А вот сам он подобной проблемы не испытывал. За счет избыточного времени зарядки и собственноручно измененной магической печати, винтовка рептилоида на значительной дистанции поддерживала постоянную силу выстрела. По мере движения изначальный «снаряд» как бы порождал новый, и так несколько раз. Ди пока даже до конца не разобрался, как переиграл Систему, но главное, что это работало.

Он начал с дальнего от себя низкорангового. Тот даже не понял, что проделало дыру в его черепе. Оптика для Дигаммы была бессмысленна, да и сколько-нибудь значимого развития такие прицелы в этом мире еще не получили. Зато луч магического света, нормально видимый только при помощи Особенности, прекрасно указывал цель и обеспечил точное попадание.

Естественно, все сразу оглянулись в поисках угрозы. На этот раз под удар попал ближайший противник. Только тот успел повернуть корпус, как в его грудь прилетело копье, которое Дигамма выдернул уже через несколько мгновений и вступил в ближний бой с оставшимися. Теперь он видел, что обладатель Эпического ранга, здоровенный шкаф с щербатым лицом, прижал Риверу к земле и умело связывал. Девочка беспорядочно пыталась отбиваться, но быстро теряла силы. Селена же чуть в стороне лежала без движения. Из ее ослабевшей ладони выскользнул небольшой кинжал, который Ди перед уходом оставил на всякий случай. Она попробовала защитить сестру в абсолютно проигрышной ситуации.

Следующим яростным движением копья рептилоид резанул по горлу третьего рядового неприятеля и одновременно пронзил жалом сердце четвертого. Остались только бугай и его скрытный товарищ. Но сначала Дигамма поспешил позаботиться о Селене. Он подскочил к дочери и привел ее в чувства «Быстрым лечением», примененным на голову. Одновременно правую лопатку ящера пронзила острая боль — вблизи атаки стрелка стали крайне опасными. С него-то и решено было начать.

Ди шепнул Сэл «вылечи себя каплей и спрячься», а затем выстрелил по дереву, на котором сидел замаскированный снайпер, разорвав ствол практически на всю толщину. Модифицированная химерой винтовка имела альтернативный режим: вместо увеличения эффективной дальности выпустить сразу несколько накопленных зарядов магии. Видимо, Система не зря дала ей имя «Повторитель». Далее в ход пошло, а точнее полетело копье. Чисто физически ящер не смог перенять все премудрости владения этим оружием у Лерингена, но кое-какую науку усвоил, в том числе и несколько Способностей.

"Меткий бросок (копье).

Активное. Редкое.

Вы можете раз в минуту бросить копье точно в представленное место (максимальная дальность зависит от физической силы и состояния здоровья пользователя, а также ранга Способности)."

Конечно, такое прицеливание в статическую точку в общем случае не гарантировало попадания, но только не когда цель спрыгнула с дерева и находится в воздухе. Ди с легкостью просчитал траекторию падающего человека, а остальное оставил Системе. Неведомая сила сама направила его тело наилучшим образом. Засвистело копье, а затем раздался вскрик пораженного противника и треск кустов. Оставалось надеяться, что успеет сработать «Пригвождение ядом» — эффект уникального оружия «Токсичная охота», которое Дигамма опять изготовил из собственных «запчастей».

«Пригвождение ядом: если оружие находилось в непосредственном контакте с целью в течении трех секунд, цель получает эффект „Паралич“ на пять секунд ».

Однако оценить результат лично возможности не представилось. Если сначала занятый пленением ребенка бугай не обратил особого внимания на суету вокруг, то быстрая смерть большей части подельников заставила его подключиться. Дигамма еле успел защитить голову, выставив предплечье на пути у шестопера. Несмотря на всевозможные магические усиления, по разорванному рукаву бодро заструилась кровь.

— Вот и наш похититель, — широкий рот здоровяка растянулся в довольной улыбке.

Удар тяжелым щитом заставил рептилоида пошатнуться.

— Хольтер обещал за твою башку хорошие деньги.

Предчувствуя дополнительную наживу, охотник за головами энергично заработал оружием. Ди уже не сомневался, что столкнулся со свободными наемниками, которые присоединились к поискам ради графской награды. Однако сам он не отвечал ни на словах, ни на деле, а ушел в жесткий блок и поджидал оптимальный момент для одной из своих Способностей. Нужно было хотя бы ненадолго отделаться от воина, чтобы разобраться со стрелком.

Дигамму чудовищно злило то, что сделали с детьми. С его детьми. Он, конечно, собирался больше не полагаться на силу проклятья, но сейчас был не тот случай. Сейчас хотелось спустить зверя. Незаметно для противника рептилоид освободил свою дикую мощь. И когда кровь окончательно закипела, Ди нанес удар. Вышедшие за пределы нормы мускулы и «Потеря равновесия» опрокинули здоровенного наемника навзничь.

Стрелок тем временем вернул контроль над телом и вытаскивал из раны копье под тихие ругательства. Не то, чтобы он не заметил стремительно приближающийся силуэт, но избежать атаки не имел возможности. Повезло, что успел хотя бы избавиться от этого проклятого копья. От столкновения с противником затрещали кости, а из наспех закрытого зельем отверстия в теле снова потекла кровь. Удары сыпались в бешеном темпе, будто на него напал дикий зверь, иногда еще и непонятно откуда било нечто, похожее на хлыст.

Однако Дигамме тоже приходилось непросто. Копье валялось непонятно где, а в рукопашной схватке этот человек оказался ничуть не хуже, чем в стрельбе, к тому же имел все-таки Эпический ранг. Он разумно оценил собственные силы, поэтому сконцентрировался на уклонении, намереваясь дождаться помощи товарища. Ди подобное совсем не устраивало — против двух опытных бойцов, привыкших друг к другу и одного с ним ранга, было сложно выстоять даже под действием проклятья.

Правда решающее преимущество у рептилоида нашлось — возможность прикинуться человеком. Его противник за многие годы своей специфической работы отточил навыки и рефлексы для сражений с людьми. Только вот при неожиданной встрече с монстром эти замечательные рефлексы сыграли в обратную сторону. Подпустив Дигамму совсем близко, наемник намеревался вонзить кинжал под ребро на высоте сердца. Думал, что смог воспользоваться ошибкой оппонента и сейчас все закончит одним ударом. Но в решающий момент в его глотку вонзились острые зубы.

Ди специально пошел на максимальное сближение, чтобы длины шеи хватило достать до противника. Спрятанная под просторным капюшоном варанья голова стала для того большим сюрпризом. Теперь химере осталось лишь обратиться к своим животным инстинктам. Рывок, а затем новый укус, чтобы перехватиться чуть глубже, и так раз за разом. Проклятье давало силу, а магический парализующий яд, которым оказались сдобрены зубы, не позволил жертве отбиться. Так Дигамма и покончил со стрелком. Будь ты хоть Эпического ранга, с отделенной от тела головой уже точно не повоюешь.

Однако с его напарником этот трюк уже бы не прошел — нет эффекта неожиданности. Бугай как раз выскочил из-за деревьев и остался крайне недоволен увиденным.

— Ах ты… чудовище. Гребаное отродье!

Шестопер понесся вертикально вниз, грозя расколоть череп рептилоида. Однако сейчас у Ди хватало сил не только перехватить удар открытой ладонью, но и отбросить в сторону нанесшую его руку. Что же, это смутило опытного наемника лишь на секунду, и завязался интенсивный бой.

— Те шестерки — еще ладно. Но Свен! Я принесу тебя графу по маленьким кусочкам!

Ярость подстегивала не только химеру, но и его соперника, причем последнего — без всяких системных усилений. Разбушевавшийся воин неистово махал оружием, хотя в итоге только пропускал больше ударов. Благодаря подвижности и увеличенной скорости Дигамма полностью захватил инициативу. С другой стороны, этот здоровенный головорез оказался чрезвычайно крепким, и критический урон его здоровью накапливался слишком медленно. Так можно было провозиться до конца положительного эффекта проклятья и не добиться результата. А потом бы сам Ди оказался в невыгодном положении: ослабленным и с незаживающими ранами. Все-таки ему откровенно повезло быстро разобраться с первым из дуэта наемников, но второй раз рассчитывать на подобное не стоило.