Итак, новый сезон битвы начался. Будем тверды, как Сказано, наша твердость будет могильным камнем предателям. Всеми мыслями, и сердцем, [и духом с Вами].
[Н., Е. Р.]
Опасаемся, не было ли на погибшем из Лонд[она] аэропл[ане] и Вашей почты. Указано, что «злоумышленники особенно пытаются разрушить искусство Ф[уямы]. Много подкопов ведется в этом направлении»[556]. Будьте зорки, Франсис может очень пособить в этом отношении.
190
Н. К. Рерих — Р. Я. Рудзитису
12 октября 1936 г. Naggar, Kulu, Punjab, Br[itish] India
Родной Рихард Яковлевич,
Спасибо Вам сердечное за большую радость, нам доставленную Вашей новой книгой[557]. Спасибо и за посвящение, и за весь текст, полный духовного горения. Поистине, кроме вдумчивого увлекательного изложения вся книга привлекает к себе своей духовной чистотою. Аура книги полна аурою автора; как ценно, что в Латвии издаются такие чистые идейные книги, и можно лишь пожелать, чтобы она проникла в широкие слои общества. Пусть книга войдет в школьные библиотеки. Пусть она найдет путь и за границу, пусть и в других странах знают, чем горит дух Латвии. Еще раз спасибо за праздник духа.
Очень рады, что Вам нравится идея подношения президенту книг. Конечно, Вам на месте виднее, какие именно книги для этого полезнее и как лучше оформить это подношение. Также радуемся Вашим добрым отношениям с П. Пильским. Такие опытные писатели весьма ценны как друзья. Радовались и Вашему сообщению о том, что неприятности у Гар[альда] Ф[еликсовича] улаживаются. Всякие такие жизненные испытания совершенно неизбежны, и самое ценное в них — то внутреннее чувство, с которым они встречаются. Конечно, не имеет значения, будет ли в книге «Нерушимое» 79 или 80 статей. Как быстро закончилось печатание этой книги.
Спасибо за готовность издать общедоступную книжку «Культура»[558]. Все заветы о культуре необходимо по возможности протолкнуть и в Швец[ию]. Ведь у них следующая задача — красота жизни. Разве это не чудо? Какой именно магазин занимается распространением изданий «Угунс» за границу? Особенно важно в начале издательства установить пути распространения. У Вас уже имеются адреса, по которым подобно «Вратам в Будущее» следует послать и «Нерушимое». Посылаем Вам Библиографию, изданную здешним журналом «Янг Билдер» — «Молодой строитель». Когда получим еще экземпляры, пошлем Вам для библиотек и для ближайших друзей. Кстати, здешний материал не мог быть полным, и потому просим друзей прислать всякие дополнения, которые им известны…
Теперь самое главное. Вы уже знаете о том, как Свыше одобрена Ваша деятельность. Теперь Указано, что Общество может расширяться, привлекая молодежь. Вообще, всякое общение с молодыми поколениями совершенно необходимо для каждого живого дела. Предчувствуем, как эти зерна Указаний упадут на Вашу чуткую почву. Поистине, красота спасет мир. Все наши общества и содружества являются и отделами Лиги Культуры. Ведь в культуре кристаллизуется красота. Шлем Вам и Вашей супруге и всем добрым друзьям лучшие мысли и сердечные напутствия.
Сердцем и духом с Вами,
Н. Рерих
191
Н. К. Рерих — М. Лихтману
15 октября 1936 г.[Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]
Родной М[орис],
Сейчас получили Ваше письмо от 18–19 сент[ября], сопровожденное письмом Клайд и Дорис, со вложением оригинала и копии письма Адриана. Оригинал письма Адриана Вам возвращаем для пересылки Клайд по ее желанию. Случившееся с Перкинсом лишь напоминает, как было Сказано, чтобы Адриан закончил все дело до осени. Почему-то Адриан, несмотря на все Ваши ускоряющие импульсы, все время затягивает. Кроме того, вообще неизвестно, каково было отношение самого Перкинса. Словом, может быть целый ряд причин, влиявших вредно. Вполне понимаем соображения Клайд в ее ответе Адриану. Одно нам неясно: Клайд почему-то особенно говорит о разъездах по окрестным городам и мало сосредотачивается на самой Тульсе. А между тем Тульса является большим и богатым нефтяным центром. Таким образом, прежде всего нужно обосновываться в большом уже известном ей центре, нежели искать возможностей вдали. К тому же сама Клайд понимает, что вещи нужно показывать вполне достойно, а в путевом чемодане возить их и показывать в случайных условиях — никогда не даст доброго результата. В особенности в Америке так боятся маленьких комиссионеров и заранее предполагают, что они не могут привозить в дорожном несессере какие-то исключительные вещи. Впрочем, мы уже и писали в одном письме к Клайд, что хотя бы в небольших размерах, но вполне достойно небольшой культурный центр может быть начат в Тульсе, привлекая к себе местные культурные силы. Для успешного роста этот культурный очаг должен быть поставлен очень осмотрительно, чтобы не впасть в непоправимые умаления. Так и подскажите Клайд — ведь мы смотрим на ее планы не только как на продажу этих вещей, но как на начало прекрасного культурного центра. Из сообщаемого Клайд случая с Адрианом еще раз видим, насколько точны Указания.
Также дай Бог, чтобы всех нас не подвели публишеры. Ведь Вы знаете, что Указан был Миллер. Относительно же публишеров все время было ощущение их неопытности и умаляющей тенденции. Ведь и некоторые происшедшие удачи являются результатом участия и воздействия Миллера и Брата. Был момент, когда казалось, что публишеры хотят уйти, и мы не только не имеем ничего против, но уже предвкушали, как от них нужно получить все документы и доверенности. Глубоко тревожимся, чтобы неопытность и странное поведение публишеров не помогли преступникам укрепить свои предательские позиции. Верим Брату и Миллеру, но публишеры внушают нам большое опасение. Ведь так легко испортить даже самое прекрасное обстоятельство. На месте Вам, наверное, еще виднее, о чем сейчас говорю. Наверное, и Зина вполне чувствует эти же опасения. Надеемся на Брата и Миллера, что они своею мудрою опытностью укрепят наши общие позиции. Шлем Вам всем, нашим родным, лучшие мысли — очень напряжено время, и нужна настороженность.
Сердцем и духом с Вами,
Р[ерих]
192
Н. К. Рерих — З. Г. Лихтман, Ф. Грант, К. Кэмпбелл и М. Лихтману
16 октября 1936 г.[Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]
№ 109
Родные наши Зин[а], Фр[ансис], Амр[ида] и Мор[ис],
Спасибо за письма Ваши: от Зин[ы] 26–28 сент[ября], Фр[ансис] — 29–30 сент[ября] и Мор[иса] — 18 сен[тября]. Итак, как раз сегодня у Вас день большой битвы. Трудно поверить, чтобы в то время, когда уже идет дело у реф[ери], в другом суде могли бы произойти решающие постановления. Очень тревожимся за публишеров. Ведь им приходится встретиться с очень опытными и лукавыми людьми. Как бы публишеры не открыли им преждевременно все свои доводы и тем самым не помогли противной стороне укрепиться. О публишерах мы писали уже давно и по-прежнему не уверены, достаточно ли в них опыта, широкого кругозора и находчивости, чтобы убедительно встретить каждый выпад врага. И Миллер, и Брат были Указаны. Уже очень давно было Сказано, что Брат будет полезен, а имя Миллера было названо неоднократно. Конечно, они оба очень опытны и умудрены долгой деятельностью. Дай Бог, чтобы их советы принимались во внимание. Непонятно нам поведение Фриды. Вначале она не только рекомендовала публишеров, но и как бы выказывала интерес и доброжелательство. Но вот уже долгое время, с самой весны, ничего не слышно о ней и даже были намеки о том, что она и ее помощник упорно воздерживаются от всякого доброжелательства. Между тем уже затронут Комитет Фриды и в газете, и письмом Флор[ентины]. Значит, до Фриды это все дойдет. Не следовало ли бы, найдя добрую минуту, опять узнать отношение Фриды? Ведь никто не говорит о каких-то активных ее выступлениях, но важно, чтобы оставалось ее прежнее благорасположение.
