— Опять набычился? — иронично заметил Влад. Он, похоже, угадал мою мысль и добавил: — Я ведь сказал — пусть Василиса решает сама. А нашему бизнесу это мешать не должно…

— Типа, мухи отдельно, котлеты отдельно… — криво усмехнулся я.

— Вроде того… — Влад вдруг расслабился, как по щелчку невидимого тумблера. — Ладно, проехали… Давай, двигай домой, а то фейс у тебя — всех клиентов распугаешь…

Мне ничего не оставалось, как убраться восвояси, потому что я и, правда, был не в форме. Вот чёрт! Угораздило же нас так влипнуть с этой Лиской! Жили себе жили, не было никаких проблем, а тут появилась она — ведь я её сам привёл! — и застряла занозой в наших сердцах.

Плюнув на свою гордость, я в тот же вечер стал названивать Василисе. Сначала она сбрасывала мои звонки, а, когда их количество перевалило за двадцать, наконец, ответила.

— Слушаю… — раздался её мелодичный тихий голос.

У меня сразу запела душа!

— Лиса… — не проговорил, а выдохнул я.

— Ну, Лиса, — подтвердила она. — И что?

— Я — дурак… — сразу повинился я.

— Знаю, — чуть помедлив, согласилась она.

— Прости меня, если сможешь…

— А если не смогу? — с иронией в голосе поинтересовалась она.

— Всё равно прости и возвращайся домой… — стал канючить я.

— Не знаю, Серёжа… — задумчиво проговорила Лиса. — Мне надо всё обдумать… Если ты и дальше будешь вести себя, как дикарь, то у нас вряд ли что-то получится…

— Ты меня совсем не любишь? — обиженно засопел я, словно маленький мальчик.

Последовала пауза.

— Я сейчас просматриваю ваши документы, — сменила тему она. — Кое-что меня настораживает…

— Ты мне не ответила… — удручённо констатировал я.

— Давай сейчас не будем об этом, — предложила Василиса. — Уже поздно, я ложусь спать. Пока.

И дала «отбой».

— Пока… — попрощался я неизвестно с кем.

В последующие два дня методично названивал Лисе, но она больше не отвечала. Я не находил себе места. «Поеду за ней, — пронеслась в голове отчаянная мысль. — Завалю цветами, подарками, на колени встану — пусть только простит и вернётся». Но моим планам не суждено было сбыться. Раздался звонок, и я обрадовался, что это, наконец, откликнулась Лиса. Но на телефоне высветился Влад.

— Привет. Ты чего? — поинтересовался тусклым голосом — мои надежды разом улетучились.

— У нас… в агентстве… ЧП! — прокричал Влад, слегка заикаясь — у него всегда так было в минуты сильного волнения.

— Что случилось? — с меня моментально слетела хандра.

— Представляешь, куча договоров, оказывается, оформлены с подвохом, но так, что это сразу не заметишь, — начал объяснять Влад. — Я, идиот, подмахнул их не глядя — мне бы и в голову не пришло перепроверять Саныча, он ведь опытный, с нами огонь и воду прошёл…

— И что? — у меня неприятно одеревенел язык — я уже догадывался, к чему клонит Влад.

— Ну что, что… — тянул он, не решаясь озвучить правду. — Похоже, нас подставили. Туристические группы, которые мы недавно отправили, теперь нигде не принимают… Люди отдали деньги, приехали, а там такое… Надо срочно платить неустойку или хотя бы помочь им вернуться обратно…

На меня будто вылили ведро холодной воды. Я понимал, о каких суммах идёт речь. Подобного облома у нас ещё никогда не случалось. И даже если получится всё уладить — в чём я очень сомневался — репутации агентства будет нанесён сильнейший удар.

— Где Саныч? — спросил я чужим механическим голосом. — Ты с ним говорил?

— Да какой там! — в отчаянии воскликнул Влад. — Его и след простыл. Телефоны не отвечают, и где он, никто не знает…

Саныч — это наш давний знакомый, можно сказать, закадычный друг. Когда мы с Владом решили создать турагентство, он с радостью согласился работать, был, можно сказать, у истоков и поднимался вместе с нами, так что мы доверяли ему, как самим себе. Хорош друг, нечего сказать!

— Надо его срочно найти, — изрёк я мысль, которая заведомо казалась провальной.

Если Саныч нас так подставил, значит, ему не резон с нами встречаться, и он давно уже испарился. Только зачем всё это сделал? Какова его цель? Ведь, ясен пень, в любом случае ему в агентстве уже не работать.

— А Лиска-то мне говорила, что там, в документах, какие-то проблемы… — вспомнил я, хотя теперь это не имело никакого значения.

— Это я виноват, — глухо проговорил Влад, и его голос мне совсем не понравился. — М…к, не проверил…

— Но ты же не мог знать! — стал его оправдывать я. — Мы столько лет с Санычем бок о бок… Я ведь тоже ему доверял…

— Бизнесмены хреновы! — вскричал Влад.

— Сейчас приеду, — отрывисто бросил я. — Дождись меня.

Тут же раздался звонок Лисы. До разговора с Владом я его так ждал, а тут внутри всё словно заледенело.

— Лис, привет. Извини, у меня сейчас совсем нет времени, — я был краток.

— Серёжа, я всё знаю, — быстро проговорила она. — Сама Владу открыла глаза…

— Ну, теперь-то ты точно не вернёшься… — горько усмехнулся я.

Знал, что молодые женщины не любят неудачников. Пока ты на коне — они с тобой, а как упал мордой в грязь — их как ветром сдувает.

— Уже еду домой! — безапелляционно заявила Лиса.

Я был ошарашен её решением. Надолго замолчал, а потом никак не мог откашляться.

— Вот только жалеть меня не надо, — зачем-то брякнул ей — наверное, по инерции, а у самого лёд в душе начал стремительно таять, и на глазах появилась какая-то непонятная влага.

«Лиска, моя Лиска…» — вертелось в голове.

— Дурачок ты… — беззлобно бросила она и отключилась.

Дозвониться до Саныча так и не удалось, и нам пришлось заявиться к нему домой. Мы, конечно, не ожидали его там застать, но хотелось получить хоть какую-то информацию.

Маша — так звали жену Саныча — развела руками:

— Не знаю, он мне не докладывает… Мы с Алексеем уже давно живём как соседи… И, вообще, разводимся…

Вот это новость! А нам никогда не говорил, что у него нелады в семье.

— Что так, Маш? — осторожно поинтересовался Влад. — Если не секрет, конечно…

— Да какой там секрет! — вскричала она, и у неё на глаза навернулись слёзы. — Нет смысла скрывать… Он игроман! Уже давно. Сколько я с ним боролась, сколько таскала по специалистам, чтобы вылечить от зависимости, а всё без толку! Клятвенно пообещает мне не играть, подержится какое-то время, а потом опять за старое… Бывало, выигрывал большие суммы — так прямо сверхчеловеком себя чувствовал, а через несколько дней спускал всё подчистую и проигрывался… Накопить деньги на «чёрный день» с ним невозможно, постоянно приходилось прятать суммы, чтобы было чем заплатить за Кирюшкину секцию, погасить коммунальные платежи, да и, вообще, нормально существовать…

— Но он ведь у нас хорошо зарабатывал… — растерянно проговорил я. — Неужели не хватало?

— При таком образе жизни, конечно, нет, — с горечью констатировала Маша. — Всё спускал… Говорю же, мы жили, в основном, на мою зарплату, на которую Лёшка постоянно покушался. Прибежит с горящими безумными глазами — дай, говорит, денег, сегодня точно отыграюсь, иначе мне конец! Первое время давала, а потом стала прятать… А когда начали исчезать мои драгоценности, что достались по наследству от бабушки, я не выдержала — всё, говорю, не могу больше, надо разводиться…

Мы с Владом потеряли дар речи. И подумать не могли, что Саныч, с которым были знакомы столько лет, оказывается, страдал игроманией. В агентстве он вёл себя нормально — грамотный опытный юрист, отлично знающий своё дело, а вне работы в последнее время общались мало. Саныч был постарше, человеком семейным, с ребёнком, а мы — молодые парни, у которых своя жизнь. Несколько раз звали его посидеть в баре или ресторане, так он отнекивался, говорил, что надо бежать домой — то с сыном заниматься, то жене помочь, то к тёще ехать или ещё что-нибудь. А он вот как, оказывается, проводил время.

— Похоже, я начинаю кое-что понимать… — задумчиво проговорил Влад.