- Они великолепны. Я единственный щенок в семье, так что во мне души не чают. Папа - механик, а мама преподает во втором классе.

- Они принадлежат к вашему прайду?

- Да. - Волосы Генри взъерошились, когда он кивнул. - Папа родился в прайде, а мама присоединилась к нему, когда вышла за него замуж.

- Значит, вас только трое? - Спросил Стоун.

Генри с любопытством склонил голову набок.

- Я не понимаю, что ты имеешь в виду. Я уже говорил, что единственный ребенок в семье.

- Нет, я имею в виду, есть ли у тебя бабушки и дедушки, тети и дяди и тому подобное.

- О, нет, не совсем. У моего отца есть брат, но мы с ним не разговариваем. - Генри пожал плечами. - Думаю, они поссорились примерно в то время, когда я родился. Мама клянется, что я тут ни при чем, но мне всегда было интересно.

- Почему? – спросил я.

- Я омега. Не то чтобы люди не знали этого, когда встречали меня.

Теперь мне стало любопытно.

- И это имеет какое-то отношение к происходящему?

- О, некоторым людям не нравятся омеги.

Я скривил губы, зарычав.

Генри усмехнулся, как будто его это совсем не беспокоило.

- Не делай из мухи слона. Если я кому-то не нравлюсь, потому что я омега, он не стоит моего времени.

Шейд расхохотался.

- О, он мне нравится.

Генри просиял.

- Давай, - сказал Шейд, открывая дверь, - нам нужно зайти внутрь. Я представляю, как Боб и Синклер грызут друг друга.

Генри не пошевелился.

- Детка, тебе придется слезть с моих коленей.

Генри покачал головой.

- Я не хочу.

Я на мгновение взглянул на Стоуна, прежде чем спросить:

- Почему нет?

- Что, если я ему не понравлюсь? Что, если он скажет, что я не могу остаться?

- Кто?

Я растерялся.

Карие глаза Генри были полны страха, когда он повернулся и посмотрел на меня.

- Твой альфа.

Я улыбнулся просто потому, что нашел свою пару совершенно очаровательным.

- Тебе не о чем беспокоиться, детка. Синклер примет тебя просто потому, что ты моя пара. И я думаю, когда он узнает тебя получше, ты ему понравишься такой, какой есть.

Генри покачал головой.

- Я не очень хороший омега.

Это было, пожалуй, самое странное заявление, которое я когда-либо слышал из уст Генри.

- Почему ты так говоришь, Генри?

- Я не очень-то похож на омегу.

У меня дернулся глаз.

- Хм?

Генри вздохнул.

- Одна из причин, по которой у меня возникают проблемы с людьми по поводу того, что я омега, заключается в том, что я веду себя не совсем как омега. Я обычно говорю людям, которые меня бесят, куда они могут засунуть свой нос. Я примерно такой же покорный, как и ты.

Я выдохнул.

- На минуту ты заставил меня поволноваться.

- Я серьезно, Самсон.

- Хорошо.

Генри уставился на меня, моргая.

- Генри, я не хочу половую тряпку в качестве пары. Ты омега. Отлично. Я нет. И что. Мы пара, и это почти все, что меня волнует.

- Правда? - прошептал Генри.

- Правда.

Генри прищурил глаза, но я не думаю, что это было от гнева. Я не уловил исходящих от него эмоций. Скорее, он был сбит с толку и пытался понять, к чему я клоню.

- Я хотел бы представить тебя моему альфе, - сказал Генри. - Он будет рад за меня, даже если устроит тебе допрос третьей степени. Он всегда говорил, что я найду свою пару, и хотел быть рядом, чтобы увидеть, сколько раз я облажаюсь из-за своего длинного языка.

- Детка, если твой альфа говорил о том, что у тебя есть пара, почему ты решил, что у тебя ее не будет?

Рука Генри замер.

- Из-за других альф.

Что ж, это, безусловно, объясняло, почему Генри так боялся встречи с Синклером.

- Итак, кому бы ты предпочел верить? Мне и своему альфе или какому-то альфе, который не имеет значения?

Я рассмеялся, когда Генри покраснел. Я не пытался смеяться над ним. Я просто был в восторге от своей пары.

Я просто не собирался называть Генри милашкой в лицо.

Я выглядел глупо?

- Давай, пара. - Одной рукой я вцепился в одеяло, а другой открыл дверцу, прежде чем выскочить из машины. Я поменял руки, чтобы протянуть свободную Генри. - У меня есть друзья, с которыми я хочу тебя познакомить.

Глава восьмая

Генри

Я с трудом сглотнул, пытаясь избавиться от парализующего меня страха. Это было нелегко. Я не был уверен, был ли мой страх естественным или вызван тем, что я омега.

Я также не был уверен, что это имело значение.

Просто и ясно - я был напуган.

В ужасе.

Мне было все равно, что кто-то может отрубить мне голову. Меня больше беспокоило, что они скажут, что я не могу остаться с Самсоном.

Я понятия не имел, когда пантера стал так много значить для меня, но от одной мысли о том, что я больше никогда не увижу Самсона, у меня скрутило живот.

Я не мог пошевелиться.

- Давай, Генри".

И тогда я мог.

Я крепко вцепился в одеяло, в которое был завернут, и взял протянутую Самсоном руку. У меня все еще было ощущение, что горло вот-вот перехватит, когда я выскочил из машины и встал, но быть ближе к Самсону было лучше, чем быть вдали от него.

Мне хотелось, чтобы все ушли и мы остались только вдвоем.

Я, конечно, не хотел подниматься по ступенькам и присоединяться к небольшой толпе людей, собравшихся там. По их выжидательным взглядам было очевидно, что они ждали нас.

Меня.

Меня чуть не стошнило.

- Самсон.

- Генри, все в порядке. Обещаю. Это мои друзья, члены моего прайда. Они не причинят тебе вреда.

Я не был уверен, что верю ему.

Я был уверен, что не верю.

- Пойдем. Мы что-нибудь поедим, примем душ и наденем чистую одежду. Если после этого ты захочешь уйти, мы уйдем.

Я почувствовал, как у меня отвисла челюсть.

- Ты это сделаешь?

- Ты моя пара, Генри. Ты превыше всего.

На глаза навернулись новые слезы. Я смахнул их, желая, чтобы Самсон не видел меня таким слабым. Раньше я не плакал ни с того ни с сего. Казалось, это что-то новенькое.

Поди разберись.

Я повернулся, чтобы забраться обратно во внедорожник, но тут голос, донесшийся от двери, остановил меня. Я оглянулся и увидел сногсшибательного мужчину в инвалидном кресле.

- Давайте, ребята, - сказал он, разворачивая свое кресло. - Еда горячая. Лучше поторопитесь, пока можете.

Мой желудок воспользовался этим моментом, чтобы заурчать.

Что ж, черт возьми.

Я подавил свой страх и последовал за Самсоном вверх по ступенькам. Внутри дом был немного менее пафосным, чем снаружи, но ненамного. У пантер, казалось, все шло хорошо.

Мне стало интересно, все ли они такие или только некоторые в этом доме? Дома у альфы дела шли хорошо, но это потому, что он много работал и получил образование. Если человек не работал, он жил плохо. В этом смысле, то, что мы оборотни, ничем не отличало нас от людей.

Лентяй это лентяй. Трудолюбивый это трудолюбивый.

Когда мы поднялись по лестнице, Самсон обнял меня за плечи. Клянусь, его грудь выпятилась.

- Это Генри, моя пара, - сказал он. - Генри, это мой прайд.

Моя улыбка дрогнула.

- Ты уже знаешь Страйкера, Шейда и Стоуна, - сказал мне Самсон. - Это пары Шейда и Стоуна, Синклер и Боб.

- Я Синклер. - Парень в инвалидном кресле поднял руку. - Я альфа в этой разношерстной компании.

Кажется, я кивнул. Я не был уверен. Я застыл на месте от страха.

- Привет, я Боб.

Мои глаза округлились, когда передо мной возник маленький человечек. Он был всего на несколько дюймов ниже меня, но от него веяло невинностью.

- Привет, Боб.

Парень улыбнулся мне.

- Это Усатио. - Боб взглянул на мега-огромного кота, сидящего у его ног.

Черт, он был на поводке.

- Мы только что вернулись из парка, так что он, наверное, немного устал, но я уверен, что он станет более дружелюбным, когда получит угощение от повара. - Боб снова улыбнулся, когда поднял голову. Он поправил очки на носу. - Он всегда чувствует себя лучше, когда его угощают.