Заряды в одном “Разрушителе смерти” закончились, и Роберт выбросил его.

Осталось всего четыре выстрела.

Впереди показались трое охранников и открыли огонь. Ганн вскрикнула и повалилась на пол.

Роберт полуобернулся, когда кто-то схватил его за руку и поднял ее. Роберт надавил на спусковой крючок.

С потолка брызнули искры и капли расплавленного металла. Нападавший отшатнулся, и Роберт ударил его ногой. “Разрушитель смерти” был пуст.

Роберт оглянулся, тяжело дыша. Ганн лежала неподвижно в окружении охранников.

В этот момент его голова дернулась от удара кулаком. Он пытался отбиваться, но его движения были вялыми, словно он двигался под водой, в то время как его противник атаковал со скоростью света. Глаза Роберта расширились от еще одного удара, затем он врезался спиной в стену, и чья-то рука сжала его горло.

Роберт задыхался, когда услышал гневный шепот.

- Никто не может уйти от “Круга”, подонок.

- Ты кое-что забываешь, - выдохнул Роберт, выдавливая слова. Он поднял правую ногу и нащупал рукоятку сгиан-дубх.

- Да? Что же это?

Роберт высвободил нож и ткнул им нападавшего.

- То, что я шотландец.

Из горла охранника брызнула кровь, заливая его живот. Он отшатнулся, его глаза закатились, и он упал.

- Что? Получил?

Роберт повернулся к Ганн. Она была жива, но один из охранников избивал ее, а вокруг них дымились тела.

- Беги! - прохрипела она. С ее разбитых губ брызнула кровь, когда кулак охранника врезался ей в челюсть. - Спаси их всех!

Роберт почувствовал тяжесть кристалла данных в кармане. Ему не пришлось долго раздумывать.

Он побежал.

Роберт бежал, под рев сигнализации, не разбирая дороги и столкнулся с неизвестно откуда взявшимся охранником. От удара Роберт свалился на пол и сильно ударился головой, в ушах зазвенело. Он инстинктивно ударил кулаком в воздух, чьи-то руки схватили его за волосы и ударили об пол. Роберт дернул противника за руку и повалил, ударил коленом, почувствовал, что попал куда надо.

Оказавшись сверху, он ударил лбом по голове охранника, затем пустил в ход кулаки, нанося удары снова и снова, пока фигура под ним не обмякла.

Только когда Ганн потрясла его за плечо, он почувствовал, как охрипло его горло. Он понял, что сигнализации не было, кричал он сам.

Он уставился на ее кровоточащее и покрытое синяками лицо, в горле у него пересохло, костяшки пальцев были сбиты до крови, пот заливал глаза. Затем он увидел ее руку на своем плече.

- Мы почти на месте, - тихо сказала она, и в ее голосе вместо обычной резкости слышалось утешение.

Он с трудом поднялся на ноги, налитые свинцом, правый бок пульсировал, все тело требовало лечь и не вставать.

Внезапно снова раздались выстрелы, стена взрывалась рядом с ними, осыпая кусками осколками. Звон рикошетов, оглушил его. Роберт оттолкнул Ганн.

- Уходи!

Выглянув в коридор, он увидел черную волну наступавших. Под градом пуль они с Ганн отступили к герметичной двери.

Ганн ударила ладонью по зеленой кнопке, и дверь скользнула в сторону. Они вошли в длинную и узкую комнату с бледно-красными лампочками слева и яркими квадратными белыми кнопками рядом с люками справа.

Дверь за ними закрылась. Ганн нажала на одну из белых кнопок, и она загорелась зеленым светом. Люк открылся, и девушка шагнула внутрь. Роберт собирался последовать за ней, когда гермодверь снова открылась. В комнату вбежали люди с пистолетами наготове.

Роберт поспешно нырнул внутрь.

- Закрывай люк, скорее!

Ганн уже протиснулась в тесную кабину пилота. Ее руки заметались по кнопкам управления.

Люк закрылся, и система катапультирования выбросила спасательную капсулу на безопасное расстояние от станции. Ускорение швырнуло Роберта назад и прижало его к люку.

- Ммм, - только и сумел выдавить он.

Перегрузка была всего лишь несколько G, но его избитые ребра запротестовали.

- Ганн?

- Извини, - сказала она. Перегрузка исчезла, и Роберт, пошатываясь, двинулся вперед. Капсула представляла собой небольшое круглое помещение со скамьями для персонала станции и маленькой кабинкой пилота. Ганн заняла единственное кресло в капсуле. В нем даже не было компенсатора инерции.

- Ммм, - повторил он, снова осматривая каждый квадратный дюйм отсека.

- Держись за что-нибудь, - сказала она.

- О, черт.

Он забрался на скамью, крепко обхватив ее руками и ногами, пытаясь вспомнить основные правила. Глаза зажмурить. Прилив крови к ногам — это нормально, а к мозгу – это плохо. Он повернулся, чтобы закинуть ноги на заднюю стенку капсулы.

Капсула двинулась вперед. Роберт вскрикнул, зажмурил глаза и уткнулся лицом в скамью, но напряжение в его теле ослабло, и он понял, что перегрузка не более, одного "G", это нормально. Он снова попытался лечь на скамью, но лежать было уже невозможно. Его уставшие руки больше не могли удерживать тело на скамье.

Он приподнял голову на дюйм. Свет звезд заслоняли мачты и антенны станции. Звезды слегка мерцали, и он понял, что смотрит на защитные экраны станции.

Капсула повернулась вправо, и крутящий момент попытался сбросить его со скамьи. Он впился ногтями в отслаивающееся дерево, и держался изо всех сил. Через минуту ускорение снова ослабло.

- Куда мы направляемся?

- Мы возвращаемся. - Ее голос был торопливым, горячим, задыхающимся от волнения, что заставило Роберта в панике поднять глаза. Они летели к космической станции. Впереди был огромный открытый люк, а за ним - большое пространство, заполненное кораблями - стыковочный отсек.

Сердце Роберта замерло.

- Что ты делаешь? - закричал он.

- Я хочу вернуть свой корабль.

Кровь отхлынула от лица Роберта. Он вздрогнул, когда массивный люк отсека стал увеличиваться в размерах, заполняя экран. Створки люка дрогнули и стали закрываться.

- Ганн!

- Я вижу.

Она увеличила скорость. Желудок Роберта протестующе сжался, и он вскрикнул. В отсеке виднелись корабли: “Сайкеры” и “Cайдвиндеры”. Спасательная капсула проскочила сквозь закрывающийся люк и влетела внутрь станции. Мимо проносились ряды кораблей, пока впереди не осталось только два, один из них был “Cайдвиндер”, а другой - потрёпанный “Сайкер”. Только теперь Роберт понял, что у спасательной капсулы нет стыковочного шлюза. Соединить два корабля вместе не получится.

В спасательной капсуле была всего одна защитная маска дислока, и она была у пилота.

Он не мог отогнать воспоминания. Вакуум, слюна на языке закипает, глаза вылезают из орбит, все чувства полностью исчезли, ощущение как будто ты умер.

Он крепко зажмурил глаза, пытаясь отогнать мысли, но его руки затряслись, а голос сорвался на визг.

- Нас засосет в космос!

- Не будь дураком.

- Я не могу этого сделать, - сказал Роберт, но тут вид из иллюминатора капсулы изменился. Стены поплыли мимо, капсула развернулась. В поле зрения снова появились далекие звезды, которых становилось все меньше и меньше в сужающемся проеме люка.

- Я не могу этого сделать, - повторил он, учащенно дыша, и каждое слово само по себе звучало как стон.

- Держись крепче, - закричала она.

Роберт изо всех сил вцепился в скамейку и затряс головой, чтобы отогнать воспоминания. - Черт, черт, черт!

Удар сбросил его со скамьи. Боль пронзила спину и бедра, когда его тело с хрустом врезалось в волнистую поверхность стены.

Затем вся капсула снова накренилась, и Роберт перелетел от стены к потолку, где и замер.

Ганн подняла его пинком.

- Вставай. Нужно спешить. Дверь отсека закрывается.

Роберт с трудом поднялся на четвереньки. В голове у него стучало, как в кузнице, бедро пульсировало, а легкие при каждом вдохе пронзали сотни иголок. Он пробрался через парящие капли крови к заднему люку, затем остановился, качая головой.

- Нет, я не смогу.

Ганн зарычала.

- Мы умрем, если останемся. Мы должны уходить. Сейчас же.

- Я не могу вернуться туда. Только не снова.