Странно, что Леви отрицательно качал головою, когда Мор[ис] упомянул, что Леви был казначеем. Но ведь об этом же всем известно и даже упоминалось на бумагах Института. Даже и в этом отрицании показывается, какая лживость положена в основу всех показаний Леви. Так же точно если бы он стал показывать, что мы подарили ему наши шеры, то ведь это было бы совершенно неправдоподобно. Такой «подарок» был бы прямым предательством с нашей стороны всех Вас и всех дел. Возможно ли, чтобы кто-то из участников мог дарить свою часть без ведома и согласия всех прочих сотрудников-шерхолдеров? Когда мы все замечаем такую мрачнейшую лживость в показаниях Леви, то еще раз невольно встает вопрос: достаточно ли находчивы и многоопытны публишеры? Казалось бы, все дело необычайно просто. Существует столько официальных доказательств того, что и Вы трое, и мы двое все были полноправными шерхолдерами. Если же казначей, а затем президент украл все эти шеры, то ведь этот факт остается для всех совершенно ясным. Ведь таким же образом иногда злоумышленники в банках присваивали себе вклады банковские, и никто не сомневался, как называется такое деяние. В нашем же случае особо тяжким для Леви обстоятельством является [то], что он имел нашу доверенность и, облеченный нашим доверием, действовал против наших же интересов. Прав Стокс, особо подчеркивая неслыханный брич оф трест. В моем последнем письме, идущем к Стоксу этою же почтою, я и вспоминаю его краткую и правильную основную оценку дела. Неужели же могут найтись какие-то судьи, которые не усмотрят именно этого основного обстоятельства?

Франсис пишет о кончине Сэллона. При этом Франсис справедливо вспоминает, что Назывался именно капитан Сэллон. Именно так внимательно нужно вспоминать Указы. Ведь в них можно видеть необыкновенную непреложность, и лишь человеческое земное понимание иногда мешает воспринять Указы в точности. Иногда говорится, что нечто должно быть закончено до известного срока, и лишь впоследствии можно убеждаться в том, какие важные причины обусловливали этот срок. Чрезвычайно интересно, как Мор[ис] в своих письмах неоднократно вспоминал давно бывшие Указания, значение которых полностью можно понимать лишь теперь. Всякие кармические условия создавали и необходимость символических изображений. Также поучительно наблюдать, насколько важнейшие сроки проходят незаметно для земных наблюдателей. Так, например, важный срок 16 сентября, наверное, почти для всего земного населения казался самым обычным днем, а между тем значение его и внутреннее оформление были чрезвычайно важными. В последнем письме Зина ничего не писала о Школе, между тем, конечно, Школа уже открыта и очистилась от всяких предателей и полупредателей. Надеюсь, что удалось составить и Совет преподавателей, а также уже созвать Образовательный комитет и алумни, чтобы этими общественными постановлениями еще более закрепить положение вещей.

Посылаем статью «Мастерская Куинджи»^[559] для «Рассвета». Хорошо бы получить ее десять копий в вырезках. Ведь по содержанию своему она должна быть нами послана в разные места, на Родину Пурвита и Рылова и еще некоторым полезным людям. Может быть, Вы уже получили книгу «Нерушимое», ибо из Риги извещали об окончании ее печатания. Конечно, Вам четверым надлежит иметь по экземпляру и этой книги. Только подумать, в какое важное время придет это письмо! Нагромождаются Армагеддонные обстоятельства. Наверное, найдутся и такие невежды, которые в текущем году не усмотрят ничего особенного. Но каждый простой читатель газет справедливо поражается множеством знаменательнейших фактов.

Шлю Вам лучшие мысли — сердцем и духом с Вами,

Р[ерих]

193

Н. К. Рерих, Е. И. Рерих — З. Г. Лихтман, Ф. Грант, К. Кэмпбелл и М. Лихтману

18 октября 1936 г.[Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]

№ 110

Родные наши З[ина], Фр[ансис], Амр[ида] и М[орис], газеты опять известили о запоздании аэроплана. В этом году почта особенно беспорядочна. Не действуют ли и в этом отношении космические токи? Потому, не ожидая обычных Ваших писем, получаемых в воскресенье, пишем Вам. Итак, 16-го было какое-то судоговорение, а 20-го будет продолжение рефери. Интересно, сколько заседаний рефери должно произойти, чтобы он мог выслушать подробно обе стороны и всех свидетелей? Не может же быть, чтобы в первом заседании даже один Морис не мог кончить всех своих показаний, а все остальное вместилось бы в одно второе заседание? Полагаем, что будет целый ряд заседаний. И вообще, все это еще не окончательно, но лишь представляет известные фазы дела. В то же время Вы по всем направлениям развиваете культурную деятельность. Теперь совершенно необходимо призвать к содействию решительно всех друзей и все силы, накопленные Вами за 15 лет. Действительно, за такой срок множество людей вполне доброжелательных проходило около дел. И из них многие остались друзьями, может быть, и неведомыми, и неиспользованными. Следует припомнить все списки, как алумни, так и участников литературных завтраков и собраний. Все это требует необычайной поспешности; по нашим сведениям, трио развивает усиленнейшую деятельность на радость одержателя. Они затрагивают множество людей и спешат разрушить доброжелательства всюду, где только возможно. Проникают и в прессу, и, может быть, где-то уже появляются статьи, утверждающие их культурную деятельность. Как было Сказано, ответить им можно лишь развитием культурной деятельности с Вашей стороны. Ведь судоговорение и адвокаты — это одна сторона происходящего, но главная основа, которая может поддержать адвокатов, — это есть культурная деятельность и взрывы общественного мнения. Вот почему оформление Комитетов и Общества так настойчиво Указывалось все время. Злоумышленники лишь мечтали о том, чтобы изъять Вас из самого здания, предполагая, что таким образом разрушится всякая возможность культурной деятельности. Но велико было бы их разочарование, если бы они знали, что существует не только неформальный Комитет, но и вполне официально организованное Общество, деятельность которого они никак не могут пресечь. Это обстоятельство для них было бы настоящим ударом и заставило бы и некоторых нинкомпупов подумать о правильности выбранного ими решения. Но пока они предполагают, что с нашей стороны идет лишь длительная оборона старых позиций и ничего нового поступательно культурного не делается, они могут торжествовать. Но как только они узнают, что деятельность продолжается в пределах, ими недосягаемых, они сильно подумают и потеряют в значительной степени свой мрачный энтузиазм. Во всех исторических битвах выдерживал лишь тот, в ком было больше твердости и энтузиазма. В истории видим, что ни деньги, ни численность не давали перевеса, но лишь мощь духа слагала достижения. Можно привести много примеров, где не количество денег, но именно сила мысли и действий создавали великие последствия.

Среди разнообразных своих попыток трио, наверное, не раз посетило и затронуло и таких деятелей, как Блюм. В прошлом сезоне Вы писали о его продолжающемся благорасположении, но следовало бы проверять все такие посты. Также не имеете ли Вы сведения относительно Бринтона? Ведь то, что он говорил Народному, совершенно отличается от последних Вами сообщенных сведений. Всюду необходимо проверять посты. Посылаем Вам для Вашего архива копию письма в Харб[инское] Содружество. Конечно, все эти напоминания, казалось бы, общеизвестны, но для молодых вновь приходящих постоянно нужны и такие утверждения. Во всех очагах духовная пища должна кипеть. От Халдара слышали мы, как госпожа Рой была довольна Вашим приемом. По-видимому, ее совершенно не коснулись нью-йоркские злоумышления, и это очень хорошо, если люди могут видеть лишь строительную действительность. Халдар просил рекомендовать Вашему вниманию также и г-жу Джонас, что мы и делаем. По-видимому, в Индию дошло мало отголосков из Нью-Йорка, только доктор К[ёльц] привез с собою этот багаж. Посылаем Вам еще одну статью Фосдика, только что появившуюся^[560]. Также посылаем записной Лист «Беловодье»^[561]. Может пригодиться для «Света». Итак, сейчас Вы увидите особые поползновения трио и ответите на них культурною работою.