Криддок, казалось, ничего не заметил.

- Ты отнял его у меня! - грозно выкрикнул он.

Левый глаз Роберта заплыл, правый покраснел и отек. Нос был сломан, дыхание вырывалось сквозь распухшие губы. Все остальное тело казалось мертвым, невосприимчивым.

- Ты забрал его у меня! - Криддок заорал, это был почти предсмертный вопль.

Огонь бушевал вокруг них, обжигая его спину. Трап под ними заскрипел и прогнулся. Глаза Роберта закатились и уставились на разбитый купол.

Неясная черная тень метнулась внутрь. Хищная птица с длинным острым клювом и заостренными крыльями.

Из носа "тени" вырвался лазерный луч и врезался в стальную конструкцию над головой, она застонала, провисла и, оторвавшись от стены, упала прямо на них.

Криддок нырнул в сторону. Металлическая ферма рухнула на поручни в нескольких миллиметрах от Роберта. Поручень смялся и обломился.

Сталь взвизгнула. Трап дернулся вниз и резко остановился, отчего Роберт упал на четвереньки.

Черная птица устремилась к нему, из ее хвоста струилось пламя.

Ганн.

Но Ганн была мертва, а это означало, что Роберт тоже был мертв. Не сюда ли проведение отправило его навечно? Где же ангелы? Где отец?

Трап, не выдерживая нагрузки, наклонился еще сильнее, встряхнув Роберта.

Он не был мертв.

Еще нет.

"Сайкер" плавно снижался, сжигая остатки кислорода.

У корабля открылся посадочный пандус.

Роберт медленно обернулся. Криддок карабкался к нему по искореженным остаткам фермы. Его красные глаза светились гневом, нечеловеческая решимость заставляла его прорываться вперед, когда любой здравомыслящий человек побежал бы в другую сторону.

Роберт вытер лицо. Ничего, еще поборемся. Ганн подвела "Сайкер" ближе, посадочный пандус был в метре от перил, и Роберт все понял.

Прогнувшийся настил заскрипел. Решетка изгибалась в центре все больше и больше.

Он почувствовал, как что-то хрустнуло под ногами, трап упал еще на метр, зацепившись за петлю из проводов и шлангов. Затем они оборвались, и трап упал еще ниже, на вторую петлю проводов, но и она долго не продержалась. Настил опускался все ближе и ближе, к пожару, бушевавшему внизу.

Роберт неуверенно попытался взобрался выше, но трап упал еще на полметра. Роберт качнулся вперед, но удержался на ногах.

Следующие три кабельные петли разорвались как одна. Трап свободно пролетел несколько метров и замер, зацепившись за скалу.

Роберту удалось ухватиться за сохранившиеся перила.

Криддок карабкался вверх по металлической ферме.

Ганн удерживала “Сайкер” недалеко от Роберта, спускаясь все ниже, по мере падения трапа.

Собрав все оставшиеся силы, Роберт отпустил перила и, оттолкнувшись от трапа, прыгнул к кораблю.

Криддок оттолкнулся ногами от фермы и прыгнул за Робертом.

Роберт врезался грудью в опущенный посадочный пандус, его ребра хрустнули. Он закричал, сползая назад, судорожно пытаясь за что-нибудь ухватиться. Покрытие пандуса было слишком ровным, зацепиться было не за что.

Криддок ухватился за пандус кончиками пальцев и повис рядом с Робертом. Сил удержаться, у него уже не было, его пальцы соскользнули с пандуса, и он с отчаянным криком рухнул навстречу своей смерти.

Роберт зацепился рукой за гидравлический привод пандуса и резко остановился, Вторая рука была свободна, ноги болтались над огненной пропастью.

Стены подземного комплекса исчезли за огненным кольцом новых взрывов. Обломки купола пролетели мимо, ударились об остатки металлических конструкций и стен, а затем, вращаясь и сверкая, упали на пол и разлетелись на части.

“Сайкер” сделал резкий маневр. Роберта подбросило над пандусом, и он влетел в корабль. Несколько раз перекувыркнувшись по палубе Роберт ударился головой о стену.

Последнее, что он увидел, это как закрылся пандус.

Силы оставили Роберта, и он потерял сознание.

Глава 23

Роберт очнулся. Чья-то рука гладила его по лицу. Он открыл здоровый глаз. Лицо Ганн было близко, она смотрела на него, вытирая окровавленной салфеткой. Она опустила глаза и встретилась с ним взглядом. Ее губы растянулись в широкой красивой улыбке. Ее губы приоткрылись.

- Привет, - тихо сказала она.

- Привет. - Роберт лежал в противоперегрузочном кресле на мостике "Эксплорера". Все тело болело. Не успевшая зажить рана на животе, сломанные ребра, отбитые внутренности.

Ганн откинулась назад и погладила его по волосам.

- Он сказал мне, что ты мертва, - прошептал он. - Он сказал мне, что убил тебя.

- Почти, - сказала она, продолжая гладить его по волосам и убирая их с его лица. Ее пальцы были мягкими и теплыми. Она могла бы делать это вечно. - Когда он напал на меня в тумане, я подорвала мину слишком близко, а потом замолчала и скрылась. Мой корабль потерял крыло, и это убедило его в моей гибели.

- Я хотел убить его, но у него не было ничего, что стоило бы украсть.

Она улыбнулась, излучая мегаватты сияния, и снова погладила его.

- Я знаю.

Они смотрели друг другу в глаза, зеленые и широко раскрытые глаза Ганн, изучали его заплывшие, красные, едва открытые глаза. Затем он закашлялся и снова согнулся пополам. Рана на животе адски болела, но не кровоточила. Он взглянул на Ганн.

- Твоя работа?

Она покачала головой и кивнула направо. Роберт повернулся, его взгляд скользнул по треснувшему обзорному экрану, болтающимся и почерневшим консолям, и остановился на Малин. Она стояла, прислонившись к креслу пилота, скрестив руки на груди. Ее верхняя губа скривилась в притворном отвращении, но в глазах был озорной огонек.

- Привет, незнакомец.

- Привет. Ты привела меня в порядок?

- Разве я не всегда так поступаю?

Он улыбнулся.

- Из вас двоих получилась отличная команда спасателей.

Женщины переглянулись. Их глаза слегка сузились, но затем Малин рассмеялась.

- Как пилот, она ничего.

Роберт закашлялся от смеха, затем с трудом поднялся. Пошатываясь, он направился к обзорному экрану, и каждый его шаг был таким, словно он тащил за собой пудовую гирю.

Сунтилл заполнял нижнюю половину экрана, разделенного надвое трещиной. На орбите планеты деловито сновали корабли. “Кобры”, “Иглы”, “Аддеры”, “Крайты” и этот чертов “Констриктор”.

- Мы победили? - спросил он.

- Да, мы победили, - ответила Малин.

Роберт покачал головой.

- Нет. Мы не победили. Пока нет. - Он пристально посмотрел на девушек. - Эта планета должна быть уничтожена.

Ганн фыркнула.

- Чем?

- “Звездным взрывом”.

На мостике воцарилась тишина.

- Это сработает? - Наконец спросила Малин.

- Это должно сработать. Никто не имеет права контролировать эту планету. Ее необходимо уничтожить. Независимо от того, какие угрозы могут исходить от таргоидов в будущем, человечество способно преодолеть их. Но сегодня, завтра, на следующей неделе и в следующем году больше не будет невинных смертей из-за этой планеты. Мы должны её уничтожить.

Женщины переглянулись, затем снова посмотрели на Роберта. Ганн кивнула первой, Малин - секундой позже.

- Хорошо, милый.

Роберт, прихрамывая, подошел к креслу Малин и включил связь по общему каналу. Он прочистил горло.

- Это Роберт Гарри. Спасибо вам всем за ваши усилия. Спасибо, что были рядом и помогли нам выиграть эту битву. Я очень сожалею о наших потерях. Я проведу остаток своей жизни, оплакивая их. Но сегодня мы изменили ситуацию к лучшему. Гордитесь. Будьте стойкими. Наполняйте свои грузовые отсеки всем, что сможете найти. Но через два часа убирайтесь с планеты, потому что мы собираемся взорвать ее как сверхновую. - Он отключил связь, прежде чем кто-либо успел ответить, но голос Шатена прорвался по каналу связи между “Эксплорерами”.

- Каков ваш план, гражданин?

- Я видел, какой ущерб нанес “Звездный взрыв” воздушному шлюзу там, внизу. Он проник прямо в почву, должно быть, на километры. Приятели Ганн говорили, что планета сейсмически активна. Я считаю, что мы достигли предела, пусть Сунтилл сделает все остальное за нас.