вся вселенная. Отправляйся-ка своей дорогой и не сбивай моих детей с толку! — крикнула лягушка.

— Даже если бы тебе было суждено прожить еще сто жизней, ты так и осталась бы глупой, вздорной лягушкой, — сказала маленькая черная рыбка.

Разозленная лягушка прыгнула на рыбку. От сильного толчка черную рыбку отбросило в сторону, а со дна поднялось облако ила, грязи и личинок.

Ущелье было глубоким и извилистым, и ручей был точно таким же. Но если бы можно было взглянуть на ручей с верхушки горы, то он показался бы не толще тонкой, белой, вьющейся зигзагами нитки. В одном месте большая каменная глыба сорвалась когда-то со скалы и разделила ручей на два рукава. Сейчас на этом камне неподвижно замерла крупная, с ладонь человека, ящерица и, с наслаждением греясь на солнце, внимательно наблюдала за круглым крабом. Краб копошился в песке на мелководье, доедая пойманную лягушку. При виде краба маленькая черная рыбка струсила и, остановившись на почтительном расстоянии, робко поздоровалась. Скосив на нее глаза, краб заметил:

— Какая вежливая и почтительная рыбка! Подплыви поближе, малышка.

— Извините, но я путешествую по свету, и мне бы не хотелось стать вашей добычей! — ответила она.

— Чего это ты такая робкая и пугливая, а? — спросил краб.

— Я вовсе не робкая и не пугливая. Просто я всегда вначале наблюдаю, потом размышляю над увиденным, а затем уже выношу суждение.

— Ну что ж, — сказал краб, — прошу, расскажи, что ты видела, о чем размышляла и почему решила, что я хочу тебя съесть.

— А как вы назовете то, чем вы сейчас заняты? — спросила рыбка.

— Это ты про лягушку, да? Наивный ребенок! Я ненавижу лягушек и потому охочусь на них. Знаешь, они убеждены, что они единственные живые существа на свете, и так самодовольны, что мне постоянно хочется доказать им, кто на самом деле распоряжается в этом мире!

Произнеся эту речь, краб начал потихоньку пятиться к маленькой черной рыбке. Он проделывал это так смешно, что рыбка не выдержала и расхохоталась.

— Бедненький, ты и ходить как следует не умеешь, откуда ж тебе знать, кто распоряжается на этом свете! — Сказав это, черная рыбка на всякий случай отодвинулась от краба подальше.

Вдруг воду накрыла тень, и что-то большое упало на краба и вдавило его в песок. Это ящерица, заглядевшись, свалилась с камня. Краб неуклюже копошился, выкарабкиваясь из песка. А маленькая черная рыбка огляделась по сторонам и увидела: на берегу поодаль стоит мальчик-пастух и наблюдает за ней, за крабом и за ящерицей. А к ручью подошли козы и овцы. Они опустили морды в воду и жадно пили. Ущелье заполнилось их блеянием. Долго ждала маленькая черная рыбка, пока стадо напилось и ушло. Потом она окликнула ящерицу и сказала:

— Милая ящерица, я всего лишь маленькая черная рыбка и плыву искать конец ручья. Ты, ящерица, умное и образованное животное, позволь мне спросить тебя кое о чем.

— Спрашивай все, что пожелаешь, — ответила ящерица.

— В пути, — сказала рыбка, — больше всего боюсь я встретить птицу-пеликана, рыбу-пилу и птицу-баклана. Расскажи мне о них все, что знаешь.

И ящерица начала рассказывать:

— Рыба-пила и птица-баклан в эти края не заглядывают. Рыба-пила живет только в море. А вот птица-пеликан водится недалеко отсюда, вниз по течению. Смотри в оба, не попадись к ней в кошелку.

— Какую кошелку?

— У пеликана в зобу есть такая сумка с водой. Пеликан плавает с раскрытым клювом, и глупые рыбки иногда попадают в эту сумку, а оттуда — прямо в нему в живот. Правда, когда пеликан не голоден, он держит рыб в своей кошелке про запас и съедает их, лишь проголодавшись.

— Значит, если рыба попадет к нему в кошелку, ей уж оттуда не уйти?

— А как уйдешь? Разве только ты эту кошелку разрежешь. Дам-ка я тебе на всякий случай кинжал, глядишь, пригодится, — сказала ящерица. Исчезла в расселине камня и через мгновение возвратилась с острым кинжалом. Маленькая черная рыбка взяла кинжал:

— Дорогая ящерица! Ты так добра, не знаю, как и благодарить тебя…

— Не надо благодарностей, милая. У меня таких кинжалов много. Когда нечего делать, я вытачиваю их из острых колючек и отдаю вот таким умным рыбкам вроде тебя, — ответила ящерица.

— А разве кто-нибудь уже бывал здесь до меня? — удивилась рыбка.

— Здесь много рыб проплывало. Теперь все они объединились в отряды и причиняют много неприятностей рыбаку.

— Не сочти меня назойливой, — сказала рыбка, — но мне уж очень хотелось бы знать, как это они причиняют рыбаку неприятности?

— Да очень просто. Как только рыбак забросит сеть, они все вместе бросаются на нее и тянут на дно… — Тут ящерица приложила ухо к расселине, прислушалась и сказала: — Мне пора, дети уже проснулись. — И она исчезла в расселине.

А маленькая рыбка должна была снова продолжать свой путь. Сколько вопросов теснилось в ее голове! И на каждый приходилось искать ответ самой. Правда ли, что ручей впадает в море? Как не попасться пеликану? Как это рыба-пила убивает других рыб и питается ими, себе подобными? Почему бакланы так ненавидят всех рыб? В пути рыбка то и дело видела и узнавала что-то новое. Ей очень нравилось, кувыркаясь, нырять в водопады, а потом спокойно плыть и плыть дальше. Солнце ласково грело ей спинку, и рыбка чувствовала, как она растет и набирается сил.

Вскоре она увидела, как к ручью подошла газель и начала торопливо пить воду. Рыбка подплыла, поздоровалась и спросила:

— Прекрасная газель, почему ты так торопишься?

— За мной гонится охотник, его пуля уже ранила меня. Видишь?

Черная рыбка не разглядела рану, но, когда газель убежала, заметила, что она сильно хромает. По дороге она видела, как дремлют на солнце черепахи, слышала, как разносится над долиной клич куропаток. Аромат горных трав растекался в воздухе и просачивался в воду.

Под вечер рыбка подплыла к месту, где долина широко расступалась в стороны и вода текла прямо посреди луга.

Воды стало так много, что черная рыбка испытывала подлинное наслаждение! А потом впервые после того, как она покинула свою мать и родные места, ей встретилось сразу много рыб. Несколько мальков окружило ее:

— Ты, наверное, чужестранка, да?

— Да, я издалека…

— Куда же ты плывешь?

— Я ищу то место, где кончается ручей, — ответила маленькая черная рыбка.

— Какой ручей? — удивились мальки.

— Да вот этот самый.

— Мы называем это рекой, — сказали мальки. Черная рыбка промолчала, а малыш продолжали: — Ты что, не знаешь, что там дальше сидит в засаде пеликан?

— Знаю.

— А известно тебе, какая у пеликана глубокая и огромная кошелка?

— И это я тоже знаю.

— И все-таки решаешься плыть?

— Будь что будет, но я должна плыть вперед, — ответила рыбка.

И среди рыб тотчас разнеслась молва о том, что маленькая черная рыбка приплыла издалека, что она намеревается плыть до самого конца реки и что она нисколько не боится птицы-пеликана! Кое-какие мальки испытывали сильное искушение отправиться вместе с черной рыбкой, но они не осмеливались даже заикнуться об этом, опасаясь старших.

Несколько мальков признались:

— Если бы не птица-пеликан, мы бы поплыли с тобой. Но мы до смерти боимся пеликаньей кошелки.

На берегу реки была деревня. Женщины стирали в воде белье. Маленькая черная рыбка замерла на минутку, послушала их разговоры, посмотрела, как купаются ребятишки, а потом поплыла дальше. Она плыла, плыла, а плыла. До самой темноты. Потом забилась под камень и уснула. Проснулась среди ночи оттого, что свет молодого месяца купался в воде и освещал все вокруг. Маленькая черная рыбка всегда очень любила луну. Светлыми ночами, когда серебрилась вода, ей хотелось выползти из тины и поговорить с лунным светом. Но всякий раз мать просыпалась, укутывала ее мхом и убаюкивала. Теперь рыбка выплыла навстречу лунному свету и сказала: