Кожа Рендидли заколола, когда он достиг конца своего головокружительного путешествия; на этот раз проекция приняла форму Шала. Его учитель посмотрел на Рендидли с хмурым видом. — У тебя проблемы с этой формой?

— Нет, — тихо сказал Рэндидли. Различные мысли вихрем проносились в его сердце, различные чувства, которые он хотел выразить человеку, изменившему его жизнь. Его настроение быстро испортилось. Конечно, он держал рот на замке; высказывание этих мыслей своему подсознанию не избавило бы Рендидли от чувства вины, которое он испытывал.

Но Шал определённо был прав, когда объяснял мне мир все эти годы назад в Подземелье . Рендидли опустил взгляд на свои предплечья.

Жизнь не становится проще, когда ты становишься сильнее. Ты должен продолжать двигаться вперёд, иначе будешь раздавлен тяжестью мира.

— Ты отвлекался, — прервал мысли Рендидли Шал. — Пришло время этому закончиться. Твоей следующей жертвой станет твоя способность контактировать с внешним миром. Пока ты не достигнешь своей Одержимости или не будешь насильно выбит из неё, никакого больше общения с кем-либо, не связанным с твоей задачей.

Он крепко зажмурился. Рендидли знал, что было бы бессмысленно указывать на то, что большинство значимых отвлекающих факторов исходили от его собственных эмоций, а не от какого-либо внешнего контакта. Его единственное общение было с Аланой, и ему потребовалось всего десять секунд, чтобы отложить это в сторону и продолжить работу. Он просто спустился и позволил тени пройти сквозь него.

Следующие двенадцать часов работы прошли с почти мучительной медленностью. И всё же, в то же время, даже Рендидли пришлось признать, что он проделывал превосходную работу, создавая постоянную гнетущую атмосферу холода, несмотря на то, что сам не мог чувствовать температуру. И в каком-то смысле он начал видеть, какую форму принимает то, что делал Осколок Судьбы.

Он полностью изолировал его, ослепил его к лицам и даже отнял его тело. Затем он лишил его контроля над тем, когда он мог что-либо делать. Очень прямолинейно, он заставил его вспомнить одни из худших моментов в его жизни, когда он оказывался в подобных ситуациях. Эти воспоминания вызывали поистине неприятные эмоции, но те, что были актуальны. Через его сны Осколок Судьбы заставлял его плавать в этих ужасных моментах.

Теперь мир образа Клодетт обладал неумолимой серой тоскливостью даже в тех редких случаях, когда солнце раздвигало облака. Тяжёлый холод существовал за пределами температурного спектра. Массивный горный хребет вокруг её центральной области был отлит из камней настолько тёмных, что полное отсутствие света от них было видно даже ночью.

Поздравляем! Ваш Навык (Убеждение Небесного Катаклизма вырос до Уровня 507!

Поздравляем! Ваш Навык (Великая Перспектива (р) вырос до Уровня 188!

Тем не менее, это не означало, что Рендидли наслаждался этим опытом. Его эмоции свернулись в груди, оставляя его угрюмым и слегка тошнотворным. Каждый взгляд на ядро образа напоминал Рендидли о его всё ещё настойчивом порыве использовать это усовершенствование в своих целях. Каждое самоосуждение погружало его немного глубже в трясину вины.

А его сны

Некоторые были старыми кошмарами, вызванными стрессом, другие — моментами передышки (хотя теперь он старался не смотреть на Воплощение Одержимости даже во снах), но самым распространённым рефреном была та комната с тёмным углом. Рендидли держал ледяной меч, в который превратилась Клодетт, и его образы побуждали его вонзить его в тело медвежечеловека с закрытым лицом.

Поздравляем! Ваш Навык (Серое Существо Свидетельствует Провидение вырос до Уровня 397!

— Разве ты не чувствуешь это?

— прошептало Серое Существо.

— Это ответ! Почему ты колеблешься? Разве Хелен действительно так мало значила для тебя?

Хватка Рендидли на мече усилилась, и его челюсть заболела, но он не вонзил меч в грудь связанной особи. Пока он не решил, как поступить в этой ситуации, он отказывался поддаваться давлению. Он просто стоял, слушая, как на заднем плане завывает (Мёртворождённый Феникс), и чувствуя, как его (Ядро Пустоты) извергает густую тьму.

Влияние +47!

Когда он проснулся в тот день, он не стал возвращаться к деталям; Рендидли чувствовал, что сойдёт с ума, если продолжит совершенствовать область вокруг ядра. Он сделал практически всё, что мог. Дальнейшее было бы просто вознёй. Теперь ему нужно было заняться центральной областью, несмотря на то, как сильно абсцесс на его сердце плакал при одной мысли об этом.

Возможно, из-за этого внутреннего отторжения Рендидли начал работать непосредственно с тонким слоем Нижней Энергии Клодетт. Слоя было недостаточно, чтобы создать что-то грандиозное, но Рендидли погрузился в основу памяти и связи Клодетт и начал рисовать небольшой узор изоляции.

Поздравляем! Ваш Навык (Чувство Нижней Энергии вырос до Уровня 354!

Поздравляем! Ваш Навык (Левая Рука Оракула Нижней Энергии вырос до Уровня 362!

Очень быстро, Нижняя Энергия, которая уже имела некую сочувственную связь с Клодетт, направила свою энергию на узор, созданный Рэндидли. То, что он создал, было значительно меньше даже самого минимального (Ядра Пустоты), но узор всё равно служил бы фокусом для её значимости. Пока она давала ему время, её скрытое преимущество неуклонно накапливалось бы.

И теперь—

Рендидли прервал работу и оглядел мрачную обстановку. Чувство летаргии подкралось к его телу, поэтому он отвернулся и сосредоточился на следующей задаче, прежде чем его могло затянуть в другую эмоциональную чёрную дыру. Но когда Рендидли отвернулся, он вздрогнул; перед ним стоял дух-проводник Клодетт, с торжественным выражением лица.

Её искусственные черты лица рябили и постукивали друг о друга.

— Рендидли — Пустой рот открылся с очевидным усилием. Глаза Клодетт были расфокусированы, но он сразу понял, что что-то изменилось. Дух-проводник изменился. — Я это Клодетт. Я хотела кое-что сказать. Я чувствую твою скорбь и нерешительность. Я вкладываю всю свою энергию в то, чтобы пробиться сквозь проекцию, потому что должна наблюдать за твоими действиями со стороны. И изменения, которые ты вносишь

Желудок Рендидли сжался в его бестелесном существовании. Ужасное чувство вины прожгло его разум, иссушая его (Силу Воли) и ослабляя его перед скорбью. Но пока Клодетт продолжала говорить, Рендидли моргнул.

— сделаны, чтобы сделать меня могущественной. Я чувствую, как они работают. Так что не беспокойся так сильно, — прошептала Клодетт. Шарнир её челюсти скрипнул, когда она пошевелила ею. — Я чувствую, что ты с чем-то борешься. Я чувствую твою нерешительность. Ты не позволил себе изменить что-либо слишком центральное в моём образе. Меняй меня столько, сколько тебе нужно, преврати мой образ в инструмент, который может дать нам обоим душевное спокойствие. Потому что, если быть честной

Марионетка Клодетт попыталась улыбнуться. В то время как оригинал выразил бы яркую и очаровательную улыбку, эта её версия могла лишь изобразить перекошенную и пустую ухмылку. — Мне не очень нравится нынешняя я.

Ветер этого пустынного образа завывал вокруг него. Его тщательно созданный серый мир простирался во всех направлениях, лишённый жизни. И Рендидли долго рассматривал эту сломанную и механическую марионетку, даже после того как искра сознания угасла в её глазах. Его рот искривился, когда ему пришла мысль.

А что, если я всё это время ошибался? Я предполагал, что дух-проводник функционировал так жутко из-за того, как Невия настроила (Проекционную Гравюру), чтобы сосредоточиться на самой проекции. Но что, если эта марионетка — это просто то, как Клодетт видит саму себя? И если это заикающееся существо является источником этого ужасающего одиночества

Постепенно к Рендидли вернулось тепло. Но он не позволил всему вспыхнуть в опасное пламя. Он поддерживал тепло низким и постоянным, оно пульсировало через его ментальное пространство и наполняло его энергией. Огни запечатали рану, которую он позволял гноиться на своём сердце последние два дня.