Заметил, как её голова скатывается на плечо, грозясь завалиться на приборную панель. Закрываю браузер, выключаю компьютер. Пытаюсь её растолкать, но сестра не поддается, больше погружается в сон, который резко ей завладел, потому имеет значение, что случится важное событие. Видимо, соскучилась. Кто знает. Догадываюсь, зная изначально причину поведения и бесконтрольного сна, так как находится на поверхности. Ничто не может повергнуть в шок, ведь есть знание о событии, которое видишь каждый день.
Может сон был направленным, как гипноз, исходя из слов, проговоренные с напором и желанием, точно желая быстрее уйти от слов, темы, которая будет долго решаться. Вижу, не могу домыслить ситуацию, так как голова сестра скатывается мне на плечо, потому поддерживаю её, встаю, беру на руки, уношу в спальню. Астра получила желанное, пусть трудным маршрутом пошла. Если дошла, то цель оправдала средства, результат, обрадовал, даруя спокойствие, счастье и легкость. Не заметил, как донес до спального места. Лег на свое место. Сон приманил жертв, не желая отказываться от быстрого захвата. Вижу, как сон волнами накатил, также глаза Адама закрылись, оказавшись в царство Морфея, который успокоил маками. Не желая воли, так как наступили его часы, когда люди должны спать, потому видеть красочные картины, рисуемыми подсознание, пребывая под водой ума и дня…
Многое пережито, оставив след, который ничем нельзя стереть, либо убрать, ибо узнается и заново прогоняется в голове, которая по-иному воспринимает, либо видит ушедшее событие. Оно вновь проходит в глазах, в них мысленно живется. Так легче осознавать явление, когда за ночь поймешь суть, которую несли действия, определенным маршрутом ведя к цели, потому складывается в причинность жизни. Видится, как законченная картина, к которой ничего не добавить. Воссоздать по памяти. В воспроизведении увидеть причинность и творчество, от чего зависит и понятие вложенной сути. Иначе нельзя, так как мы воспринимаем реальность через сон, в нем складываем заново пазлы смысла, чтобы явить знание по поводу переработанной сути в отражении рассудка. Становится ясным, очерченным и несущим ровно, что хотелось принести в жизнь, но не запутаться в изучении. Мозг раскладывает мысли. Утром они превращается в воду смысла, который выпьешь, видя суть ума.
В кристальном сиянии разума видишь контуры, проносящиеся перед мозгом, не тревожа, ибо понимаешь, как законченную картину яви. Настолько прорисованную, что сомневаешься в реальности. Всё так, а не иначе, ибо разум не обманет, мозг не уведет в критский лабиринт. Легко просыпаешься, осознавая мир, как знание, которое надо взять. Им видеть, ибо понято умом осмысление рассудка, могущего пронзать события, нанизывая на копье смысла, видеть суть, ранее скрытую внутри. Шагаешь вовнутрь, щупаешь изнутри ткань мироздания, но что за ней? За тонкой и прозрачной вуалью времени, которое можно раскрыть и увидеть, как соколом наступает новый день, оставляя жар пламени в глазах. Видишь себя, понявшего истину, также, откуда берется в жизни, какой оттенок смысла несет данность события и проживания здесь, а не потом, как осознаешь данность и понимание себя…
Глава 6. Новый порог смысла
…вижу тридцатый день, как понимаю осмысление и понятие сути, как являть и пронзать пелену глаз, которым ничто не мешает, потому надо шагать за них. Пробуждаться, освобождая от действительности, продиктованной подсознанием, которое не может знать, так как нет обзора. Чтобы расширить обзор ума надо шагать в новый день, явив понимание действительности, которая расширяется. Потому каждый раз надо расширять предел значений осмысленности и новых явлений. Не стоять на месте, а двигать камни одним взглядом мысли на данность событий, которые меняются. Не соглашаться с действительностью, что на тебя хотят повесить, не спрашивая желание, либо мнение, когда отказываешься от ситуации. Самостоятельно рисуешь суть, тем самым зовешься хозяином жизни, либо делаешь вид, потому тобой управляют, если нет желания на восприятие мира, принадлежащего мозгу…
Потому всё может явить, поняв, как ощущение действительности, зависящей от нас, не от иных событий, хотящих заставить думать по-иному. Не так, как обстоят дела в настоящем бытии и событийности ситуаций. Рисовать жизнь, также искомый смысл, как значимость проявления собственных желаний и яви, в которую искренне веришь, потому можешь исправить привычный ход жизни, поменять глаза у яви на свой мозг, им видеть. Двигаться вовнутрь смысла, жить в проявлении рассудка, понимая, откуда явится явь. Знание должно исходить в уме, как осознающем себя, как категорию рассудка. То есть представляет мысленную дистанцию, ей думает, расширяя условность границ. Может, за них выходить. Это жизнь, как есть. Если нет развития, то уйдет в начало, откуда начала путь. Грозит, что никогда не дойдет до конца.
Будет стоять, не желая шанса исправить, начать по-новому, либо вернуться к оставленным тропам, не желая начать, либо продолжить. Параметр рождает осознание, как преодолено эго, которое мешается при детальном подходе, когда начнется шаг. Каждый день маленькая победа, должная научить: не следует бояться, не желая прикоснуться ко времени, которым можно управлять, либо шагать в него, по главной лестнице развития. Всегда вверх, не отходя от пути, не желая иного события, не боясь, что выброшен жребий. Это путь Адама и Астры. Должны его прожить. Как предопределение, либо заложенное знание путем изучения и применения космоса на голову. Это одинаковые понятия, но суть одна: дороги выбираю нас, не мы. Мы можем выбрать правильную ветку развития, по ней пойти, поэтому надо двигаться. Не стоять на месте, без страха. Следовать к пути, который обрисовывается желанием идти, не лежать на месте, не желая встать, начать понимать себя…
Наблюдаю, как на спальных местах началось движение. Понимаю, мои слова слышны в прошлом, так как они – мощный инструмент, который меняет явь, либо созданные события. Они, как песок в моем мозгу. Могу перебирать, являть новые объекты, понимаемые головой, душой тайный акт сотворения, либо явление сути, которая идет изнутри рассудка. Логично, это радует. Всё можно понять умом, зримой процедурой явить суть, разрезать и увидеть её состояние, как соединяется из правд и истин. Никакое знание не дается, как узнанное, либо не понятое. Ум есть в вещах. Видеть пророщенные зерна мозга, как вольный пахарь на мозговом поле. Сажаешь мысли, поливаешь их мыслями и пристальным взором. Вырастают, пробивая почву неверия, либо нежелания идти. Миг, ростки обретают разум. Знают, пробили землю, страхи не страшны, ибо тяжкое испытание позади, надо закрепить ум в положении, когда стоишь на месте и можешь дальше расти, видеть небо в своих деяниях.
Небо познания открывается мысленным росткам, желающим прорасти и вырасти над общим пределом известных знаний, дабы явить новое зрение, как смотришь свысока на лабиринт памяти, видя выходы, понимая заранее: разум хотел запутать. Ростки идут вверх, движением захватывая радость, так как любой шаг вперед – счастье. Ростки обретают вид растений, обретающих разум и глаза смысла. Чем больше заложенных понятий, поиска сути, дальнейшей дороги, тем больше виден рост, зависящий отношением пахаря. Мысли чувствуют, потому не видят причин стоять на месте, либо дрожать, не понимая, почему не возможен рост, что надо подождать. Для них един путь – наверх. Как дерево, произрастающее из семени, крепнет растение, обретает новые ростки, вбирающие важность листьев, либо почек, чтобы стать выше. Не пропускать ни одного луча познания, а расти, видя одно знание, как главную воду, от которой многое зависит. Надо больше вобрать умом, чтобы явнее показать свою возможность для роста и поиска разума в рассуждениях.
Растение обретает новые границы восприятия, открывающие понимание того, как можно стать деревом. Это реально, надо впитывать заботу, радость, воду, которая льются сверху, куда тянутся ветки, прорастающие со скоростью бамбука. Быстрый рост, время не ждет. Надо оплетать кронами разумы героев, то есть Адама и Астры, в них прорастать, как знание, что надо шагнуть вглубь мозга и уразуметь: есть защита от внешних шумов. Знание изначально заложено в нас. Раскрываем по ходу жизни, как занавес, не скрывающий ничего, открывший сцену и действующую пьесу. Мысль, ранее бывшая ростком, стала деревом рассуждений, которое кроной уходит в головы, там оживают суть, смысл, истина. Передаю посредством дерева и вижу, как происходят события, ибо меняю действие прошлого, потому всё зависит от того, куда покажет взгляд, могущий поменять или заменить истину, которую не могу понять, либо с первого раза разуметь в голове.
