А моросил.

А потом

Совсем устал,

Даже капать перестал!..

Как дождю не отдохнуть,

Если ночью

Снова в путь!

Леонид Рашковский

СЕНОКОС

Сенокос,

Сенокос,

Сена воз

И снова воз,

Сена стог

И новый стог...

И в полях,

И вдоль дорог

Разбрелись стога,

Как стадо,

Только их

Пасти не надо.

Надо просто

Не забыть,

Где им нравится

Бродить,

Чтоб, когда

Пойдут снега,

Отыскать

Свои стога.

Михаил Садовский

РОСА И МОЛОКО

На поляночках в лесу

Я, пастух, коров пасу.

Поутру мои бурёнки

Лижут белую росу.

На траве густой и сочной

Мне коров пасти легко.

От росы, росы молочной,

Станет белым молоко!

В. Кривошеев

АВТОЛАВКА НА СЕНОКОСЕ

Люди косят... К ним на луг

Магазин приехал вдруг:

«Покупайте всё, что надо!

Подходите-ка сюда!

Вот вам плитки шоколада!

Вот фруктовая вода!

Горожанам незнакомы

На колёсах гастрономы, —

Не подъедет ни на шаг

Городской универмаг.

Но в колхозные бригады

Мы, друзья, приехать рады.

Понимаем, что сейчас

Время дорого для вас!»

В. Кривошеев

Дружников Ю. Лисята-трактористы

Лисята-трактористы

Коля сидел за рулём и думал: вот бы пролететь сейчас на самолёте! Замелькают зелёные полоски леса, домики, словно игрушечные, речка и поля, поля...

Но Коля не летел. Он работал на тракторе. Устало тарахтел мотор. Сзади, переваливаясь, полз плуг, оставляя узкую полосу чёрной, чуть влажной земли. Кричали грачи, отыскивая червяков. Начало смеркаться. От деревьев поползли остроугольные тени. Скоро пора заканчивать работу. Тракторист устал, то и дело трёт глаза, чтобы не задремать. Машина медленно, будто тоже устала, ползёт вперёд.

Вдруг Колю тряхнуло, руль выдернуло из рук. Трактор перекосился и замер. Ни вперёд, ни назад. Не успел Коля слезть с сиденья, как кто-то промелькнул под колёсами и скрылся за деревьями.

«Кошка! — подумал Коля. — Но откуда она тут, за десять километров от деревни?..»

Заглушил он мотор и спрыгнул на землю. Колесо провалилось в яму. Стал внимательно приглядываться к земле и корням деревьев. И совсем рядом в земле увидел дыру. Вспомнил Коля, что в деревне стали пропадать куры, и всё стало ясно.

«Так и есть! — сказал Коля сам себе. — Нора. Лисья нора. А вот и второй выход. Мало того, что лиса из деревни себе на обед кур таскает, она ещё и мать плохая: детей бросила от страха — и бежать. В засыпанную нору не вернётся. Погибнут теперь лисята от голода. Да и я хорош! Не зевал бы по сторонам — объехал.

Коля поднял хворостину, привязал к ней кусок тряпки, обмакнул в горючее и вытащил спички. Тряпка вспыхнула, от неё повалил густой белый дым. Вот хворостина воткнута в нору. Если есть кто живой, не выдержит, через второй ход выскочит.

Минуты не прошло — выползают один за другим два лисёнка. Маленькие, точно рыжие котята. Уши торчат, острыми мордочками в землю тыкаются. Друг друга обнюхивают и пофыркивают. Будто спрашивают: «Что же нам теперь делать?»

Коля нагнулся, сложил лисят спиной к спине, как продавец складывает игрушки, чтобы завернуть. Поднял и прижал рукой к груди. Лисята тихонько повизгивали.

Коля подошёл к трактору. Открыл свободной рукой железный ящик с инструментами, вынул молоток, ключи и бросил под сиденье. Нарвал молодой травы, положил на дно ящика и посадил лисят.

Ящик оказался малышам впору. Пришлось только загнуть и придержать рукой тонкие, похожие на мышиные хвостики. Не то прищемишь, закрывая крышку.

Теперь надо выбраться из норы, в которой застряло колесо. Нашёл Коля камень, подложил под колесо. Мотор взревел, машина дёрнулась и покатилась. Трактор выехал с поля на дорогу. Пока Коля доехал до полевого стана, совсем стемнело.

— Скорей, — кричит повариха тётя Настя, — ужин твой давно остыл!..

— А мне сегодня надо три ужина, — говорит Коля.

— Это за что же?

— Да вот, детишек привёз. «Юных трактористов»...

Все, кто был в бригаде, пришли посмотреть зверей. А лисята, испуганные, со всех ног бросились к сараю. Шмыгнули в щель — и будто их не было. А когда тарелку с молоком подсунули наполовину под дверь, побежали в тарелке волны, и скоро молоко исчезло.

С тех пор началась у лисят новая жизнь. Рядом с сараем сделали им дом. Это был ящик из-под конфет с зелёной наклейкой «Золотой ключик». 20 килограммов». Коля все вечера возился с лисятами. Кормил, мыл им мордочки. Трактористы посмеивались:

— Ишь ты, в цирке, что ли, выступать собираешься?..

Лисята подросли. Раньше вылезали из-под ящика только вечером, когда смеркалось. А сейчас услышат днём голоса трактористов, съезжающихся обедать, и бегут наперегонки к столовой. Знают, что здесь их приласкают и чем-нибудь вкусным угостят.

В воскресенье вечером приехал директор совхоза Иван Кузьмич, человек строгий, а лисята ему наперерез бегут. Увидел директор лисят и спрашивает сердито:

— Что за игрушки заводные? Кому тут делать нечего?..

Коля покраснел. А повариха тётя Настя отвечает:

— Это не игрушки, Иван Кузьмич. Живые лисята. А заводные — это правда. В жизни таких резвых не видала...