Хаминский Тут не к чему смеяться: нет бесчестья

Такому многолюдству уступить.

Но ты...

Заруцкий Но я, Хаминский, не намерен

Для пана Александра с головой

Расстаться. Мне пускай спасибо скажет,

Что мы, по крайней мере, бились с ним

Довольно плохо. Если бы не я,

Не в Белый город вторглись бы москали,

А в самый Кремль. Я хлопцев удержал

Едва-едва; судом казачьим даже

Грозили мне, а суд казачий, брат,

Короток... С ними я стравлял Прокофья;

Ему и горя мало: в ус не дует!

Околдовал их, — мне беречься должно.

Однако... Да! Гуляют молодцы...

Поит их Ляпунов, чтоб подписали

Его премудрость... Хорошо! — Ты здесь

Повысмотрел наш табор? На Арбате

Стоит Прокофий: гряньте на Арбат,

Сегодня же под вечерок, дружнее;

Сегодня нас застанете врасплох.

Схватите Ляпунова, изрубите,

От Ляпунова, ради всех святых,

Меня избавьте! — Без него, ручаюсь,

И казаков склоню я. — Только чур:

Не нарушать условья.

Хаминский Пани Мнишек

Довольна нами будет.

Заруцкий Сам ты пан.

А в Кремль назад найдешь ли, брат, лазейку?

Хаминский Найду.

Заруцкий Прощай.

Уходит Хаминский. Ну, видишь, Заварзин?

Заварзин Так, атаман; да только если, если...

Заруцкий Не повезет? Не без запаса я.

Да расскажи, что Троекуров пишет?

Его гонец?

Заварзин Жить долго приказал.

Заруцкий Проворен ты... Опять ватага валит.

Пойдем.

Заварзин Доносит Троекуров, что...

Уходят, вполголоса разговаривая; входят стрелецкий рязанский голова, голова стрелецкий прежних Тушинских дружин, еще стрелец и француз, служащий в немцах, в рати Трубецкого, потом Ржевский, который останавливается отдаль, не замеченный прочими.

Тушинский голова Что правда — правда: крут ваш Ляпунов,

Веревка у него за ослушанье,

Веревка за насилье, за грабеж,

За буйство та ж проклятая веревка.

Вдобавок горд: бывает, что в прихожей

Прождет и голова и сын его,

Да и боярин; не велит к себе

Пускать в избу — и только!

Рязанский голова Тут не гордость:

Дела, заботы, — занят день и ночь;

Не хочет, чтоб мешали.

Стрелец тушинский Чтоб мешали?

Пустое! Он ревнив: ведь у него

Живет красотка; за нее боится,

Ее хоронит.

Второй голова Что ж? жена его.

Первый голова А разве видел ты, как их венчали?

Второй голова Не видел, да слыхал.

Первый голова То-то и есть!

Ржевский поспешно уходит. Те часовые живы ли, скажи,

Которых бешеный осилил Ржевский?

Второй голова И живы и здоровы.

Первый голова Мудрено.

Второй голова Ничуть. Вот что Прокофий говорит:

«Меня пускай обидят! не взыщу.

Обидеть же присягу берегись,

Да берегись обидеть земледельцев

Несчастных, разоренных: я за них

Жестокий, непреклонный, грозный мститель».

Француз Поквально! Sacrebleu! Henry,^[207] король наш

(Ма foi!^[208] большой, славной король)... ему

Служиль я месте с Jacques de Margeret,^[209] —

Henry наш то же самое твердиль.

Mais ^[210] — с дамами Henry гораз ушивей.