- Я механик, - отрезал Чендлер. - А не чертова танцующая обезьянка.

Адам испустил долгий, нетерпеливый вздох.

- Весь ваш гараж рассчитывает на тебя. Ты действительно хочешь их подвести?

- Как я могу их подвести? - Чендлер указал на гараж. - Предполагается, что я занимаюсь автомобилями, поэтому мы превосходим два других гаража. Это…

- Знаешь, у нас все еще есть эта запись.

Чендлер стиснул зубы.

- Видео будет обнародовано прямо сейчас, - продолжил Адам, и в его ровном голосе послышалась скрытая угроза, - его невозможно будет сдержать. Оно не останется в гараже, чтобы Джим мог его увидеть. Если оно выйдет, оно выйдет.

Чендлер сглотнул. Как и в случае с их последними «переговорами» о контракте, он прекрасно понимал, что это было безумно неэтично, незаконно и аморально. Адам тоже это знал - в этом у него не было сомнений. Но, как и в тот момент, когда Адам загнал его в угол и практически вынудил подписать контракт, выхода не было. Какой бы не был сделан выбор, он имел один и тот же фатальный недостаток - причинял боль.

- Хорошо. - Голос Чендлера дрожал, и он ненавидел себя за это. - Я сделаю... хорошо. Я выступлю.

И он ворвался обратно в гараж.

ЧАС или около того спустя Чендлер все еще был зол. Все еще кипел от злости. Он старался держаться особняком и не спускал глаз с Тома. Им нужно было перекинуться парой слов наедине, и он поклялся, что воспользуется первой же представившейся возможностью.

Возможность представилась, когда Том вышел покурить. Чендлер огляделся и, убедившись, что за ним никто не наблюдает, последовал за ним.

Он вышел на улицу как раз в тот момент, когда Том подносил зажигалку.

- Эй, - сказал он. - Мы можем поговорить минутку?

- Конечно. - Том зажег сигарету и затянулся. - О чем?

- Ты, правда, не знаешь?

Повернув голову, Том выпустил струю дыма.

- Нет.

Чендлер заставил свой голос звучать ровно. Он оглянулся, чтобы убедиться, что никто - в частности, никакая камера - не последовал за ними на улицу. Затем он снова повернулся к Тому.

- Не хочешь рассказать мне, почему Джим набросился на меня с разборками, а цена, на которую он жаловался, была написана твоим почерком?

Его коллега не дрогнул. Он снова поднес сигарету к губам и сделал еще одну затяжку.

Молчание было достаточным ответом на вопрос Чендлера, и, как ни странно, он почувствовал себя еще более измученным. С тех пор как первый представитель телекомпании появился в дверях гаража, это была непрерывная нисходящая спираль дерьма, и Чендлер потерял желание даже злиться.

- Почему? - спросил он едва слышным шепотом. - Просто... скажи мне, почему.

- Нам всем нужно это шоу, Чендлер, - сказал Том, как ни в чем не бывало. - Знаю, ты думаешь, что ты лучше всех нас и можешь справиться сам, но нам это нужно. Я не позволю тебе надуть нас.

- Надуть вас? - Чендлер моргнул. - Я подписал контракт. Чего еще ты хочешь?

- Они хотят драмы. Ты знаешь, чего они хотят. Они здесь, потому что им нравится смотреть, как вы с Джимом ругаетесь. Так что…

- Значит, ты будешь подавать боеприпасы, чтобы он мог выстрелить в меня? И… Я имею в виду, отлично, вы все получите предложения о работе, когда все это закончится, но что будет со мной? Я буду неудачником, которого никто не захочет брать на работу.

Том слегка пожал плечами, что-то среднее между извиняющимся и легкомысленным жестом, и выдохнул еще немного дыма.

- Мы должны играть в их игру.

- Должны?

- Да. Мы верим. Послушай, чувак. Все здесь с трудом сводят концы с концами и ищут работу за пределами этого города. - Том говорил сквозь стиснутые зубы. - Мы не должны зависеть от тебя, но мы зависим. В смысле, что, если бы они не получили ту запись с тобой и Марком? Как долго бы...

- Что? - Чендлер подошел к Тому вплотную. - Откуда ты об этом знаешь?

Том сжал челюсти. Однако ничего не сказал.

- Это правда, да? - Спросил Чендлер, казалось, что каждое слово требовало от него всей оставшейся энергии. Опустив плечи, он добавил: - Это ты подговорил Адама на это, да?

Том по-прежнему молчал.

- Посмотри мне в глаза и скажи, что это был не ты.

Том выдержал его взгляд, не дрогнув, но немного отступил. Через мгновение он опустил взгляд.

- Послушай, я знал, что вы, ребята, встречаетесь. И продюсеры оказывали на всех нас всевозможное давление, чтобы заставить тебя подписать контракт.

- Какого рода давление?

Том сглотнул. Он бросил сигарету на землю и раздавил ее ботинком.

- Они говорили нам, что все это всплывет наружу, если мы откажемся участвовать в этом шоу. Никто из нас никогда не найдет работу. Я слышал, как один из них сказал Джиму, что они уже вложили уйму денег в то, чтобы нанять нас, и если мы откажемся, они подадут на него в суд за издержки.

Чендлер переменил тон. Такой иск в мгновение ока разорит Джима. Даже если он не проиграет дело, расходы на защиту будут астрономическими.

- Я был в отчаянии, понимаешь? - Том вздохнул. - Мне нужна эта работа, чувак.

- И ты позволил им шантажировать меня?

Том снова встретился с ним взглядом, и его глаза сузились.

- Я не заставлял тебя встречаться с Марком в гараже.

- Но как, черт возьми, ты узнал?

- Чувак. - Том закатил глаза. - Все, кроме Джима, знают.

У Чендлера кровь застыла в жилах.

- Что?

- Чувак, мы все давно это знаем. Джим все отрицает, но любой идиот может понять, что происходит. А все те разы, когда вы, ребята, оба задерживались допоздна после того, как все расходились по домам? Да ладно. Мы не дураки.

Чендлер сглотнул.

- Так что я... - Том сдулся и снова опустил взгляд. - Адам давил на молодых парней. Говорил им, что их карьере конец, если это не состоится. Я боялся, что ты не подпишешь контракт, и...

- Почему ты просто не сказал мне, что они оказывали на вас такое давление, чувак? Почему ты должен был... - Чендлер вздохнул, чувствуя, как на его плечи давит невидимая тяжесть. - Господи, Том. Ты хоть представляешь, что будет с Марком?

Том поморщился, но выражение его лица стало суровым.

- Нам это было нужно. Прости.

- Почему-то я в этом сомневаюсь. - Чендлер покачал головой. - Ты можешь придумывать любые оправдания, какие захочешь, но это полный пиздец.

- Поэтому я держался, пока остальные из нас хотели…

- Ты хоть представляешь, что было бы с Марком, если бы Джим узнал, что мы сделали?

- Может, тебе стоило подумать об этом раньше?

- Пошел нахуй, - пробормотал Чендлер и прошмыгнул мимо него. Том что-то крикнул ему в спину, но Чендлер продолжал идти. Он вернулся в мастерскую, чтобы закончить дневную работу, пообещав себе продержаться до конца смены, чтобы пойти домой и... расслабиться? Выпить? Поспать? Похуй.

Внутри он остановился, потирая шею жирной рукой. Возможно, он по уши увяз в дурацком шоу. Он может быть несчастным и измученным. Но, по крайней мере, он все еще может спать по ночам и смотреть в глаза своему отражению.

Он никогда не поймет, как большинство людей в этом здании могли это делать.

К КОНЦУ рабочего дня Чендлер достиг предела своих возможностей. Он просто хотел не высовываться и делать свою работу, но режиссер продолжал подталкивать его к драме. Не то чтобы он сильно нуждался в понуканиях в этот момент. Оказавшись между Томом и Джимом, Чендлер был готов выбить все дерьмо из следующего человека, который посмотрит на него косо. Если бы он не был измотан почти до кататонии, он, вероятно, огрел бы Тома монтировкой.

Просто нужно пережить этот день. Тогда, может быть, я смогу выпить достаточно, чтобы завтра сказаться больным.

А затем, когда Чендлер направился в подсобку за охлаждающей жидкостью, в поле его зрения появилось лицо Марка, похожее на пресловутый маяк в ночи. Один взгляд на него, и Чендлер почувствовал одновременно прилив сил и изнеможение. Как будто одного присутствия Марка было достаточно, чтобы пережить остаток дня, и в то же время заставило его осознать, как мало он может дать Марку сегодня вечером.