Тринакрия к своим отцам

Из бездны мрачных зол взывает

И, в прах простершись к их ногам,

Их о спасеньи умоляет!

Надежду дщери упредя,

Уж рать готова на злодеев,

Но рати нет еще вождя!

И вдруг, из немоты возвеяв,

Пронесся вдохновенный глас,

Он назвал вдруг Тимолеона, —

Толпа незапно потряслась;

Зовет защитника закона

И, дивным воспылав огнем,

Наполнив кликом однодушных

Далекий свод высот воздушных,

Велит герою быть вождем!^[162]

2-я ора В Дельфах склонит вождь колены,

В вещем доме бога муз;

Я над храмом пронесусь;

Там одел столпы и стены

Всех градов усердный жар,

Фебу все богатства в дар

Принесли сыны и деды;

Для вождя венец победы

От тех даней оторву

И еще до трудной битвы,

В знак услышанной молитвы

На его спущу главу!^[163]

3-я ора Носиться буду я над спящим океаном,

Одену целый мир в святую тишину,

И в небо выведу волшебную луну,

И облачу ее трепещущим туманом.

Тогда вдаль будут плыть несмело корабли,

Объяты сумраком прозрачной полуночи,

И се уж кроет сон пловцов усталых очи;

Но грезы их вождя коснуться не могли.

Он над кормой стоит, он быстрым, бодрым зреньем

Парит над бездною и правит их теченьем!

Тогда предстанут вдруг герою чудеса:

Над ним разверзнутся и вспыхнут небеса,

Огонь с них низойдет блестящею струею,

Зажжет равнину мрачных волн

И окружит священный челн

Одеждой золотою!

Незапно светоч излетит

Из дивных зорь, из пламенного лона

И край последний небосклона

И путь коринфян осветит:

Подобен факелу живому,

Который в таинствах Деметриных^[164] горит,

Он блеском спутницу богиню возвестит

Ее избраннику святому!^[165]

4-я ора Теки из Лилибея^[166] к брани

С твоими тьмами, Амилькар.^[167]

Готовы мстительные длани,

И казнь тебе их первый дар.

Сбери твоих жестоких воев,

Веди на смерть их, Аздрубал.^[168]

Их кровожадный взор искал

Добычи верной среди боев,

Но меч коринфян поразит

Тиранов на брегу Кремеса,^[169]

Там сонм их теней отлетит

Бесчисленный к рекам Айдеса!

Уже я слышу, на горах

Зефир, предвестник утра, веет;

Уж сумрак на земле редеет,

И звезды гаснут в облаках.

Шагает рать Тимолеона,

Молчат герои среди дум,

И к ним несется смутный шум

От войска грозного Сидона;^[170]

И се достигли высоты:

Восходит в тучах дня светило,

Взошло и страшно озарило

Врагов несчетные щиты!

В сей день гелленов укрепите,

Подайте силу мышцам их,

Ваш ужас, боги, поселите

В опустошителей чужих!

Или вы тщетно чудесами

Спасли от купленных десниц,

От тайного ножа убийц

Главу над вашими полками;^[171]

Или, беснуясь, Карфаген

Напрасно зрел побег Магона,^[172]

И царь из Сиракузских стен,

Да упокоит тень Диона,

Вотще исшел в позорный плен,^[173]

Преплыл враждебные пучины

И сел на площади чужбины,

Обруган, презрен и забвен!

5-я ора Близкой грозою подернулись горы:

Бой закипел!

За засвиставшею тучею стрел

Солнца не зрят устрашенные взоры!

Вижу, пришельцы преходят Кремес,

Смертью рокочут врагов колесницы,

Латы их блещут огнями денницы,

Копья их шумный под бурею лес!

В смелую встречу к ним греки помчались

Вдаль на крылатых конях.

Но в недвижимых рядах

Варвары стройны остались!

Кто же их сломит ужасную мощь,

Дхнет и развеет их гордые силы,

Души пошлет в безотрадную нощь.

Трупы лишит вожделенной могилы?