— Ладно. Оставайся на линии. Мне нужно, чтобы ты сказал мне, если я подойду ближе.

— Я здесь, — согласился Леннон, взявшись за дело.

Мне показалось, что дорога обратно к ее дому заняла в десять раз больше времени, чем дорога от него, несмотря на то, что я нарушил все правила дорожного движения. Включая двойную парковку, когда подъехал к зданию, вылетел из машины и, не обращая внимания на возражения Фрэнка, побежал по улице.

— Да, это та улица. Поверни направо, — потребовал он. — Теперь налево. Похоже, это автостоянка. Ты видишь ее?

— Нет, — сказал я, и у меня внутри все сжалось от того, что я там увидел.

Ее лимузин.

Задняя дверь была открыта.

Я побежал вперед, заглянул внутрь, но никого не увидел.

Но ее клатч лежал на заднем сиденье, с разбросанным содержимым, поваленным на кресло и землю.

Включая брелок.

— Бл *дь, бл *дь, бл *дь, — заорал я, хлопнув кулаком по боковой части — конечно, движение было жестким, но не на столько, чтобы заставить всю заднюю часть колыхаться.

Кто-то был в багажнике.

— Мне вызвать полицию? — спросил Леннон напряженным тоном. Потому что, несмотря на свою официальную манеру обращения, Леннон заботился обо всех своих клиентах. Он принимал любой ущерб, который им причинялся, на свой счет.

— Дай мне одну минуту, — сказал я, садясь на водительское сиденье, чтобы открыть багажник, затем бросился обратно к нему, чтобы открыть его.

И там был он.

Митчелл.

Водитель.

Связанный, с кляпом во рту.

— Похоже, кто-то пытается кричать через кляп, — сказал Леннон, явно слишком хорошо зная этот звук.

— Где она? — спросил я, вытаскивая кляп изо рта мужчины.

— Я не знаю! — сказал Митчелл, пытаясь выбраться из багажника, позволив мне сжалиться и развязать ему запястья. — Меня бросили сюда. Я почувствовал, что машина работает на холостом ходу. Затем она тронулась. Я услышал, как Миранда что-то говорит. Затем услышал ее крик. Потом… тишина, — сказал он, глаза его остекленели, как будто он был готов расплакаться из-за этого.

— Это был Ричи? — спросил я, наблюдая, как расширились его глаза.

— Да!

— Черт, — прорычал я.

— Кто такой Ричи? — спросил Леннон.

— Парень ассистента Миранды, — сказал я Леннону. — Проведи поиск…

— Я уже занимаюсь этим, — сказал Леннон. — Мы найдем ее, — заверил он меня. И себя.

Да.

Мы должны были найти ее.

Потому что я был уверен, что влюбляюсь в нее…

Глава 16

Миранда

Я была так… счастлива.

Боже, этого слова было недостаточно.

Новые туфли сделали меня счастливой.

Хороший кофе сделал меня счастливой.

Брок сделал меня… очарованной. Эйфоричной.

Блаженной.

Это были единственные слова, которые хотя бы отдаленно напоминали то, что я чувствовала, когда просыпалась в его объятиях, когда пила с ним кофе в постели, даже когда отходила от него, чтобы одеться.

Блаженство.

Это был самый умиротворенный момент, который я когда-либо испытывала.

Я не проверяла свою рабочую электронную почту.

Я даже не думала о работе.

Я просто… наслаждалась моментом.

С ним.

На самом деле, я была немного расстроена, что согласилась на ланч с Кэмом и Ричи. Из-за этого я почувствовала себя виноватой, потому что я действительно любила Кэма. И, ну, он любил Ричи.

Я не хотела, чтобы это прозвучало так, будто я ненавижу Ричи. Я не ненавидела. Я любила его за то, что он сделал Кэма счастливым. Я просто… я , наверное, никогда не понимала этой его привлекательности.

Кэм был целеустремленным, умным, культурным и собранным человеком.

Ричи был полной противоположностью всему, чем был Кэм.

Он был немного ленивым, скучным, неряшливым и на самом деле интересовался только своими телешоу и мангой.

Я всегда считала, что они — реальный пример того, как противоположности притягиваются.

Они были вместе , целую вечность. И я заметила, что , Кэм со временем изменился и стал тем человеком, каким я его знала, тем, кто уже не так совместим со своей старой половинкой , но он любил его, и поэтому собирался сделать все, чтобы у них получилось.

А потом, ну, потом случилась вся эта рекламная заваруха.

Я всегда была очень осторожна и никогда не смешивала свою работу с бизнесом. Я не нанимала друзей.

Но однажды Ричи буквально загнал меня в угол и почти час говорил о том, как он мог бы сделать что-то замечательное для моей компании.

Обычно я не испытывала особой вины за то, что отказывала людям. Когда ты управляешь такой крупной компанией, как моя, тебе приходится почти ежедневно разрушать мечты.

Но это был не просто кто-то.

Это был человек Кэма.

На самом деле я согласилась еще до того, как обсудила это с Кэмом, который выглядел испуганным, когда я объяснила ему ситуацию.

В то время я подумала, что, возможно, весь его ужас был направлен , на то, что его парень вел себя очень неподобающе со своим боссом.

Однако прошло совсем немного времени, прежде чем я поняла истинную причину этого.

Потому что Ричи ни черта не смыслил в рекламе и маркетинге. Это была ужасно неутешительная реклама, которая могла бы нанести серьезный ущерб бренду, вместо того чтобы привлечь к нему положительное внимание.

Но не я была тем, кто остановил это. Я чувствовала себя загнанной в ловушку в той ситуации, не желая причинять боль Кэму, причиняя боль Ричи, не желая обострять наши отношения.

Это Кэм был тем , кто вошел в мой кабинет, сел напротив моего стола и тяжело выдохнул.

— Мы не можем дать Ричи вести компанию, — заявил он. — Это было бы пиар-самоубийством. Мы должны его уволить.

Я никогда не испытывала такого дискомфорта при принятии делового решения, как на следующий день, когда мы оба ждали, когда Ричи войдет в офис, взволнованно рассказывая о новых — еще более ужасных — идеях, которые у него появились.

Я даже не могла вспомнить, что именно я ему сказала, так как изо всех сил старалась быть мягкой. Но я почти уверена , что речь шла о том, что нам необходимо двигаться в более традиционном направлении, что бренд еще слишком молод, чтобы делать большие и рискованные шаги в рекламе, что мы еще не настолько продвинуты, как он.

Что-то в этом роде.

Казалось, он воспринял это хорошо.

И Кэм никогда не высказывал никаких замечаний, свидетельствующих об обратном.

Поэтому я больше не поднимала эту тему. Я решила, что этот вопрос закрыт. Но я также заметила, что мы стали реже встречаться втроем.

На самом деле, если задуматься об этом, оказалось, что подобных встреч и не было, за исключением корпоративной вечеринки, на которой он присутствовал.

Так что я была рада видеть, что у нас наметился некоторый прогресс в возвращении отношений в нормальное русло. Особенно учитывая, что им с Кэмом скоро предстояло подумать о кольцах и клятвах. Мне нужно было поддерживать хорошие отношения с мужем моего ассистента.

Обед обещал быть удачным.

Хотя мне показалось немного странным, что это был не поздний завтрак, который больше подходил нам с Кэмом. Но кто я такая, чтобы судить? Возможно, Ричи не нравились блюда на завтрак и бесконечные мимозы.

Однако, уходя от Брока, я не могла избавиться от почти отчаянного желания развернуться, кинуться обратно в его объятия, потребовать, чтобы он отнес меня наверх, а потом не вылезать с ним из постели неделями. Месяцами. До скончания времен.

Но именно из-за этого желания я должна была продолжать идти, не позволяя себе даже оглянуться.

Конечно, все шло хорошо. Мы явно наслаждались друг другом. Однако это не означало, что Брок испытывал те же чувства, что и я.

Он не раз признавался, что наслаждался обществом многих женщин. Случайными связями , но не более чем сексом на одну ночь.

Возможно, для него это была лишь очередная интрижка. Между тем я не могла не думать о том, насколько приятнее был бы мой следующий официальный ужин, если он будет рядом со мной. Может быть, мне удалось бы уговорить его пробраться на запретный второй этаж, найти маленькую ванную комнату и трахаться в ней всю ночь.