Мы дошли до конца крутой улочки. За последним домиком с возвышенности открывалась пойма Сунжи. Мы с Сулейманом во все глаза глядели в ту сторону, где возвышались карагачи.

— Ты видишь? — спросил Сулейман.

— Нет, а ты?

— И я нет.

И в самом деле, на берегу паслись две коровы, лошадь и несколько осликов. Но верблюда не было нигде.

— Да вон он, — сказал Исропил, вглядываясь в даль.

Тут уж мы с Сулейманом чуть не сломали глаза. Я подумал: «Может, он лежит за кустами или, может, его заслоняет ствол дерева?»

— Я что-то его не вижу,— жалобно сказал Сулейман.

Исропил махнул рукой, словно хотел сказать: «Ну и бестолковые вы оба!» Но ничего не сказал и стал спускаться вниз. Мы — за ним. Вот уже мы прошли мимо кустов, мимо родничка, бившего из-под земли. Вот они, карагачи. К стволу одного из деревьев на длинной верёвке был привязан большой ишак. Когда мы приблизились к нему, он поднял голову и неистово завопил: «Иа-иа-иа!..»

— Узнаёт меня, — заулыбался Исропил, — привык уже.

— Кто привык? — не понял Сулейман.

— Как — кто? Верблюд.

— Что-то я не вижу здесь верблюда,— растерянно оглядываясь, проговорил Сулейман.

— У тебя что, зрение испортилось? — спросил Исропил. — И у тебя тоже?— посмотрел он на меня, насмешливо улыбаясь.

Сулейман всё ещё стоял, недоуменно оглядываясь, и теребил рукой свои волосы, но я уже догадался, что Исропил нас здорово провёл и теперь будет смеяться и всем рассказывать, как ему удалось нас обмануть. Надо было срочно что-то придумать, чтобы сам он остался в дураках. А Исропил, не обращая на нас внимания, продолжал гладить ишака, приговаривая:

— Хороший мой верблюд, я тебя буду кормить чистым зерном, буду поить родниковой водой...

— Ты его лучше шоколадными конфетами корми и сливочным печеньем. Верблюды любят конфеты и печенье,— посоветовал я.

— Верблюды? — словно очнулся после сна Сулейман.— А где же у него горб?

— Это безгорбый верблюд,— сказал Исропил,— такая порода новая. Их теперь специально разводят — безгорбых.

— Но ведь это ишак! — закричал Сулейман чуть не плача.

— Сам ты ишак! — засмеялся Исропил.

Он отпустил голову ишака и сделал шаг вперёд, продолжая насмешливо улыбаться. И тут тихий и мирный Сулейман, который никогда не лез в драку, вдруг тоже шагнул навстречу Исропилу и толкнул его в грудь. Толкнул он не очень сильно, но всё же Исропил не удержался на ногах, закачался и попятился назад. И спиной налетел на ишака. В следующее мгновение раздался истошный крик. Мы даже не поняли, кто кричит. Думали — ишак, а оказалось — Исропил. Это ишак схватил его сзади зубами за спину. Он вцепился в Исропила словно собака. И только тогда, когда я подскочил и ударил его хворостиной, он отпустил Исропила и отбежал. Исропил продолжал плакать, поёживаясь и подёргивая плечами. Я подошёл к нему и поднял рубашку. На спине Исропила чётко отпечатались следы укуса.

— Ну и кусачие эти безгорбые верблюды, — сказал я, — ни за что не стану на нём кататься, и не проси меня об этом!

— И я не стану, — сказал Сулейман, поняв наконец мою мысль, — и тебе не советую, Исропил, — добавил он важно, как мой дядя Абу.

Ахмет Ведзижев

Морис  Карем

МОРЕ ЛЮБИТ ТАНЦЕВАТЬ!

Море любит танцевать:

Шаг назад и шаг вперёд.

Море любит танцевать

И танцует круглый год.

С неба смотрят облака

И завидуют волнам,

Потому что облака —

Ты, конечно, видел сам —

Не умеют танцевать:

Шаг назад и шаг вперёд,

И едва ползут туда,

Куда ветер их несёт.

А весёлая луна

Не завидует волнам,

Потому что иногда,

Ты, конечно, видел сам,

Вместе с ними — раз-два-три!

Шаг вперёд и шаг назад —

Пляшет в море до зари,

Брызги весело летят!

Море любит танцевать:

Белой пеной в бубен бьёт,

Море любит танцевать

И танцует круглый год!

Морис Карем

ЗДРАВСТВУЙ, СОЛНЦЕ!

— Здравствуй, лес! —

Кричит мальчишка.

— Здравствуй, мальчик! —

Крикнул лес.

— Луг, привет! —

Кричит мальчишка.

— Добрый день! —

Ответил луг.

— А со мной? —

Сказало солнце. —

Поздоровайся со мной!

Ты забыл меня,

Как будто мы поссорились с тобой!

— Я кричал тебе всё утро:

«Здравствуй, солнце!»,

Но в ответ

Доносился почему-то

Только слабый сонный свет.

Ты ещё спало, наверно,

Завернувшись в облака...

Здравствуй, солнце!

Здравствуй, небо!

Я бегу к тебе,

                    река!

Морис Карем

Сладков Н. Жизнь на песке

ЖИЗНЬ НА ПЕСКЕ

Пустыню можно увидеть на самом юге нашей страны. Похожа она на жёлтое море. Только вместо воды — песок, вместо волн — песчаные холмы, барханы, а вместо белой пены на волнах — серые кустики саксаула. Жаркое синее небо над ней. А в небе белое раскалённое солнце.

Ни прохлады, ни тени вокруг. Сухие пучки колючей травы. Почерневшие камни. Горячий песок.

Но и в пустыне есть жизнь. Особая, удивительная. Жизнь на песке...

САКСАУЛ